Чтение онлайн

– Технически, мы вместе около полугода.

– Так долго? Меня удивляет, что ты нашла в этом оболтусе, - почти зло бросил Николай, легко переходя на ты.

Я даже поперхнулась, не готовая к такому повороту. Обернувшись, я увидела, как отец Максима сложил руки на груди. Его взгляд был полон разочарования. Что происходит?

– Красивая, умная девушка, - его слова тягуче опутывали мое тело, вторя взгляду, который скользил по линии декольте, - ты заслуживаешь другого мужчину. Мужчину с опытом, которому есть, что тебе дать.

О, Боже. Серьезно? Я рассмеялась:

– Вам придется смириться с моей недоступностью.

– Посмотрим, - в ответ Николай ухмыльнулся, словно принимая вызов. Я лишь покачала головой.

Спустя некоторое время, которое мы с Николаем провели в молчании, вернулся Максим. Под руку с ним шла блондинка с тонкими чертами лица, одетая в золотое платье, красиво оттенявшее бронзовый цвет ее кожи. На своих каблуках женщина была почти такой же высокой, как и сын, в отличие от меня, едва достававшей Крылову до плеча. Но я не жаловалась, всегда чувствуя себя миниатюрной рядом с ним. Матери Макса на вид было не больше сорока, а простой высокий хвост, в который были убраны волосы, открывая лицо, отнимал еще несколько лет. Степенный взгляд, которым она меня одарила, я не смогла разгадать, но невольно напряглась.

– Мама, позволь представить тебе мою девушку. Это Вера. Вера, - кивнул мне Крылов, - моя мать, Ирина.

– Добрый вечер, - кротко улыбнулась я.
– Спасибо за приглашение.

Ирина несколько секунд молчала, холодно разглядывая меня, но и я не отводила взгляд.

– Приятно познакомиться, - наконец, улыбнулась она, хотя взгляд оставался все таким же ледяным.

– Мам, когда заканчивается этот фарс?
– поинтересовался Максим.

– Да, Ир, поедем уже, - в тон сыну продолжил Николай.
– Наш ребенок в коем-то веке привел девушку. Неужели ты не можешь отодвинуть свой прожект на второй план ради этого события?

– Леха присоединится к нам?
– спросил у отца Макс.

– Нет, ему не удалось бросить дела.

Леша был старшим братом Крылова, о котором мне приходилось несколько раз слышать от моего мужчины. Они были довольно близки, но Алексей в последнее время все чаще пропадал на работе, не так давно заняв пост одного из заместителей отца, что огорчало Максима.

– Так что? Едем?
– уточнил Николай у супруги, она лишь жестом попросила подождать, спеша на встречу одному из гостей.

– Подожди, мама еще не всех обаяла, - язвительно заметил Макс, кивнув на мать. Похоже, эту женщину совершенно не смущало, что пришлось оставить супруга и сына без ответа.

– А, может, бросим ее здесь?
– в тон Максиму спросил Николай. Вся его поза была пронизана скукой, что я даже невольно усмехнулась.

– Вы невыносимы, - улыбнулась Ирина, возвращаясь к нам.

Взгляд, которым она окинула своих мужчин, излучал любовь. Полная противоположность подаренному мне. Отнимать Макса у матери не входило в мои планы, но Ирина не увидела во мне ничего, кроме угрозы своей семейной идиллии. Я невольно сложила руки на груди. Когда Крылов повел меня к выходу, переговариваясь о чем-то с родителями, я не старалась уловить нить разговора, пребывая в смятении. Отец Максима решил проверить меня на вшивость своим вопросом? А Ирина? Чем я заслужила такую преувеличенную холодность?

– Все хорошо?
– уже в машине Макс коснулся моей щеки, возвращая в действительность.

– Да, - я поцеловала его, - все хорошо.

Спустя полчаса мы оказались в тихом итальянском ресторане, с неброской вывеской и, судя по всему, отменным сервисом, раз семья моего мужчины выбрала именно его. Люди, владеющие достаточным капиталом, как никто, ценят комфорт. Они любят вычурные названия блюд в меню с кожаным переплетом и вышколенный персонал, который не могут позволить себе рестораны среднего уровня, характеризующееся текучкой кадров. Да и я чувствовала себя довольно привычно в подобного рода заведениях, последнее время, принимая участие во встречах на высшем уровне все чаще. Мой начальник усердно продвигал меня как специалиста по карьерной лестнице. В скором времени он собирался занять место генерального директора и готовить квалифицированные кадры начал уже сейчас. Привычно расстелив салфетку на колени, я уткнулась в строчки меню, выбрав недорогое, но вкусное вино и ризотто с морепродуктами.

– Что ж, - сделав глоток вина начала Ирина, пока мы ждали блюда, - Вера, расскажите, как вы познакомились с Максимом.

– Мы вместе учились, - я улыбнулась.

– То есть, это была любовь с первого взгляда?
– поддержал мой допрос и Николай.

– О, нет. Далеко не с первого. Но ваш сын обладает изрядной долей наглости и упрямства.

Макс улыбнулся. Его пальцы нашли мои колени и теперь двигались по внутренней стороне бедра, нежно лаская. Нет уж, я не позволю сбить меня с мыслей. Я убрала его руку, показывая, что сейчас совсем не время, и перекрестила ноги, лишая Крылова доступа. Он наиграно надул губы.

– Вера - неприступная крепость, - язвительно прокомментировал Максим.
– Мне пришлось побегать вокруг нее, прежде чем она признала свое влечение. Но, - сделал он глоток вина, - моему обаянию невозможно противиться.

Я фыркнула. Самодовольный павлин. Но отрицать, что я уже не представляю жизнь без него, было бы глупо. На протяжении всего ужина, родители Макса расспрашивали меня о работе, увлечениях. Ирина так и не прониклась ко мне, а я не старалась ее обаять. Она почти не смотрела на меня, наверное, решив, что я не задержусь рядом с Крыловым надолго. Я игнорировала сложившееся положение вещей, понимая, что это, скорее всего, наша первая и последняя встреча, твердо решив, что больше Максу не удастся уговорить меня на подобную авантюру. Но я ошибалась... Он таскал меня почти на все семейные торжества, с интересом наблюдая за развитием наших с Ириной отношений, мы же терпели друг друга, ведя себя преувеличенно вежливо, что только забавляло Крылова. Сначала я пыталась сказаться больной, чтобы избежать встреч с его семейством, потом соврать, что занята работой, но Максим слишком хорошо знал меня, чтобы поверить в подобные уловки. И нам с Ириной волей неволей пришлось найти комфортные условия сосуществования. Николай более никак не проявлял свой интерес в отношении моей персоны, но я часто ловила на себе его сальный взгляд. Игнорируя эти непонятные отношения с родителями Крылова, я разыгрывала перед ними кроткую, вежливую девочку, впрочем, не стараясь особенно нравиться. Меня устраивал наш мир, где не было никого кроме меня и моего мужчины.

В один из дней, когда точка кипения Ирины достигла максимума она подошла ко мне, с неприятным разговором, изменившим мою жизнь. Май в том году выдался на удивление теплым, и я давно носила легкие летние платьица, как и мать Макса, подсевшая ко мне на качели, где я спряталась от необходимости поддерживать беседу. Она была в шифоновом платье в пол с разрезом от середины бедра. Никогда не понимала этой ее любви к броским нарядам, подходящим больше для светских приемов, а не домашних посиделок.

– Вера, послушай, - вкрадчиво начала Ирина, - ты знаешь о моем далеко не благостном отношении к тебе. Пойми, это вовсе не потому, что ты мне не нравишься. Я просто не вижу смысла привязываться к девушке, которая никогда не станет моей невесткой. Максим не рассказывал тебе об Инне?
– я побледнела.
– О, конечно же, нет, - как ни в чем не бывало, продолжила она, положив руку мне на колени, словно делясь отличной новостью.
– Инночка прелестная девочка. Они с Максимом познакомились несколько лет назад на совместном ужине Коли и его партнеров, и с тех пор вместе. А полтора года назад обручились. Инна сейчас учится в Беркли, но они так любят друг друга, - гордо сообщила мне женщина, сиявшая счастливой улыбкой рядом.

Я сидела, ни жива, ни мертва, а Ирина продолжала что-то щебетать об Инне, в которой она души не чаяла. Она листала перед моим лицом фотографии счастливой пары, Максима и какой-то брюнетки, вероятно, той самой Инны. Кровь стучала в висках, а к горлу подкатил ком, неприятно сковавший шею. И я, подсознательно ждущая предательства, почему-то сразу поверила матери Максима. Я была лишь заменой на время отсутствия невесты? При этой мысли меня тут же охватила злость, хотя и растерянность все еще не покинула. Но я не могла позволить этой женщине победить, только не этой стерве, решившей, что она может перекраивать мой мир, и, ухмыльнувшись, прикосновением прервала тираду Ирины.