Чтение онлайн

Во-вторых, претворение идеи с IKEA в жизнь способно нанести сильнейший (возможно, непоправимый) удар по демократическим идеалам. Мы говорим о том, что политиков нужно заменить менеджерами IKEA, но что это означает на практике? Что мы хотим передать им функции административного управления? Или что они придут на место президента и правительства? Если так, то кто встанет над ними? Для кого они будут управлять страной? Кто станет составлять им планы действий? Что вообще войдет в сферу их компетенции?

Если они решат остаться менеджерами IKEA по своей сути (а шансов на это немного), то они станут управлять страной как одной большой компанией, постоянно увеличивая объем дивидендов для акционеров. Для этого проще всего выжать все соки из страны и ее жителей и устранить все препятствия на пути развития бизнеса: детей, стариков, беременных женщин, больных, необразованных, медленных, ненужных, тех, кто раскачивает лодку, диких зверей и птиц, леса и берега рек, которые не используются в хозяйстве, то есть все то, что не приносит дохода или пользы для производства. Проблема в том, что, если мы передадим всю власть в стране менеджерам IKEA, мы больше не сможем им помешать. Они не будут никому подотчетны, и наша страна быстро превратится в тиранию. Муссолини и Гитлер оправдывали свои поступки тем, что действуют на благо страны. Кто может гарантировать, что менеджеры IKEA не поведут себя так же?

Управлять страной гораздо сложнее, чем получать прибыль. Это означает заботиться о своих гражданах, давать им возможность жить достойно, обеспечивать их жильем, пищей, медицинским обслуживанием, надлежащим образованием, гарантировать им справедливость, безопасность и свободу слова, защищать страну и ее наследие в интересах всех ее жителей и т. д. Ни одно из этих действий не приносит прибыли, и для того, чтобы их выполнять, нам нужны не менеджеры по продажам, а политики.

Несмотря на все свои недостатки, истинная демократия – это самый лучший способ правления за всю историю человечества. Но демократия предполагает наличие представителей народа и участие каждого из нас в политических процессах. Мы не можем просто передать кому-то функции правительства, потому что вместе с ними придется отдать и нашу демократическую систему, и наш контроль над жизнью в стране. Демократия может реализовываться либо через прямое участие всего народа, либо через его избранных представителей – политиков. Даже если мы не доверяем действующим политикам управление страной, мы не можем просто отказаться от идеи представительства как таковой. Нужно найти людей, которые заслужат наше доверие. А затем провести очередные утомительные выходные за сборкой мебели из IKEA…

Кора каждого вида деревьев уникальна, и по ней специалист способен идентифицировать дерево так же легко, как и по листьям. Например, увидев перед собой белую кору, вы можете смело говорить, что ее сняли с березы. В данном случае, судя по серому цвету, грубой текстуре, глубоким трещинам и продолговатым чешуйкам, я предположу, что это кора дуба.

Кора защищает дерево от окружающего мира. Она – его щит против непогоды и охранник, не позволяющий животным подобраться к его наиболее уязвимым частям. Жизнь – это драгоценное чудо, крошечный островок порядка в огромном хаотичном море мертвой материи. Поэтому все живое нуждается в защите. У клетки есть цитоплазма, у рыбы – чешуя, у человека – кожа, а у дерева – кора.

Без коры дерево не смогло бы ни вырасти достаточно высоким, ни прожить сколько-нибудь долго. Многие деревья остаются живыми по нескольку столетий, выдерживая и зимнюю стужу, и летний зной, и засуху, и наводнения, и пожары, и атаки насекомых, грибков и прочих вредителей. Травянистые растения (то есть те, которые не имеют коры) вынуждены постоянно обновляться и распространяться на большие территории, а вот дерево может позволить себе вырастить один ствол и под надежной защитой жить долгие годы.

Особенно хороша для этой цели толстая кора, например дубовая. Она достаточно жесткая, чтобы защитить внутренние относительно мягкие ткани от животных вроде оленей, которые не прочь попробовать их на зуб. Танины и другие химические вещества, содержащиеся в коре, отпугивают от дерева вредных насекомых. Наполненные воздухом и влагой клетки коры создают изолирующий слой, который предохраняет ствол от жары и холода. Чешуйки и трещины в коре не только удерживают в себе воздух, необходимый для теплоизоляции, но и действуют в качестве своего рода радиаторных пластин – помогают сбалансировать температурные колебания. В сухих районах, где часто случаются пожары, толстая кора даже может защитить дерево от довольно сильного пламени. Гладкая кора, как, например, у бука, работает по-другому. Она дает куда меньшую изоляцию и защиту, но при этом на ней сложней закрепиться насекомым или паразитическим растениям. Вот почему гладкая кора чаще встречается у деревьев в тропических лесах.

Но кора – это нечто гораздо большее, чем доспехи, в которые одето дерево. Под сухим и темным мертвым слоем внешней коры скрывается многослойная структура из более светлой и живой ткани, которая называется перидермой. В самой глубине залегает мягкая активная флоэма. Через нее во все части дерева передается жидкость, несущая с собой питательные вещества, необходимые дереву для роста. Поверх флоэмы находятся еще два слоя ткани – пробковая кожица и пробковый камбий.

На уровне пробкового камбия образуются клетки, которые со временем отмирают и формируют внешний пробковый слой коры. Пробковая кожица – это зеленый слой, его вы видите на обратной стороне коры после того, как ее сняли с живого дерева. Зеленый цвет ей обеспечивает пигмент хлорофилл. Не только листья перерабатывают солнечную энергию в процессе фотосинтеза – клетки пробковой кожицы тоже фотосинтезируют, причем чем тоньше кора, тем больше энергии они могут выработать. Когда осенью листья опадают, именно эти клетки дают жизненную энергию.

Каждый год дерево растет, увеличивая число клеток флоэмы под корой на один слой. Так появляются годичные кольца. К концу года некоторые клетки флоэмы выталкиваются наружу, во внешний слой (пробковый камбий), отмирают и превращаются в кору. Когда дерево становится слишком широким в обхвате, толстая кора (вроде дубовой) трескается, чтобы адаптироваться к темпам роста, и на ее поверхности возникают великолепные природные узоры. Гладкая кора (например, буковая) растет медленнее и растягивается, а не лопается. Поэтому, если вырезать на буковой коре инициалы любимой девушки, ваши потомки через несколько столетий вполне смогут их прочитать.

Но люди – не единственные живые существа, оставляющие свои знаки на коре. Для бобров кора – основа рациона, да и многие другие грызуны ею не гнушаются. Дятлы пробивают кору клювами в поисках древоточцев, термитов, пауков и муравьев, а пищухи снуют вверх-вниз по стволам, выискивая насекомых в трещинах. Кора – это отдельная маленькая экосистема. Здесь имеются свои растения, то есть мхи и лишайники, и свои животные – мириады насекомых и других крошечных существ. Даже мертвая кора, лежащая на земле в лесу, наверняка служит домом для грибов, муравьев и жуков.

Мы, люди, тоже используем кору в своих целях. Много лет назад коренные жители Северной Америки делали из бересты каноэ, австралийские аборигены строили из коры жилища, а южноамериканские племена шили одежду. Сегодня кора пробкового дуба дает нам пробку, а сок гевеи – резину. Кору можно применять и в медицине. Например, аспирин изначально делали из коры ивы, а фенольные смолы сосны до сих пор применяются в лечении артрита.

В отличие от яркой зелени листьев, кора обычно имеет серый или коричневый цвет и не выделяется на мягком, густом фоне остального леса. Тем не менее именно эта незаметность заставляет нас обратить внимание на богатство ее оттенков и текстур и контрастирует с яркостью и живостью всех других цветов леса. Мы обычно не придаем значения коре деревьев, но если присмотреться к ней как следует, то мы увидим перед собой нечто невыразимо прекрасное не только по виду и текстуре, но и по точности, с которой она выполняет свою главную функцию – поддерживает жизнь в своем дереве.

Раз это математический вопрос, то мы сразу отметаем предположение, что девочка ясновидящая. Да и УЗИ на таких сроках еще ничего не покажет. Как же ваша дочка узнала, что у нее будет брат? Моя первая версия – никак, ведь ваш второй ребенок с равным успехом может оказаться и девочкой, и мальчиком.

Но на самом деле этот вопрос отсылает нас к знаменитой проблеме из элементарной теории вероятностей, который известен также как «парадокс мальчика или девочки». Вот как он звучит: если в семье двое детей и один из них мальчик, какого пола второй ребенок – мужского или женского? Интуитивно вы понимаете, что раз примерно половину детей в мире составляют мальчики, а половину – девочки, то верным может оказаться любой из двух вариантов. И тут в дело вступает удивительная теория вероятностей.