Воробышек
Шрифт:
Спасибо, КОТЛЕТА!
Драная ты кошка!
Однако, много размышлять на эту тему я не собиралась. У этого мужчины столько сумасшедших тараканов в голове, что такой пустяк, как нелюбовь к поцелуям, просто-напросто теряется среди прочих особенностей Вениаминовских пристрастий. Я вообще-то причислила эту странность к числу достоинств. Впрочем, как и размер его микропениса.
– Ура! – вопила Виолетта, звонко хлопая в ладоши, словно попала в цирк на первый ряд и взирает на дрессированных обезьянок, сверкающих красными попками из-под нарядных юбочек.
Не так активно и не так радостно, но все же громко хлопали и остальные. Внезапно Егор встал и вышел из-за стола. Не говоря ни слова, парень стремительно покинул беседку и скрылся за широкой дверью дома. Его проводили шесть пар глаз.
Никто даже не успел должным образом возмутиться странному поведению Королева, как он уже выскочил обратно во двор, неся в руках то ли какой-то сверток, то ли коробку.
Вернувшись за стол, Егор взял свой стакан, безжалостно выплеснул на траву любимую минералку со льдом, которую цедил весь вечер и щедро наполнил емкость шипящим шампанским.
– У меня есть тост! – неожиданно очень бодро сказал Королев, глядя то на отца, то на меня.
– Ой, как здорово! – вновь всплеснула руками Виолетта, - Обожаю семейные торжества! Особенно, когда дети желают счастья родителям! Это всегда так трогательно и волнительно!
Словесный понос Котлеты нескончаемым потоком лился в мои уши, отравляя сознание. На самом деле у меня отличные нервы и прекрасная выдержка, и все же этой красной девице с первой секунды удавалось пробить эмоциональную броню и взбесить абсолютно каждый нерв. Мое состояние было сродни несчастной гитары, по струнам которой безжалостно со всей дури долбит малолетний хулиган, делающий это лишь с одной целью – проверить, насколько крепкий ему достался инструмент. Как никогда до этого мне хотелось заткнуть рот Котлеты первым, что попадется под руку – березовым поленом, смолистыми сосновыми шишками, пряными свиными ребрышками...
Чем угодно, лишь бы она замолчала!
Вид у Егора же, честно говоря, был слегка неадекватный. Он щурился, улыбался и складывал домиком брови. В целом от него веяло какой-то решимостью, азартом и интересом. Мы все послушно вслед за ним взялись за свои бокалы и внимательно уставились на парня в ожидании продолжения его сольного выступления.
Долго ждать не пришлось.
– Отец, я честно хочу признаться, что ровно до этого момента очень сомневался в собственных чувствах, считал их неправильными, недостойными, даже в некотором роде детскими. Отрицал очевидные вещи. Не желал признавать неоспоримые по своей сути факты. Слушал чужое мнение вместо голоса собственного разума. Но не теперь…
Если честно, я силилась понять смысл его слов, но они были так туманны и пространны, что могли таить за собой все, что угодно. Поэтому, лишь постаралась бросить анализировать, и стала просто слушать. И запоминать. В целом создавалось впечатление, что Егор дает свое благословение на отношения отца со мной.
– Женева, - синие глаза с отблесками костра немного смущали своей прямотой, - Я рад приветствовать тебя в этом доме. Однако, считаю своим долгом тебя предостеречь. Жених тебе, Женева, достался непростой, а очень и очень… занятой. Уж мне ли не знать! Так вот, впереди у тебя будет много времени, пока папа пропадает на работе. Поэтому хочу сделать тебе подарок – он поможет тебе развеять скуку и, возможно даже многому научит. Но, пожалуйста, используй его только в минуты одиночества, не хочу, чтобы мой сувенир стал причиной ссор между молодоженами! Держи!
И протянул мне…книгу.
Издевательство, которое тянет на 80 левел!
Спасибо, котеночек!
Я осторожно взяла подарок в руки - Роберт Седжвик «Фундаментальные алгоритмы C++. Анализ. Структуры данных. Сортировка. Поиск».
Так себе литература.
Вполне устаревшая.
Серьезно? – именно с таким выражением на лице я взглянула на Егора, но тот и бровью не повел.
– Тебе понравится, - уверенно заявил котеночек.
Вениамин мельком глянул на учебник и сочувствующе посмеялся. Взял его в руки и развернул первые страницы.
– Кажется, эту книгу купил тебе я, - хмыкнул Гусь, глядя на сына.
– Я уже все изучил, так что пусть теперь читает Женева. Итак, тост! Предлагаю выпить за свободу выбора, за то, чтобы мечты сбывались и за торжество искренних чувств над любыми преградами!
И под очередные вопли Котлеты «Ура!» решительно осушил бокал до дна.
Даже не чокаясь.
Если эта сучка вновь заорет «горько», я утоплю ее в бассейне!
– ГО… - раскрыла пасть Виолетта, но Егор ее грубо перебил.
– ГОВНО это ваше шампанское! Макс, спой-ка нам что-нибудь романтичное!
И Макс спел! Не дав возобновиться фонтану изо рта досужливой Комаровой.
В дальнейшем вечер проходил в более спокойной обстановке. Даже приятной. С песнями, шутками и глубоко философскими разговорами о космосе, судьбе и теориях сотворения мира.
Вениамин оказался очень даже интересным собеседником. Начитанным, умным и словоохотливым. Стоило признать, что при других обстоятельствах, не зная его так близко, я бы дала Гусю вполне положительную характеристику.
Время летело незаметно. И вот уже Семеновна отправилась отдыхать, Макс повез домой свою рыжую Соню, а Егор отправился провожать пьяненькую Котлету. Меня же ждала ночь в объятиях жениха. Голодного, судя по торжествующему взгляду, наполненному лихорадочного блеска.
Бедные мои ребра.
Завтра снова будет болеть все тело.
– О чем спрашивал Егор? – первым делом поинтересовался Вениамин, когда мы вошли в спальню.
– Да как-то ни о чем конкретном, - пожала плечами в ответ, - Сказал, что если я захочу уехать, то он поможет.
– А ты что?
– Сказала, что мне никуда не надо и поблагодарила за заботу.
– Умница. Что еще?
– Ничего. Потом на дорогу выскочила собака и… в общем, ты уже знаешь. Еще от удара у меня кровь носом пошла, Егор опять в обморок брякнулся. Короче, большую часть времени я его в чувства приводила.
– Понятно, - остался доволен Гусь. Кажется, его Егорова фобия даже забавляла. Ну, еще бы!
– А почему Егор так крови боится? У него была какая-то травма?
– Не знаю. Егор ведь мне не родной сын, Женева. Я забрал мальчишку из приюта, когда ему было лет восемь. Фобия у него к тому времени уже была.
– А я думала, Егор твой сын. У вас такие теплые взаимоотношения…
– Егор, скажем так, не совсем уж чужой мне человек. Я хорошо знал его родителей. С отцом много сталкивался по службе. Воевали вместе. С матерью и вовсе ходили в одну школу. После ранения о собственных детях можно было и не мечтать. На самом деле, я не планировал заводить семью вовсе. Но Егор неожиданно сам попросился ко мне, а я не смог отказать мальчонке, потерявшему всю семью.
– Так он тебя знал и раньше?
– Нет, мы никогда не встречались. У Егора сестра была, Настя, вот ее я видел пару раз. А с младшим Королевым познакомился уже в приюте местном. Был тут у нас такой «Кукушонок».