Чтение онлайн

Я невольно села на землю, сжала пальцы. Губы онемели, и я с трудом заставила их произнести:

— Как это? Он же живой?

— Обречённый он. Ты язык воронов понимаешь?

— Откуда?

Кара зевнула и потянулась, будто кошечка:

— Эх, всё время забываю, что вам, человечкам смертным, иные языки нужно специально учить. Смерть его ждёт дома. Открыто они говорят об этом. Сегодня был разговор с Аэргом, когда в дорогу собирались. Как Эйдэн вернётся, так каган его и сразу казнит. И женишок знает, и Аэрг — знает, и Тэрлак.

— Но кто тогда станет Третьим вороном?

— Сафат, сын твоего ненаглядного Эйдэна. Мальчишке всего шесть, но каган ненавидит Третьего ворона, поэтому ему наплевать, что наследник юн.

— Он не мой…

— Да нет, вполне разговаривает.

Я не стала объяснять. Дева Пречистая… как же так? Эйдэн знает… Эйдэн знает, но не бежит, а выполняет волю этого упыря-кагана? Убившего его жён и дочь… Впрочем, не может не выполнять, ведь у тирана малолетний сыночек ворона.

— Впрочем, не только поэтому. Есть что-то в Третьем… жутковатое. Такой зарежет с весёлой улыбочкой. Ты не знаешь, всегда одни и те же остаются в лагере? — деловито уточнила Кара, уже развалившаяся на шкуре.

— Нет, они меняются…

— То есть, завтра останется не Эйдэн?

— Нет.

— Тогда бежим. Я натырю еды всякой, и моей магии хватит, чтобы кони не уставали до самого Старого города.

Что? Я неверяще уставилась на неё.

— Он же тебя спас!

— А толку мне от его спасения? Элис, ты понятия не имеешь, кто такие вороны! А Эйдэн из них самый воронистый.

— Не имею. А ты знаешь?

— Нет. Но знаю то, что смертельно меня пугает: на них моя магия не действует! Совсем. Как если бы её не было, понимаешь? Ни боевая, ни магия иллюзий, ни-ка-кая! Ненавижу тех, кто мне неподвластен. Лишь дважды в жизни встречала таких: Румпеля и Пса бездны.

Мне стало ещё холоднее. Я поднялась. Пожалуй, действительно стоит принести дров.

— Румпеля? — переспросила из вежливости.

Про пса бездны-то я слышала уже.

— Ну, вы его знаете под именем Чертополоха. Принца Фаэрта.

— Кого? — мой голос оборвался.

Тёмного мага? Того самого…

— И если ты веришь, что он погиб в тот день, то ты просто дура. Румпель бессмертен. И всемогущ в этом мире. Он — его хранитель. Был. Пока Пёс бездны не отобрал у него магию. Ты можешь себе представить, насколько силён Пёс бездны? Отобрать магию у создателя мира! Да охренеть просто! И эти утырки хотят, чтобы я искала нового Пса! Нового, у которого магия и хранителя, и прежнего исчадия бездны! Да что б их. Не, не, я под такое не подписывалась. Не люблю Первомир, но уж лучше удеру туда и пересижу, пока здесь не уляжется.

Полог снова откинулся, и, прервав речь Кары, внутрь шатра вошёл беловолосый Нург. Сбросил охапку дров в центре.

— Я тут костёр разожгу, — пояснил очевидное.

Кара хихикнула и милостиво согласилась.

— Ну, давай, разжигай, воронёнок.

— Мне не требуется ваше разрешения, — пояснил Белый ворон, хлюпнул длинным носом и принялся складывать дрова шалашиком. — Если бы мне нужно было разрешение, я бы спросил. Разрешение может выдавать старший младшему. Но старший в этом шатре — Кариолан. Однако Кариолан — всего лишь Седьмой ворон, а я — Шестой…

Зануда! Я не выдержала:

— Да-да, я помню: стоит вам захотеть, и Седьмой меня в брачную ночь уступит вам.

Он удивлённо оглянулся на меня. Чёрные, треугольные угольки глаз растеряно хлопнули ресницами.

— Я этого не говорил…

— Так сказал Эйдэн, Третий ворон. Или он солгал?

Чему лично я не удивилась бы.

— Ну-ка, ну-ка, а подробнее? — живо заинтересовалась Кара.

Она по-прежнему лежала на шкурах, ничуть не стеснясь постороннего мужчины, и крутила пальцем медную прядь.

— Всё так, но не так просто, — пояснил Нург и, уложив бересту и солому, поджёг их. — Такое право у воронов действительно есть, но обыцай варварский и устаревший.

Крохотный огонёк лизнул дрова и погас.

— Но, если каган казнит Эйдэна, то третьим вороном станет его сын? — невинно полюбопытствовала Кара. — И тогда, правильно ли понимаю вас, допочтимый Нург, каган женит маленького Сафата, и один из вас должен будет взойти на его ложе, так как род ворона не должен прерваться, а Сафат слишком юн для таких дел?

— Да, — рассеяно отозвался Шестой ворон и, хмурясь, снова зажёг костёр.

Огонёк лизнул дрова и погас.

— И кто же это будет? Ты?

Кара перевернулась на живот, задрала ноги, согнув их в коленях и почти коснувшись собственного затылка носочками, и положила подбородок на руки, облокотившись о шкуру. Её чёрные глаза чуть поблёскивали в полумраке.

— Н-нет, это же Третий. Аэрг или Тэрлак…

Нург снова запалил бересту. Кара тихонько дунула. Огонёк лизнул дрова и погас.

— Кардраш! — от души выругался ворон. — Цто за проклятье?!

— Попробуй ещё, — милостиво посоветовала фея.

В глазах её плясали чертенята.

Нург попробовал ещё дважды, и дважды огонёк, едва лизнув бересту, гас. Выражение лица бедного парня (он был старше Кариолана, но младше Эйдэна) стало растерянным и несчастным. Наверняка ведь Шестой ворон, как настоящий воин, гордился умением в любых условиях зажигать костры, а тут… Мне стало его жаль.

— Кара, — упрекнула я.

Фея вздохнула, лукаво улыбнулась.

— Давай помогу.

Присела рядом, наклонилась так, что декольте стало видно даже мне, и очень изящно подула на дрова. Те тотчас занялись весёлым пламенем. Нург уставился на них, затем перевёл недоумевающий взгляд на женщину рядом.

— Но…

— Учись, малыш.

Я поднялась и вышла. Раз есть костёр, значит, можно погреть на нём воду и заварить чай. Чай поможет согреться и навести в мыслях хоть какой-то порядок. К тому же я побоялась рассмеяться и тем самым ещё сильнее оконфузить бедного ворона.

Шатра было всего два, это меня озадачило. Один — для нас с Кариоланом, второй — для Кары, а остальные? Как они будут спать? Я огляделась, и, не обнаружив Эйдэна, почти обрадовалась. Нашла в припасах небольшое ведро, подошла к озеру, проломила лёд, зачерпнула воды.

Какая-то грязная, с водорослями. Я отошла от берега чуть дальше, шага на четыре. Снова пробила дном ледок. Но вода снова была не чистой. И вот что ты тут будешь делать?

Ещё пара шагов. Лёд под ногами стал трещать и гнуться. Мне стало страшно, я опустилась на колени, аккуратно продвинулась ещё. Ударила дном и…