Воробушек по имени Лиз
Шрифт:
— Так вы сохраняли ему жизнь, чтобы он мог погибнуть в нужный момент?
— Вас это шокирует, Северус? Сколько людей, мужчин и женщин, погибло на ваших глазах?
— В последнее время — только те, кого я не мог спасти. — Снегг поднялся. — Вы снова меня использовали. Снова обманули.
— То есть?
— Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю всё это для того, чтобы сохранить жизнь детям Лили. А теперь вы говорите мне, что растили мальчика как свинью для убоя…
— Это прямо-таки трогательно, Северус, — серьёзно сказал Дамблдор. — Уж не привязались ли вы, в конце концов, к мальчику?
— К мальчику? — выкрикнул Снегг. — Экспекто патронум!
Из кончика его палочки вырвалась серебряная лань, спрыгнула на пол, одним прыжком пересекла кабинет и вылетела в раскрытое окно. Дамблдор смотрел ей вслед. Когда серебряное свечение погасло, он обернулся к Снеггу, и глаза его были полны слёз.
— После стольких лет?
— Всегда, — ответил Снегг.
Наступило тягостное молчание. Снегг отвернулся от директора, пряча эмоции, испытанные минутой ранее, а Дамблдор переосмысливал то, что увидел. Наконец, он заговорил:
– Северус, это не все, о чем я хотел вас попросить.
Мужчина медленно повернулся, удивленно глядя на старика.
– Когда исход войны будет предрешен, когда Гарри узнает всю правду, найдите Лиз.
Снегг не отрывал взгляда от директора, который взвешенно и осторожно подбирал слова.
– Найдите Лиз и сообщите ей, что Седрик Диггори жив и находится у себя дома, под присмотром родителей.
Настоящая Лиз, наблюдавшая сцену со стороны, вскрикнула и схватила брата за руку. Ее тело содрогалось, сердце бешено билось, готовое разбиться о ребра в груди. Девочка стала задыхаться, она жадно ловила ртом воздух, но волнение заполонило мысли, тело не подчинялось разуму, ноги стали подгибаться. Гарри подхватил сестру и встряхнул. Он схватил Лиз за запястья и повернул к себе:
– Успокойся, Лиз! Лиз, ты слышишь меня? Посмотри на меня! – Лиз посмотрела на брата глазами, полными слез. – Вот так. А теперь дыши!
Лиз сделала глубокий вдох и выдох и сразу почувствовала, как сердце возвращается к обычному ритму.
В этот момент до нее донесся голос Снегга.
– Все это время вы видели, как девочка страдает, знали правду, но ничего не сказали… - только и смог вымолвить он.
– Так было нужно, Северус. Если бы Волан-де-Морт узнал о Седрике, тот подвергся бы пыткам, опытам и скорой смерти. Тайна его выживания не в нем самом, а в том, какое чувство его породило, - Снегг сощурил глаза, поэтому Дамблдор добавил: - Любовь, Северус. Именно она спасла Седрика Диггори от смерти. Она спасла от смерти Гарри. Спасла вас от участи злого ничтожного человека.
– И все же… - хотел запротестовать Снегг.
– Перестаньте относиться к девочке, как к собственной дочери, Северус, - серьезно произнес Дамблдор. – Вы слишком опекаете ее. Она стала такой, какая есть, во многом благодаря смерти Диггори.
– Но так же нельзя, - просто произнес Снегг.
– Это война, Северус, а как известно: на войне все средства хороши.
Сцена сменилась…
И вот Снегг снова стоит в директорском кабинете, только теперь он сам директор, а Финеас Найджелус торопливо возвращается в свой портрет.
— Директор! Они разбили палатку в лесу Дин! Грязнокровка…
— Я не желаю слышать это слово!
— В общем, эта Грейнджер назвала местность, когда открывала сумку, я слышал!
— Прекрасно. Очень хорошо! — воскликнул Дамблдор с портрета за директорским креслом. — Теперь берите меч, Северус! Не забывайте, что он даётся лишь отважному и в крайней нужде и Гарри не должен знать, что даёте его вы! Если Волан-де-Морт прочтёт мысли Гарри и увидит, что вы действуете в пользу мальчика…
— Знаю, — коротко сказал Снегг. Он подошёл к портрету Дамблдора и потянул за него. Портрет выдвинулся из стены, открывая тайник. Снегг достал меч Гриффиндора. — И вы по-прежнему не хотите сказать мне, почему Гарри непременно должен получить меч? — спросил Снегг, надевая дорожную мантию.
— Пожалуй, нет, — ответил портрет Дамблдора. — Он сам разберётся, что с ним делать. Будьте очень осторожны, Северус, боюсь, они вас могут плохо встретить после моего убийства…
Снегг обернулся с порога.
— Не беспокойтесь, Дамблдор, — сказал он холодно. — У меня есть план…
И снова брата и сестру настиг водоворот красок и света, который в одночасье поник. Лиз и Гарри оказались в узком, изящно обставленном, коридоре с высокими потолками. Лиз передернуло.
– Это особняк Малфоев, - шепнула она брату. Гарри перевел взгляд с Лиз на Снегга и обратно.
Лиз во все глаза наблюдала за сценой. Снегг стоял в темной части коридоре в компании Антонина Долохова. В его руках была палочка. Мужчина говорил спокойным быстрым голосом:
– Ты незаметно проберешься в зал, где держат пленницу, и освободишь ее. Если по пути встретишь кого-нибудь из охраны – оглуши, но не убивай. Главное, доставь девочку домой живой. Вот адрес, - Снегг протянул мужчине клочок пергамента, - запомни и сожги.
Долохов стеклянным пустым взглядом пробежался по адресу, повторил про себя, а затем взмахом волшебной палочки превратил пергамент в пепел.
– Ты все понял? – тихо, но требовательно спросил Снегг. Мужчина кивнул. – Если кто-то спросит тебя о том, кто подал идею для освобождения девчонки, говори, что идея твоя. Забудь об этом разговоре. Забудь, что ты видел меня.
Мужчина снова кивнул. Сцена изменилась…
На пустой сельской дороге в предрассветный час прозвучал хлопок. Случайный заплутавший прохожий решил бы, что из неоткуда появившейся мужчина лишь видение, навеянное недавним пробуждением, или галлюцинация, но, совершенно точно, не явь. К тому же этот мужчина был облачен в замысловатые длинные одежды, похожие на мантии, в которых ходят выпускники колледжей. Однако же этот мужчина был вполне себе реальный, высокий, с бледным острым лицом. Он быстрым шагом зашагал вниз по дороге, держа на руках свою ношу – окровавленную израненную девушку. Сейчас она скорее напоминала изломанную садистскими руками куклу, чем живого человека. Ее спутавшиеся грязные волосы закрывали лицо, а правая рука свисала в неестественном изгибе.