Чтение онлайн

– Вы знаете, что меня это не пугает… – она безразлично отвернулась.

Алиса опустила голову и рассматривала свои пальцы слишком внимательно. Блэквелл взял её за подбородок и посмотрел серьёзно в её глаза:

– Я чуть… – он сглотнул, – Чуть не убил тебя. Боже… поставил тебя незрячую против целого отряда воинов! – он закрыл глаза и напрягся, – Но я помню, что убил кого-то в замке. Скажи, что это было не правдой…

– Вам приснилось, Милорд, – ласково сказала она и погладила его по голове, – Это всего лишь плохой сон.

Он посмотрел в её глаза внимательно, но его боль выдавали морщинки на лбу:

– Ты скрыла это… – он сделал паузу, – Давай вернёмся к тому, что ты не приняла моих извинений, но должна что-то попросить. Я внимательно слушаю! – он сделал пару шагов назад и скрестил руки на груди.

– Мне ничего не нужно. – Алиса ссутулилась и прижала руку к солнечному сплетению.

– Алиса! – сурово сказал он, – Не люблю быть должным.

– Милорд, не обижайтесь, но ваша награда может носить лишь материальный характер. Иное в моём случае невозможно: свобода, женское счастье, мир без безумия. – она абстрактно всплеснула руками, – А материальное для меня не имеет особого веса. Уж до мелочей… я это и так получаю, даже без запроса. Не такой уж вы и тирано-гад в быту, каким любите себя выставить. Ваши подчинённые сыты, одеты, пригретые в тепле. Я ною, что меня ссылают. Но ссылают-то в солнечный Марсель с жалованием, либо в Форт Браска, делая наместником целого Запада. – она и вовсе задорно хихикнула, – Вообще-то приключения на зад в девяноста процентах случаев я нахожу себе сама. Но ною вам.

– Не оправдаешь: я мудак. И тебе моего скверного характера перепадает больше всех.

– Ну так я ваша Лимбо и подчинённая, а не любимая жена. И время военное, на минуточку, – она пожала плечами, – И да: вы невыносимы, – уголки рта дёрнулись в улыбке, – Только я тоже.

Он смотрел на силуэт Алисы на фоне луны и звёзд, а она задумчиво смотрела вдаль, пока ласковый морской ветер колыхал её локоны. Лорд Блэквелл часто заморгал, как будто прогоняя наваждение, ведь ему показалось, что от Алисы идут редкие едва заметные искры.

– Лис… – позвал он её и замолчал, когда она к нему повернулась, потому что у неё был странный взгляд, от которого сердце ускорилось, выдавая неровные ритмы, – Пожалуйста. Хоть что-нибудь!

Он видел в ней ту Алису, что на Арене Смерти спокойно смотрела в лицо Смерти: хладнокровную и рассудительную, ту, которая привыкла манипулировать людьми.

– Вообще-то я придумала кое-что, Милорд, – её голос прозвучал мурчащее, успокаивая слух, а глаза гипнотизировали своей уверенностью.

– Я весь во внимании, Миледи.

– Вы сейчас сдерживаете магию, да?

– Да.

– Но вы сорвётесь. Снова.

– Вероятно… – неуверенно ответил он, хотя в последние два часа об этом думал в перерывах между чувством вины, – Продолжай.

– И вы сделаете для меня всё?

– Многое… – поправил он, – Свободу я дать не могу.

– Я хочу… – начала она медленно, – Чтобы вы здесь и сейчас перестали сдерживаться.

Блэквелл сглотнул комок, который внезапно образовался у него в горле, потому что былая теплота от присутствия Алисы пропала, обволакивая внутренности льдом. Она хотела, чтобы он вновь стал монстром, с которым, как она честно призналась, ей проще.

– Алиса, а вдруг я не смогу вернуться… – тихо сказал он.

– Вы вернётесь, потому что пообещаете мне это. Мне нужно слово Блэквелла.

Глубокий вздох и больше никаких слов, ведь все они застряли в горле. Герцог лишь кивнул, давая понять, что именно этот взмах головы и означал «обещание Блэквелла». Потерять контроль было легко, ведь магия так и просилась наружу, а душа просила убежища от той боли, что атаковала мысли с последними словами Алисы, надо всего лишь перестать сопротивляться и впустить в себя магию вместе с болью.

Он закрыл зелёные глаза, сильно зажмурился и сжал зубы. Плечи поникли, а руки потянулись к солнечному сплетению, где рождалось странное чувство неуязвимости.

– Вот… вот так, – ласково прошептала Алиса, и коснулась его вновь вспотевшего лба.

Рык от боли прорвался сквозь сжатые зубы мужчины, и Блэквелл открыл чёрные глаза, в которых была ярость.

– Так нравится? – рычал он, – ТЕПЕРЬ Я ТЕБЯ УСТРАВИВАЮ? – он сделал шаг и взял рукой Алису за горло, толкая её с моста, но при этом удерживая.

Но она просто спокойно смотрела в его глаза без тени страха, пока он тяжело дышал, словно загнанный зверь.

– Когда вы очнулись после боя за Мордвин, я спросила вас, как вы себя чувствуете. Вы помните, что мне ответили?

– Я ответил, что чувствую себя всесильным и неуязвимым.

– Всесильным, стало быть… – спокойно говорила она, не обращая внимания на руку, сжимающую её горло, – Значит, вам под силу вернуться. Или нет?

Она подняла брови в ожидании, а Лорд Блэквелл в это время боролся с только ему ведомыми эмоциями, пыхтя от негодования. Он перестал сдавливать её горло и снова зажмурился, борясь силой, но ничего не выходило.

– Милорд… – позвала Алиса, и он резко открыл глаза. Она медленно и шумно выдохнула, а руки тряслись, выдавая страх.

Блэквелл упал на колени и тяжело дышал, приходя в себя, а, когда посмотрел на Алису, то глаза его были вновь зелёными.

– Испугалась?

– В один момент показалось, что ничего не выйдет. – честно сказала она, – Надо бы хорошенько выпить после такого.

– Ох, Алиса… – покачал головой Блэквелл, – Какая же ты рисковая! Не перестаю удивляться… специально меня взбесила, да? Чтобы что?

– Чтобы вы не боялись себя, чтобы каждый раз уходя, могли вернуться.

Он хмыкнул и начал ходить из стороны в сторону, а потом подошёл к ней вплотную, отогнул ткань платья, оголяя большую гематому на плече девушки, спрятанную от чужих глаз. Даже в свете луны были видны серьёзные повреждения на её хрупком теле.

– Не бойся… я не пристаю, просто смотрю что с тобой сделал.

– Я уже здорова. Почти.

– Не ври. Ты обычно не можешь усидеть на месте и минуты, а сейчас сидишь почти не двигаясь. Потому что тебе больно.

– У меня подколенные связки не восстановились, но ходить я могу.

Алиса отвернулась и ждала. Её молчание было напряжённым, и Блэквелл от этого чувствовал вину ещё острее. Он неотрывно смотрел на неё некоторое время, но потом заговорил:

– Никогда больше не ударю тебя, такого не повторится, Алиса, даю тебе слово. – он пристально на неё посмотрел, а слова звучали отчаянно и немного надрывно, – Веришь?

– Верю. – тихо сказала она.

Блэквелл хмыкнул, вспоминая обрывки своего безумия. Алиса подбрасывала ему очередное развлечение, выжидая, когда он наиграется и устанет, а в момент его бессилия, подходила к нему и ласковым голосом помогала вспомнить всё то, что ему было дорого при жизни. Таким образом он в игровой форме, сам того не ведая, вспоминал прелести своей человечности, учился контролировать эмоции и, наконец, жаждал ощутить что-то большее, но самое желанное было всегда рядом и одновременно недостижимо – Она.