Вор: Пришествие Трикстера. Часть 1
Шрифт:
Все… не правда. Я так не считал, я… Так считал. Не нужно винить меня за это, вскоре все станет понятно. Вскоре останется только белый лист. Чернила вытекут на грубую землю.
Виктория хотела этот Меч. Могла ли она предположить, что мне придется выбирать? Что мне придется сделать?
«Вряд ли», - подумал я, «Но она будет крайне расстроена».
А ведь я о ней ничего не знал. В голове сидела назойливая птица и смеялась. Для меня она стала не более жужжащей мухи. «Мое будущее… оно… вот, вот здесь! Вот, где оно, не в казематах Хранителей, не в Клагсхлефте. Не там! Иных вариантов уже нет. Люди всегда умирали. И это закон, который был, есть и будет. Все рано или поздно случиться…».
«Это он, не я! Заберите его!». Мерзкая жизнь. Эти люди».
Я присел, уперев руки в лоб. Неимоверное отчаяние нахлынуло на меня. Я сидел и думал, продолжал жевать зерна обиды.
«Те же живые мертвецы… Что их отличает от стражников в красных плащах? Они тоже ходят. Издают звуки. Пьют. Гадят».
«Всего одно убийство».
«Я и так чуть ли не главный преступник города. Никто не будет рассуждать перед моей казнью, сколько бы добрых дел я не совершил».
«Они попадут в рай – а я просто сдохну».
Сердце сжималось и разжималось. Я чувствовал, как чья-то когтистая лапа сжимала его, выкачивала кровь. Голова отяжелела, но это не мешало и мне сжимать кинжал в руке. Пальцем я впервые ощутил, насколько он был острый. Как блестел, однако слишком тускло. Это не могло не в какой мере сравниться с тем «необычным» Мечом.
Перчатка внезапно дала течь, и на ботинок упала красная капля.
«Я… я… всего один раз… Никто не узнает. Репутация не пострадает».
Вдруг комната наполнилась еле уловимым хохотом, который надрывался и надрывался, пока не исчез.
«Как оно смеет! ЯМастер-вор!».
12
«Хранитель Майар донес хорошую весть. Хорошую в контексте нынешней обстановки. Сама по себе новость была ужасающей.
Впервые за долгие годы, что вполне ожидаемо, шпионы приступили к активным действиям. На замену скитаниям, прогулкам в поисках чего-нибудь сносного, которое зовётся у них «вынюхиванием», шпионы перешли к «сценарию». Это означает, что объекты будут находится под круглосуточным наблюдением. Первые результаты такого наблюдения уже известны. Стали известны прямо сейчас, когда Хранитель Майар доложил о ситуации. Это хорошая весть, но хорошая в контексте действий. Сами по себе сведения удручают. Ввергают в шок. Поражают своей стремительной динамикой».
– Как-то так.
– Как-то.
«Мед – это поистине зимний напиток. Он наполняет чрево, обжигает его. Мне не пристало употреблять такие напитки, учитывая мой возраст, но все, что мы могли, мы сделали. Остается только надеяться и ждать. Ведь только хорошо выдержанный мед, без ложки дегтя, в прямом смысле, дает наилучший вкус. Одно лишнее движение, одна лишняя щепотка – и все, получится не напиток, а испорченное настроение».
– Как-то так.
– Будем ждать?
– Будем надеяться.
– Да, нам, пожалуй, другого ничего и не остается. Ситуация критическая.
– Мы расшифровали глифы, все мы.
– Не наших сил дела.
– Пожалуй, вы правы. Но повлиять на главный объект мы обязаны. Хотя… уже, вероятно, поздно, друзья.
Хранитель Артемус пробурил дырку в бочке, и первые капли сладкого напитка потекли по бочонку.
Ударила молния. Ее давно ожидали: деревья сокрушались под порывами ветра, кроны колыхались, а последние листочки опадали наземь. «Эта зима не будет теплой», – говорили люди. И вправду, о каком тепле может идти речь, когда… Может! В некоторых местах было по-настоящему жарко. Капитан охраны только что вернулся с разведки, и Лорд Рамирес уже ждал его.
– Ну что?
– Милорд, мы ищем, но пока не видать.
– Ищите. Я вам хорошо плачу.
«Погиб».
За каменными стенами три десятка солдат слушали донесение. Капитан говорил, но получался лишь рык. Его уже изрядно утомили эти «полувоенные операции». А все ради какого-то одного человека!
– Вы: десять – квартал Мясорубов – главный Рудольф! Вы: десять – площадь Святого, как его мать, Виллеса - главный ты, не помню твоего имени! Вы: десять…
«Упал с коня».
Три десятка солдат, гремя латами и мечами, покинули главные ворота, и, как вода в канаве, разлились по артериям города.
«Был проткнут копьем».
С верхнего этажа за всем этим деянием наблюдал торговец. Он знал, что такое обычно до добра не доводит. Под его ногами же располагалась лавка, а солдаты такие «неразборчивые» в своих действиях. Кто знает, что придет им в голову. Раз торгуешь мешками – так это для хранения краденного. «А раньше на воров никто и внимания не обращал! Ну, времечко!». Последний блестящий доспех скрылся за поворотом. «Видать сперли что-то крупное».
«И теперь я за главного».
– Не трогайте меня! Люди!
– Говори! Знаю, что знаешь этого Гаррэта!
– Впервые слышу, прочь!
– Мальчики, на пол ее! – солдаты переглянулись и приступили к делу.
– Стойте, Гаррэт – мой муж! Он очень честный человек и работает в поле. В-все это подтвердят! Он обычный смерд, люди!
Солдаты толпились в дверях, пахло соломой и дрянной похлебкой, дождь пробирал до лодыжек, и каждому хотелось в дом.
– Отбой!
– Пусти! – женщина вырвала руку. Думала, какая она сильная. На самом деле солдат даже руки не напрягал.
– Отбой! Это не наш Гаррэт.
Стаканы наполнились белым напитком, и у обоих закружилась голова от чудесного пряного аромата.
– Наконец, можно отдохнуть.
– Да, диваны уже отвыкли от своих хозяев.
С дивана Хранители видели, как покачивались березы, как стекала по голым ветвям вода, и как все бурлило и дышало. И как природные силы брали вверх.
– То, что мы пьем вовсе не означает, что мы сдались.
– Никто и не молвил, что мы сдаемся. Прежде чем начать действовать до’лжно сначала отдохнуть. Это тоже природный закон.
Хранители залпом осушили кружки. Чувство, что одной бочки хватит на еще сотню таких маленьких кружечек, пьянило быстрее, чем сам мед.
«Мед делает этот мир ярче, ведь все мы люди. И все мы не безгрешны».
– Давайте братцы, поднажмите!
Эти, в красных мантиях, тащили камни. И складывали их один на другой. И воздвигалась новая церковь, и воздвигался новый Собор Создателя!
– Поднажмите, братья, Создатель посылает нам дождь, чтобы остудить наш пыл. Он испытывает нас – это очередное испытание! – молвил брат Вергилий, стоя на деревянных помостах, - И это в очередной раз доказывает, что мы сильны!