Чтение онлайн

– А вот и нет, – Эддисон погладила ее. – Я с Сэмом до сих пор так делаю.

– Но не в кресле, – сказал я.

– Не в кресле.

Я подошел и присел перед Эддисон.

– Все хорошо?

Она кивнула.

– Узнала, что хотела?

Она снова кивнула.

– Прости, что забыл рассказать о песне. Ты была на севере, когда Джен уговорила помочь ей. Я оттягивал репетиции, потому что хотел дольше быть с тобой.

Эддисон скривилась.

– Как она тебя уговорила?

Я застонал.

– Напомнила о «Вольной птице». Я признался, что мы с тобой танцевали только под эту песню. Она была расстроена, ведь много часов учила меня играть ее. Сказала, что я в долгу перед ней.

Глаза Воробушка стали огромными.

– Согласна. Ты в долгу перед ней.

Я ухмыльнулся.

– А теперь и передо мной.

– Что?

– Ты с бывшей пел о любви. Я хочу услышать «Вольную птицу».

– Нет.

– Да, – Эддисон подвинула Тори и встала. – Ты красиво играл до этого, – она вскинула бровь. – И с каких пор ты поешь? У тебя хороший голос.

Да?

Она убрала волосы и показала татуировку.

– Это наша песня, – сказала она. – Сыграй ее для меня.

Я не мог спорить.

Я повел ее за руку к своей гитаре. Она села рядом со мной на диван, поджала ноги и повернулась ко мне. Я теребил струны, вспоминая, с чего начать, а потом предупредил:

– Я не знаю всю песню.

– Не важно.

Ладно. Я вдохнул и заиграл.

Я сосредоточился на пальцах, потому что давно не играл эту песню. Я знал слова наизусть, они слетали с моих губ. Я допел, посмотрел Эддисон в глаза. Она почти плакала.

– Ты расстроена?

Она покачала головой и коснулась гитары. Я отдал инструмент, и она опустила гитару на пол. Эддисон забралась ко мне на колени, прижалась к моей груди и обхватила мое лицо руками.

– Я тебя люблю, Кайл Дейтон, – прошептала она.

Я улыбнулся, мои губы были рядом с ее.

– Я тоже тебя люблю.

– Что с тобой?

Брат ослабил воротник снова. Его кожа покраснела там, где он тер ее. Он повернулся к зеркалу в вестибюле, я просунул пальцы между его рубашкой и шеей.

– Места еще много, – сказал я.

Он пожал плечами и отошел от меня.

– Держи руки при себе.

Я закатил глаза и сверился с часами.

– Еще пять минут.

Кевин выдохнул и буркнул отражению.

– Пять минут.

Его реакция напоминала, как мы готовились к футболу в школе. Тренер давал команде пару минут успокоиться, а потом вел на поле. Некоторые шептали, некоторые молились. Другие просто сидели, обдумывая игру. Я огляделся, понимая, что Кевин смиряется с самым важным в жизни: через полчаса он станет женатым.

Время пришло, и я шагнул к нему.

– Мне заводить машину?

Он посмотрел на меня в смятении.

– Последний шанс отказаться, – сказал я. – Уверен, что хочешь это?

Он скривился.

– Издеваешься?

– Думаю в этом и заключается миссия свидетеля.

Кев криво улыбнулся мне.

– Спасибо, но не надо.

Я знал его ответ, но все же проверил. Он дергал воротник, словно не мог дышать.

– Нервничаешь? – спросил я.

– Да, – он провел рукой по волосам. – Если бы там была Эддисон, как бы ты себя чувствовал?

– Если бы она выходила за тебя? – я вскинул бровь. – Я бы злился.

– Ты знаешь, о чем я, – сказал он. – Как бы ты ощущал свою свадьбу?

Я обдумал его вопрос, ответил через секунды:

– Паниковал бы.

– Вот именно, – сказал он. – Я все еще не могу поверить, что Эшли согласилась, – он шагнул в сторону и добавил. – Надеюсь, она не передумает.

Эшли так не сделает. Эддисон могла сейчас об этом говорить с ней, но она не бросит моего брата.

– Эй, – я сжал его плечо, остановив его. – Эшли тебя любит. Даже я это вижу. Вы должны быть вместе, хватит переживать.

Кевин уставился на меня и помахал перед моим лицом рукой.

– Что ты сделал с моим братом?

Я нахмурился.

– Что?

– Пару месяцев назад ты говорил, что я спешу. А теперь нам с Эшли суждено быть вместе?

– Не глупи. Я это знаю. Она не передумает, как и ты.

Кевин не был убежден.

– Ты серьезно?

Откуда сомнения?

– На сто процентов уверен.

– Джентльмены?

Священник обратился к нам, и я обернулся к нему. Он был худым стариком с короткими седыми волосами.

– Пора, – его глаза улыбались. – Есть вопросы?

Я посмотрел на Кева.

– Вопросы?

Он покачал головой, и я заметил, как он сглотнул.

– Все готово, – сказал я за него.

Священник кивнул.

– Тогда начнем. Все на местах.

Кевин прошел к отцу Фрэнку, я – за ним, как мы и репетировали. Мы вышли из вестибюля в зал церкви, оказавшись на виду перед алтарем. Священник вел нас к нашим местам, я сцепил руки перед собой и сосредоточился на плечах Кевина. Я еще не посмотрел на толпу, но ощущал на нас сотни взглядов. Это пугало. Сколько людей они позвали на свадьбу?

Музыка оповестила, что невеста идёт. А я посмотрел на двери за толпой. Я заметил свою маму, мою мачеху Лидию, они сидели в первом ряду перед нами. Я узнал цветы, которыми украсили ряды. Там были голубые гортензии и ландыши. На репетиции мне сказали, что цвета свадьбы – голубой, розовые и бежевый. Я не сильно вникал в это, но флорист прекрасно подобрала цветы.

Тени появились за мутным стеклом, отделяющим заднюю часть церкви от входа, и я понял, как волнуюсь из-за Эддисон. Она оставалась с Эшли ночью, пока Кевин бушевал в моем доме. Хоть этот день был для новобрачных, я собирался повеселиться со своей девушкой. Я радовался, что Эддисон была здесь со мной, а не с Дереком. Это был первый наш праздник, где мы были парой, и я хотел отметить это.

Двери открылись, появились Никки и Ноа. Они шли по ряду рука об руку, Тара и Остин – за ними. Эддисон вышла из дверей, и мой мир замер.

Вряд ли на меня смотрели, но если бы обратили внимание, то поняли бы, как я ее люблю. Это было написано на моем лице. Я смотрел только на нее, церковь стала размытой. Она понимающе улыбнулась мне, и мы словно репетировали наше будущее. Она была в голубом платье без лямок, которое подчеркивало ее талию и доставало до колен. В следующий раз она будет идти по ряду в белом. И я впервые представил это для себя. Для нас.