Чтение онлайн

– Что могло привести джинну в город?

Кадир подобрался ближе к ее уху.

– Не знаю, – прошептала она. – Но хотелось бы выяснить.

Она вежливо закончила свой разговор с лоточником и пошла за джинной и улыбающимся мужчиной, держась в отдалении.

– Думаешь, этот человек охотник?

Она достала двустороннюю монетку и подкинула. Монетка упала стороной с джинном. «Нет».

– Странно. Джинны следуют за людьми в города только ради мести, – сказал Кадир. Лули ускорила шаг. Кадир зашипел ей в ухо: – Ты что делаешь?

– Иду за ними.

Двусторонняя монета никогда ей не лгала, а значит, джинна заворожила мужчину по иной причине. Лули вернула монету в карман и достала свой компас.

– Веди меня к джинне, – прошептала она.

Зачарованная стрелка повиновалась, указывая ей направление к исчезающей джинне.

– Это неразумно, – сказал Кадир.

– И когда меня это останавливало?

Кадир вздохнул:

– Когда-нибудь твое любопытство тебя убьет.

Однако Лули его уже не слушала. Она сосредоточилась на компасе – магии, которая никогда ее не подводила. Магии, которая много лет назад спасла ей жизнь.

– Как это работает? – спросила Лули, наклоняя компас.

Она уже неделю шла с джинном по пустыне и заметила, как он приказывает компасу вести их к укрытию и добыче.

– Он показывает направление. Когда я что-то ищу, он помогает мне это найти.

Кадир посмотрел на компас с ласковой улыбкой.

Лейла передвигала его вправо и влево, но красная стрелка неизменно поворачивалась к ней. Отец называл компас капризным. Однако он не разобрался в его магии и подарил его ей. Он не предвидел, что Кадир – истинный владелец – за ним вернется.

И при этом спасет ей жизнь.

Кадир придвинулся к догорающему костру. Он помахал рукой над тлеющими углями, и они снова вспыхнули. Помимо костра в лагере были только потрепанный шатер и бездонный мешок Кадира.

Джинн пожал плечами.

– Компас мой. Он потребовал, чтобы я тебя сопровождал, вот почему он у тебя. Я останусь, пока он не позовет меня в какую-то иную сторону.

– А с чего ему это делать?

Кадир пристально посмотрел на нее.

– Я заблудился в вашей человеческой пустыне и не мог вернуться домой. Вот почему, когда я нашел компас у тебя, он счел нужным направить меня по иному пути. – Темные глаза джинна впились в нее. – По твоему пути.

Лейла проглотила вставший в горле ком.

– А почему ты не можешь вернуться домой?

Он тряхнул головой:

– Потому что теперь мне там не рады. Но это неважно: компас никогда меня не подводил.

Он произнес эти слова с твердой уверенностью, но его глаза…

Даже залитые светом костра они таили в себе тени.

Лули прошла по переплетению улочек и снова увидела джинну. Та заводила мужчину в заброшенную молельню – скромное глинобитное строение с решетками на окнах и поблекшими узорами из звезд и полумесяцев на стенах. Большие металлические двери, ведущие в здание, были распахнуты, но помещение за ними было почти неразличимо: его окутывал неестественный мрак.

– Какой у тебя план? – шепотом спросил Кадир.

– Поговорю с ней. Но на всякий случай…

Лули залезла в мешок за своим любимым оружием: изогнутым кинжалом с рукоятью из черного обсидиана. «Каф» – первая буква имени Кадира – была начертана на обратной стороне золотом. Это было единственным знаком его принадлежности.

– И что ты надеешься получить, угрожая джинну?

– Возможно, жизнь человека.

Нож был крайним средством. Она старалась избегать насилия, и ей меньше всего хотелось, чтобы джинна опознала в кинжале реликвию – инструмент, зачарованный магией джиннов. Она по опыту знала, что демонстрировать реликвии джиннам глупо. До смерти глупо.

Лули вошла в здание. Просторная комната оказалась темной и пустой, молельные ниши в стенах были затянуты пылью и паутиной. Потолок, несмотря на изображенное на нем солнечное небо, казался мрачным и серым. Слабый свет, проходивший в окна, был приглушенным и пыльным. Из помещения как будто выпили все краски.

Джинна стояла в центре, скрестив руки. Лули уставилась на нее. На волосы – поток живой тьмы, падавший ей на плечи и растворявшийся за спиной дымом. Человеческий мужчина стоял рядом с ней со все той же странной приклеенной улыбкой.

– Человеческая девица, – сказала джинна ровно, – уходи. Мне нет до тебя дела. – Ее взгляд упал на руки Лули. Лули запоздало поняла, что джинна видит ее кольца. Она спрятала руки за спину, но слишком поздно. – Ты посмела приблизиться ко мне с этими кольцами? – прошипела джинна.

Лули проглотила стон. Кольца были распространенной защитой от одержимости джиннами. Вполне понятно, что у джиннов при этом они вызывали ярость. Хотя Кадир скептически относился к их эффективности, он требовал, чтобы она их носила. «Если суеверие тебя не убьет, оно может тебя спасти», – часто наставлял он ее.

– Эти кольца нужны, чтобы избежать неприятных недоразумений вроде этого, – осторожно проговорила Лули. – А я пришла только для того, чтобы предостеречь тебя: не следует причинять вред человеку на территории города.

Ее взгляд метнулся к теням на стенах, которые тянулись к ней, словно пролитая тушь. Она едва смогла удержаться от дрожи, когда мягкий голос джинны наполнил тишину:

– Знаешь, сколько моих сородичей убил этот человек? – Она ткнула пальцем ему в грудь. – Он мой, и я могу делать с ним все, что пожелаю.

Джинна сделала шаг назад и взмахнула рукой. Тьма на стенах отрастила конечности и бесцеремонно вытолкала Лули из дверей, на свет. Лули заморгала. Она обернулась к отступающей тьме.

Она колебалась мгновение. Два. Три.

– Лули!

Кадир впился когтями ей в плечо, предостерегая. Не слушая его, она побежала за тенями обратно в дом. Двери захлопнулись, оставляя ее во мраке. Она услышала движение у себя за спиной, но, когда обернулась, ничего не увидела.

– Никогда я не встречала человека, который так рвался бы умереть.