Вопросительная история
Шрифт:
Бог загробного мира Озирис в двойной короне. Роспись древнеегипетской гробницы.
Богиня равновесия Маат с распростёртыми крыльями. Роспись древнеегипетской гробницы.
Мысль о равновесии внушила египтянам их земля, похожая на учебник симметрии и точности. Вдоль единственной реки, Нила, тянулись четыре параллельные полосы. Человек на берегу или с воды видел чёрную и красную полосы слева и точно такие же полосы справа. Чёрными были поля, красной – пустыня. Люди жили, словно посреди двух зеркал. И разливаться река начинала с неимоверной точностью всегда в один и тот же день – 19 июля. Так что не поверить в равновесие было в Египте просто невозможно.
Египтяне были убеждены, что Маат создали когда-то боги. Сохранять же баланс входило в задачу людей. Уж поверьте, египтяне знали толк в этом вопросе. И очень любили давать советы, как следует равновесие соблюдать. В одном из папирусов хозяина дома наставляли: «Если гость твой ест слишком много, не ешь вообще». Эти слова были обращены к знатному человеку. Вряд ли в его доме могло не хватать пищи, и последний кусок следовало оставлять гостю. Автор совета заботился не о госте, а о Маат. Поведение обжоры нарушало мировой баланс. Воздерживаясь от пищи, хозяин дома восстанавливал хрупкую устойчивость.
Известен случай, когда совет о соблюдении равновесия отправился из Египта за рубеж. Отец истории Геродот рассказал о Поликрате, правителе греческого острова Самос. Счастье Поликрата были невероятным. Ему удавалось всё: грабежи соседей, захваты близких и далёких земель. В разгар головокружительных успехов он получил письмо от египетского царя Амасиса, своего союзника и друга. «Приятно узнать, – писал Амасис, – что друг наш счастлив. Но всё же твои великие успехи не радуют меня. Я желал бы, чтобы и у меня самого и у моих друзей одно удавалось, а другое нет, чем быть счастливым всегда. Ведь мне не приходилось слышать ни об одном человеке, кому бы всё удавалось, а в конце концов он не кончил бы плохо». И Амасис давал Поликрату совет, какой только и мог дать египтянин, уверенный, что всё в мире держится на равновесии: «Обдумай, что тебе дороже всего на свете и какая потеря огорчит тебя больше других. Эту вещь закинь так, чтобы она к тебе не вернулась». Если же удача и тут не покинет Поликрата, Амасис советовал и дальше причинять себе беды, пока баланс счастья и несчастья не будет восстановлен. Поразмышляв, что бы такое закинуть, Поликрат вышел в открытое море на корабле и забросил в пучину свой любимый перстень. Огорчённый, но довольный Поликрат вернулся домой. А спустя несколько дней рыбак принёс в подарок царю большую красивую рыбу. На кухне в рыбьем желудке обнаружили перстень. Любимая вещь вернулась к хозяину. Невероятное счастье и в этот раз сопутствовало самосскому царю. Махнув рукой на совет друга-фараона, Поликрат зажил прежней счастливой жизнью. C точки зрения древних египтян, он был обречён. Так и случилось. Враги заманили Поликрата в ловушку, и страшная гибель была расплатой за счастье.Богиня Маат с пером в волосах. Роспись древнеегипетской гробницы.
В общем, с равновесием шутить не следовало. И если для Поликрата забота о равновесии была делом личным, для фараонов она являлась первейшей обязанностью. Как же иначе, если царь в Египте так и назывался – «владыка Маат»? Владеешь порядком – неси за него ответственность. А, как известно, в деле удержания равновесия цифры лучше, чем два, не найти. У весов бывает две чаши. По бревну, не говоря уж о канате, ходят разведя в стороны две руки. И на двух ногах стоять гораздо проще, чем на одной. В общем, чтобы мир не рухнул, ему требуются как минимум две опоры. Так что, подавая египтянам двойные знаки, фараон сообщал: всё в порядке, равновесие устойчиво, моё двойное величество ситуацию контролирует. Одна корона хорошо, а две лучше. Египет, конечно, один, но называть его следует «двумя землями». Так оно звучит надёжнее.
Вы умеете читать египетские иероглифы?
Одного человека спросили:
– Вы умеете играть на скрипке?
– Не знаю, не пробовал, – ответил он.
А вы, уважаемый читатель, можете не сомневаться. Вы умеете читать египетские иероглифы, даже если вам кажется, что вы никогда этого не делали. Ведь египетские иероглифы прячутся в каждой строчке, которую мы читаем или пишем. Попробуем разобраться, как они к нам попали.
Древние египтяне придумали письмо раньше всех – 5 тыс. лет назад. Вещь была удобная, но сложная. Греки прозвали египетские знаки иероглифами – «священным письмом». Чтобы выучить все знаки – 800 главных и 1000 неглавных, требовались годы. К тому же каждый иероглиф – картинка, которую приходилось рисовать. Одни картинки означали целые слова, другие слоги, третьи звуки, четвёртые… В общем ясно, что египетским школьникам приходилось несладко. А в ходу было ещё два вида скорописи – простая и особо «ускоренная». Знаки скорописи не похожи на иероглифы и порой сливаются друг с другом. Чтобы понимать скоропись, нужны длительные упражнения. В египетских школах учились 12 лет, и уж никак не меньше половины этого срока уходило на овладение чтением и письмом. Умение читать и писать становилось профессией, которой обучали лишь сыновей знати. Широкого распространения такая письменность иметь не могла.
Чтобы стать доступным, письмо должно было сделаться простым. Из всех когда-либо существовавших видов письма самый простой – алфавит. Он состоит из букв. Одна буква, как правило, соответствует одному звуку. Знаков в алфавитах немного – от 20 до 40. Но их вполне достаточно для записи любой речи. Чтобы выучить алфавит, даже в школу ходить не обязательно. Жители нашей планеты давно оценили преимущество алфавита перед иероглифами, и примерно 5/6 землян пользуются разными видами азбук.
Инструменты для письма. Древний Египет.
Но прежде чем алфавит появился, его, как и всякую полезную вещь, нужно было изобрести. Мы не знаем, и, вероятно, никогда не узнаем, кто подарил людям азбуку, как звали этого человека, был ли он стар или молод. А вот предположения, где и когда родился алфавит, существуют.
Фрагмент из «Книги мёртвых». XV в. до н. э.
Между Африкой и Азией лежит полуостров Синай. Древние египтяне добывали там медь и чудесный голубой камень – бирюзу. Чудесным он казался дамам, носившим бирюзовые украшения. Рабочие же на каменоломнях, скорее всего, так не думали. Они приходили на шахты из Ханаана – Западной Азии. Тяжёлый труд вдали от родных мест не вызывал у них восторга. Шахтёрские селения окружала пустыня. Опасная работа, однообразное существование. «О, если б знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда», – заметила Анна Андреевна Ахматова. Но ведь не только стихи. Изобретения, как правило, тоже совершаются не от хорошей жизни. В шахтёрских селениях на пустынном Синае жизнь, судя по всему, была достаточно плохой для изобретения алфавита.
Школьная тетрадь. Древний Египет.
«Патент» на изобретение спустя почти четыре тысячи лет выдали синайским шахтёрам два английских археолога. В 1905 г. Флиндерс Питри обнаружил на Синае несколько странных надписей XIX в. до новой эры. Они были сделаны «испорченными» египетскими иероглифами. Можно было узнать искажённый дом, глаз, парус. Но по-египетски надписи не читались. Как если бы кто-то записал латинскими буквами текст на неизвестном языке. В 1916 г. другой англичанин, Элан Гардинер, предположил, что язык надписей – ханаанейский, и прочитал первое слово: «баалат» – «госпожа». «Госпожой бирюзы» египтяне называли богиню Хатор, покровительницу местных шахт и селений. В том, что к египетской богине работники шахт обращались на своём родном языке, ничего удивительного не было. В самом деле, кто ж решится игнорировать местное небесное руководство? Удивительным был способ письма. Слово состояло из букв. А служили ими египетские иероглифы. Кто-то придумал, как использовать их неправильно , и тем самым изобрёл алфавит .
Египетские иероглифы, высеченные на гранитной облицовке гробницы.
Рассуждал изобретатель примерно так. Вот египетский знак дома
Переверну на бок – будет б , решил изобретатель.
А вот голова быка
Человеческая голова
Палетка Нармера – один из древнейших памятников египетской письменности.
Через некоторое время краткость и скорость нового письма оценили и за пределами Синая. В особенности финикийцы, лучшие мореходы тогдашнего мира. Вместе с ними алфавит попал в самые разные уголки планеты, не исключая и Греции. А уж из греческого алфавита получились латиница с кириллицей.
Вот так и вышло, что в знакомых нам буквах «прячутся» древнеегипетские иероглифы. М и m напоминают о знаке воды
Не только буквы, но и слово «алфавит» хранит память о «картинных» предках нашего письма. Алеф, как вы помните, «бык», баит – «дом». Так что алфавит – это самый настоящий «быкодом».
Одни детишки выучивают «быкодом» быстрее, у других возникают проблемы с чудовищем. Чтобы помочь несчастным, художники рисуют специальные картинки. Они поступают наоборот, по сравнению с изобретателем алфавита. Тот картинки превращал в буквы, художники – буквы в картинки. Возле а помещают аиста, возле б – барабан. Дети любят разглядывать картинки, а заодно запоминают буквы.
Наш изобретатель тоже любил разглядывать картинки. За неимением других – египетские иероглифы. Судя по всему, смысла их он не понимал. И хорошо делал. Иначе зачем бы он стал изобретать алфавит?Почему Нефертити отворачивается?
Допустим, вы разгадываете кроссворд. Слово из девяти букв, последняя и : «Египетская царица, символ искусства и красоты». Нефертити, какие могут быть сомненья? Жена царя Эхнатона. Имя её означает «прекрасная пришла». «Та, лучше которой нет», – звал её Эхнатон. Одной из самых узнаваемых дам на планете Нефертити стала после того, как раскопали её бюст, почти сразу же признанный шедевром. И вот теперь нет числа шоколадкам, духам и журнальным обложкам, с которых на нас глядит эта красавица с лебединой шеей. Хотя, скорее, это мы на неё глядим. Она же почти всегда отворачивается. Обычно статую Нефертити фотографируют в профиль. Отчего же лицо красавицы остаётся, как правило, полускрытым?
Голова Нефертити. XIV в. до н. э. Берлинский музей.
Знаменитый теперь бюст царицы явился на свет 6 декабря 1912 г. Экспедиция немецкого археолога Людвига Борхардта раскапывала мастерскую скульптора Тутмоса в городе Ахетатоне. Всего 17 лет существовал этот город. Его построил муж Нефертити, царь-реформатор Эхнатон. Он попытался заменить всех египетских богов на одного – бога солнечного диска Атона. Жрецам остальных богов эксперимент Эхнатона пришёлся не по душе, и после смерти царя память о его делах постарались стереть. Ахетатон был заброшен, его дома и мастерские опустели. Всё, что напоминало об имени и облике Эхнатона, подвергалось разрушению. Недруги царя ворвались в покинутую скульптурную мастерскую. Первое, что бросилось им в глаза – бюсты Эхнатона и Нефертити, стоявшие на полке. Скульптура Эхнатона была разбита вдребезги. От сотрясения бюст Нефертити упал, и это спасло статую. Преследователи не стали наклоняться. Через три тысячи триста лет в мастерскую пришли археологи. Бюст Нефертити лежал лицом вниз в груде щебня. Что находка не рядовая, стало ясно сразу. Археологи сразу послали за Борхардтом. «Описывать бесполезно – смотреть!» – записал он в этот день в своём дневнике. Скульптура сохранилась на удивление хорошо. Только уши были слегка повреждены, и левая глазница зияла пустотой. В отличие от правого глаза там не было вставки из горного хрусталя с затемнением, обозначавшим зрачок. Археологи принялись за поиски. Весь щебень в мастерской просеяли, и не раз. Кусочки ушей нашлись. Глаза не было. Много лет спустя тщательное обследование скульптуры убедило учёных: инкрустации левого глаза не было никогда.