Чтение онлайн

Захотелось послать его поиски куда подальше. Но сделал вид, что приступил к поискам и принялся с задумчивым видом бродить по дому. Я тоже устал. Я не стал спорить. Да, я вор, и для меня не найдется неприступного замка, но я не могу вскрыть того, чего предо мной нет.

Покосившись на Велдона, обнаружил, что тот на меня и не смотрит. Закрыв глаза, инквизитор последовал примеру отца Крига: вытянул ноги и прислонился спиной к печи.

Если вдруг… Если вдруг… Ох и завел ты нас инквизитор непонятно куда. Спасибо, хоть из Бранда вывел. Так и хотелось сказать, что дальше как-нибудь сам управлюсь.

— Кто-то из крестьян, — хлопнув дверью, зашел Ричард, — выехал из-за поворота. Встал, кормит лошадь овсом.

— Бояться нечего? — открыл глаза Велдон.

— Нам нечего, — мрачно сказал драгун. — Ему тоже. Если проедет мимо…

В сенях загрохотали сапоги. Мгновение спустя с выпученными глазами ввалился Брендон

— Рейтары! Скачут прямо сюда! Много!

— Кровь и песок! — зарычал Тейвил. — Сколько их?

— Больше двух десятков!

Велдон вскочил с табурета. Я впервые увидел в нем полную растерянность. Два десятка имперских рейтар — это приговор нашему побегу.

— Дьявол! — вырвалось у меня. Я лихорадочно оглядывался. Шутки кончились. Где же этот чертов подпол! Инквизитор все-таки завел в западню!

— Бежим! — тонким и высоким голосом заверещал отец Криг. Старик вскочил с табурета и торопливо заковылял к сеням.

Всплеснув руками, Томас Велдон заметался по горнице в поисках ящичка с реликвией. Инквизитор потерял самообладание, потому как кожаный ремень от деревянной суммы по-прежнему был перекинут через его плечо.

— Стоять!

Тейвил толкнул седого монаха к стене, едва не сбив того с ног. Отец Криг болезненно приложился о бревна, охнул и вновь дернулся к двери, пытаясь проскользнуть наружу. Разразившись бранью, барон, не церемонясь, поймал его за капюшон рясы и в следующий миг прижал к бревнам, надавив согнутой в локте рукой на грудь старика.

— Спокойно, — зашипел Ричард.

Отец Криг пялился на него и широко раскрывал рот, по-рыбьи хватая воздух. Сильнейший тычок выбил их него дух, какое-то время седому инквизитору не удавалось вздохнуть

— Забываетесь! — в голосе Велдона зазвенела сталь. Отец Томас взял себя в руки и теперь снова стал похож на самого себя. Монах с обликом доброго лекаря, проплешиной на голове, белой коротко стриженой бородкой и пламенем во взоре. — Отпустите его! Нужно немедля бежать!

Тейвил тряхнул головой и отступил от старика на шаг:

— Святой отец, сейчас поздно бежать. Нас заметят, поэтому остаемся здесь!

Упрямый взгляд драгуна столкнулся со взором инквизитора. Барон покраснел и шумно сопел.

— Ты и вор поклялись! Вы дали клятву следовать за мной, — напомнил Велдон, — а значит подчиняться моему слову!

Я тихо выругался. Мы дали клятву совсем о другом. Я поклялся доставить частицу святого Креста до Ревонтоля. Всего лишь это, но церковник возомнил о большем.

— Если выберемся из этой передряги, — произнес Тейвил, — то я как истинный сын Матери Церкви…

Ржание лошадей прозвучало совсем рядом.

— Как истинный сын Матери Церкви, — повторил Ричард, — я буду внимать каждому вашему слову, святой отец. Однако ныне прошу слушать меня.

Томас Велдон собрался возразить, он снова вперил свой неистовый взгляд в Тейвила и вдруг, совершенно неожиданно для меня отступил от спора.

— Делайте, что считаете нужным. Но реликвия не должна достаться еретикам! — отец Томас судорожно вцепился за ремень ящичка.

— Благодарю, — Тейвил по-уставному кивнул. — Брендон, ты у двери! Я и Гард к окнам!

Громила Велдона подчинился драгуну беспрекословно. Было до сих пор неясно, является ли он простым наемником или имеет какое-то особое отношение к монахам-инквизиторам. Брендон казался спокойным и сосредоточенным; видать, не в первая его заваруха, и понимает, что выяснение отношений в эту минуту подобно смерти. Да и ту мысль, что Тейвил самовольно возглавил наш небольшой вооруженным отряд из трех человек, он принял как должное. Что говорить, если уверенность, сквозившая в каждом слове и движении Ричарда, заставила подчиниться даже Томаса Велдона. Я также вверил свою судьбу в руки драгуна. Вести в бой должен кто-то один.

Наемник Велдона встал у выхода к сеням, справа от распахнутой двери. Брендон прислонил аркебузу Тейвила к стене, свою взял в руки. Я же занял место у крохотного окошка, выходившего на внутренний двор хутора. У другого замер Ричард, попросив инквизиторов затаится в углах горницы, по правую и левую руку от нас. Отец Криг деланно негодовал, но хватило одного взгляда Велдона, чтобы старик смолк и послушно направился туда, куда указал драгун. Сам отец Томас спокойно прошествовал в угол рядом со мной. Он был чересчур спокоен.

Мое же сердце неистово колотилось, я крепко сжимал пистоли и ждал развязки. Второе пленение имперцами завершится плачевным итогом, уж лучше пасть здесь! Да, я боялся пыток! Но я не трус! Я вор! Я флибустьер!

Я вспоминал Костяной Краб, Конрада Дамана и Вермана, Чекко, Лоиса, Дино… и других. Распалив себя, глянул на Велдона со смесью жалости и сожаления: его удел лишь молитвы, наш — бой.

— Теперь тише, — Тейвил поднес к губам палец, — ни звука!

Оконные проемы, затянутые воловьим пузырем пропускали лишь свет. Ричард сделал кинжалом небольшой разрез, для наблюдения за происходящим во дворе Я поступил также.

В ворота въехали трое рейтар. Имперцы явно навеселе; смеялись и переклинивались на огсбургском наречии, и, считай, без доспехов. Каждый из троицы всадников был облачен в шлем без забрала и кирасу. Наплечники и набедренники сняты.

— Позвольте, — едва слышно произнес Томас Велдон, приблизившись ко мне. Он хотел посмотреть на двор.

Ричард выпучил глаза и махал рукой, чтобы монах оставался на месте, да только инквизитор никак не демонстрировал намерение внять ему. Я пожал плечами и подвинулся к другому краю окна, где проделал новое смотровое отверстие.

Через круп белого жеребца, ступившего в ворота первым, было перекинуто завернутое в холст тело. Женщина или девушка, и скорей всего жива. Когда двое других рейтар покинули седла, один из них довольно хохотнул и хлопнул лапой туда, где должны были быть бедра. Кавалеристы стащили пленницу с коня и бросили ее в снег. Та молчала. Не шевелилась. Возможно, я поспешил, решив, что она еще дышит

— Неужели!.. — с жаром прошептал Велдон.

Я непонимающе уставился на него. Инквизитор неотрывно смотрел в крохотное отверстие в оконном пузыре. Побелевшие от натуги пальцы церковника с силой сжали нательный крест.