Вопрос времени
Шрифт:
Конечно, можно! Искусственный интеллект ЗОРИН создан с помощью специальной программы, которую Джерри стянул у Гилкренски в прошлом году. Если он подведет «Ястреб» поближе к лайнеру и сможет уловить излучение компьютера, сломать защиту и попасть в центральный процессор будет парой пустяков.
И тогда вся система окажется в его руках!
– Ты готова, Мария? Эта тварь совсем рядом!
– Я знаю, Тео. Она изучает наши движения. Я почти зарядила батареи, осталось только пять секунд… четыре… три…
Самолет все глубже погружался в облако. Солнце пропало, и машина во весь дух неслась к морю сквозь густой туман. Гилкренски взглянул на альтиметр. Пять тысяч футов.
– Два… один… ноль!
Джерри Гибб одним прыжком преодолел огромное пространство, проскочил через зазор между вертикально падавшими с неба аппаратами, скользнул по излучению «Дедала» внутрь системы, обошел защиту и пароли, проник в сердце самого компьютера и… «О Господи!»
Перед ним вспыхнуло чудесное видение. Ослепительная рыжеволосая красавица с зелеными глазами неслась по воздуху, широко раскинув руки, словно Супердевушка из комиксов. За ее спиной развевалось платье цвета незабудки. Джерри захлестнули возбуждение и радость. Он с изумлением смотрел, как женщина свободно парит в небе, рассекая облака, наслаждаясь тем, что может двигаться, дышать, существовать – внутри компьютера.
– Ух ты! – пробормотал он в полном восторге. – Кажется, я влюбился!
В следующий миг он почувствовал опасность.
Центральный процессор в компьютере Гилкренски был защищен от любых вирусных атак и мог заразить и уничтожить непрошеного гостя.
– Проклятие! – выругался Джерри и отскочил подальше от опасной зоны, продолжая думать о красавице с зелеными глазами.
– Как бы мне добраться до…
Еще через мгновение в мозгу у Гибба взорвалась оранжевая вспышка, его руки судорожно вцепились в головную гарнитуру, и «Ястреб» исчез.
Небо вокруг «Вояджера» полыхало оранжевым огнем. Гилкренски услышал, как самолет взвыл и начал падать в какую-то черную дыру. Он поспешно ухватился за штурвал и вдруг обнаружил, что летит в полной темноте.
– Мария!
Шторм налетел словно из ниоткуда. В стекло кабины хлестал дождь, корпус содрогался от ударов ветра. Гилкренски понял, что положение серьезно. Он взглянул на «Ястреб» – тот по-прежнему летел у левого крыла, подсвеченный вспышками бортовых огней.
– Мария!
Изображение на экране «Минервы» застыло. Лицо Марии стало тусклым и безжизненным.
Гилкренски попытался выправить машину, но показания альтиметра продолжали стремительно снижаться, а стрелка компаса бешено вертелась по кругу. Все навигационные системы вышли из строя. Что происходит, черт возьми? Почему он не слышит ничего, кроме помех?
Громкий голос в наушниках заставил Тео подскочить на месте.
– Банана-Ривер! Банана-Ривер! Это рейс 49! Это рейс 49! Как меня слышите? Прием.
Гилкренски среагировал раньше, чем успел что-нибудь заметить. Он отчаянно рванул штурвал, пытаясь набрать высоту…
Огромная летающая лодка в форме кита обрушилась на него из темноты.
14
Столкновение
На секунду воздух перед «Вояджером» превратился в сплошной сгусток мрака. Гилкренски увидел гигантские крылья и двойной хвост громадины, которая неудержимо мчалась на его левое крыло. Габаритные огни тускло блеснули на раскрашенном борту.
Тео до отказа выжал на себя штурвал, дал полный газ и вдавил в пол правую педаль, изо всех сил стараясь уклониться вверх и вправо, чтобы не попасть под лопасти винта. Перед его глазами мелькнул чудовищный пропеллер, послышался страшный грохот, правый поплавок «лодки» задел его левый топливный бак… и «Вояджер» проскочил мимо, оставив гиганта позади.
А где же ракета?
За его спиной полыхнул взрыв, и облака обдало алым пламенем. Тео едва не оглох от ударной волны, которая настигла лайнер и подбросила его в воздух.
Прямо в цель!
Чертова ракета пробила корпус гидросамолета, протаранила его насквозь и взорвала топливные баки. У пассажиров не было ни одного шанса!
Гилкренски с трудом удерживал пляшущий в руках штурвал. За стеклом кабины просвистело несколько обломков. Он увидел, как один из них чиркнул по обшивке лайнера и промчался дальше. Оранжевое сияние вдруг погасло, и Тео остался наедине с ночным небом.
– Мария! Ты в порядке?
Но лицо все еще неподвижно смотрело на него с экрана.
Он включил радио.
– Мэйдэй! Мэйдэй! Мэйдэй! Это Гольф Индия Лима, Гольф Индия Лима! К востоку от Майами взорвался самолет. Кто-нибудь меня слышит? Прием.
Ничего, только шум помех. А затем…
– Гольф Индия Лима? Это Лиса Два-восемь. Назовите себя! Прием.
– Лиса Два-восемь. Это частный реактивный самолет, я совершаю рейс из Ирландии в Орландо. Произошла авиакатастрофа, взорвался гидросамолет с двумя пропеллерами, район к востоку от Майами. Пожалуйста, сообщите береговой службе и вызовите вертолет. Может быть, еще есть живые. Прием.
– Гольф Индия Лима? Реактивный? Из Ирландии? Мистер, освободите канал. У нас серьезная ситуация… Мы не можем…
Голос в наушниках стал слабеть и вскоре совсем затих.
– Лиса Два-восемь, Лиса Два-восемь! Вас не слышу. Прием.
Снова шум и помехи… потом самолет сильно тряхнуло, и Гилкренски выскочил из темноты на свет. Вокруг не осталось ни следа шторма, только ясное небо над головой и облака внизу. Эфир вмиг наполнился голосами и звуками.
– Гольф Индия Лима! Гольф Индия Лима! Говорит диспетчерская служба Майами. У вас все в порядке? Мы получили ваш сигнал бедствия, а потом вы пропали с экранов. Прием.
– Майами, это Гольф Индия Лима. Я видел взрыв самолета к востоку от…
Он взглянул на свою навигационную систему. Она снова заработала. «Минерва» спросила:
– Что произошло? Опять сбой в «Дедале»?
– Подожди, Мария. Алло, Майами? Повторяю, я видел взрыв самолета. Координаты – двадцать восемь градусов пятьдесят девять минут северной широты и восемьдесят градусов двадцать минут западной долготы. Он выскочил на меня прямо из шторма и столкнулся с летевшей за нами ракетой. Вы меня слышите? Прием.