Чтение онлайн

Потомушто он слаб.

И мы оба это знаем.

Улыбка Дейви меркнет.

— Думаешь, ты такой особенный, да? — выплевывает он. — Думаешь, па тебя приголубит?

Я стискиваю кулаки, разжимаю. Но с места не схожу.

— Па знает тебя, — говорит Дейви. — Видит насквозь.

— Ничего он не знает, — цежу я. — И ты тоже.

Дейви опять ухмыляется:

— Неужели? — Его рука тянется к железной ручке ворот. — Тогда познакомься со своим новым стадом, Тодд Хьюитт!

Он толкает ворота, открывает их и отходит в сторонку, чтобы я все увидел своими глазами.

Из загона на меня смотрят сто с лишним спэков.

Моя первая мысль — развернуться и убежать. Бежать, бежать и никогда не останавливаться.

— Хотел бы я на это посмотреть, — говорит Дейви, стоя в воротах и улыбаясь, бутто только что выиграл приз.

Их так много, господи, так много… вытянутые белые лица смотрят на меня, глаза огромные, рты маленькие и зубастые, уши вапще ни на что не похожи…

Но даже так — что-то человеческое в них есть, верно? Все равно у них есть лица — и на этих лицах такой же страх…

И боль.

Трудно отличить мужчин от женщин, потомушто на всех растет одинаковый лишайник вместо одежды, но ощущение такое, что они тут целыми семьями: большие спэки защищают маленьких, а спэки-мужья защищают жен: они обхватывают друг друга руками, склоняются и молча…

Молча.

— Вот именно! — восклицает Дейви. — Представляешь, эти идиоты дали лекарство даже животным!

Они переводят взгляд на Дейви, и в толпе поднимается странное щелканье. Спэки переглядываются и кивают. Дейви вскидывает пистолет и шагает на монастырскую землю.

— Что это вы удумали? — выплевывает он. — Попробуйте возразить! Ну? ВОЗРАЗИТЕ!

Спэки сбиваются в группы и пятятся.

— Поди сюда, Тодд, — приказывает Дейви. — У нас полно работы.

Я не сдвигаюсь с места.

— Сказал же: поди сюда!!! Это животные, ничего они тебе не сделают.

Я по-прежнему не шевелюсь.

— Он убил одного из вас, — говорит Дейви спэкам.

— Дейви! — ору я.

— Ножом башку ему оттяпал. Пилил и пилил…

— Заткнись! — Я кидаюсь вперед, чтобы заткнуть его поганый рот.

Спэки, стоящие ближе всего к воротам, пятятся еще дальше и как можно быстрей, глядя на меня испуганными глазами, пряча от меня детей. Я толкаю Дейви, но он только хохочет, а я вдруг понимаю, что оказался на монастырской земле.

Боже, сколько вокруг спэков.

Каменная стена монастыря опоясывает громадный участок земли, но здание на нем всего одно и очень небольшое, что-то вроде склада. Остальное пространство разделено на небольшие участки деревянными заборами с низкими воротами. Большинство таких загонов сильно заросло сорной травой. Дальняя каменная стена виднеется метрах в ста от нас.

Но васнавном я вижу только спэков.

Сотни, сотни спэков, занимающих все пространство.

Больше тысячи.

Они жмутся к монастырской стене, прячутся за гниющими заборами, сидят кружками или стоят шеренгами.

Но все не сводят глаз с меня, безмолвные, как могильные плиты. Зато мой Шум брыжжет во все стороны.

— Он врет! — кричу я. — Все было не так! Все было не так!

Но как же тогда было? Как мне все объяснить?

Ведь я в самом деле убилего, верно?

Не так, как сказал Дейви, но все равно ужасно, и картина эта настолько ясно встает у меня перед глазами, что спрятать ее за стеной лжи, не думать о ней нет никакой возможности: на меня обращены сотни взглядов. Сотни лиц.

— Это вышло случайно, — говорю я и умолкаю, переводя взгляд с одного странного лица на другое, не слыша их Шума, не понимая их щелканья, не зная что происходит. — Я не хотел.

Но они молчат. Ничего не говорят, просто смотрят на меня.

Раздается скрип: ворота за нашими спинами снова открываются. Мы оборачиваемся.

Там стоит Иван из Фарбранча, присоединившийся к армии после сражения с мэром.

И какой правильный выбор он сделал! На нем офицерская форма, за спиной толпятся охранники.

— Мистер Прентисс-младший, — говорит он Дейви и кивает. Тот кивает в ответ. Иван поворачивается ко мне, но Шума у него нет, а по взгляду ничего не поймешь. — Рад видеть вас в добром здравии, мистер Хьюитт.

— Вы знакомы?! — вопрошает Дейви.

— Да, было дело, — все еще не сводя с меня глаз, отвечает Иван.

Я не говорю ни слова.

Я слишком занят разглядыванием картинок в своем Шуме.

Перед глазами у меня Фарбранч. Хильди, Тэм и Франсиа. Страшная резня. В которой Иван выжил.

По его лицу пробегает тень раздражения.

— Я заодно с теми, за кем сила, — говорит он. — Только так и можно выжить.

Я представляю себе горящий Фарбранч, мужчин, женщин и детей в огне.

Иван хмурится еще сильней:

— Эти ребята останутся здесь и будут вас охранять. Ваша задача — распределить спэков по участкам, кормить их и поить.

Дейви закатывает глаза:

— Как бутто мы сами не знали…

Но Иван уже отвернулся и идет к воротам, оставляя с нами десять вооруженных солдат. Они занимают позиции на каменной стене монастыря и начинают разматывать мотки колючей проволоки.

— Десять солдат с винтовками да нас двое — а спэков вон сколько, — бормочу я едва слышно, но мой Шум слышно за милю.

— Да ладно, не бойся, — говорит Дейви. Он наводит пистолет на ближайшего спэка — кажется, это женщина, потомушто на руках у нее крошечный спэк. Она закрывает его своим телом. — Они не умеют драться, в них это не заложено.

Я вижу лицо спэка, защищающего свое дитя.

Это лицо поверженного, думаю я. Они все сдались. И знают это.

Я понимаю, каково им.

— Эй, ушлепок, смотри сюда! — Дейви воздевает руки к небу, привлекая к себе внимание спэков, и орет: — Вы обречены-ы-ы!!!

А потом ржет, не затыкаясь.

Дейви решил, что его задача — надзирать за работой спэков на участках. Это значит, что мне придется их кормить: сыпать корм и подливать воду в корыта.

Но я привык к такой работе и не возражаю. Я каждый день занимался этим на ферме. Да еще и вечно ныл, дурень неблагодарный.