Чтение онлайн

Солнце к тому времени опустилось на скалы, и длинная тень дотянулась до путников раньше времени. Босоногий ГГ облегченно вздохнул - теперь песок казался не таким горячим, хотя жар от сухой почвы поднимался все равно. ГГ с завистью смотрел на спутника, облаченного в плащ и массивные ботинки, но не испытывающего видимого дискомфорта.

– И вдруг однажды на Мэрлон рухнула вимана с пришельцем, - продолжал рассказывать Ворон.
– Выглядел он достаточно плохо, да и саму виману здорово потрепало. Как оказалось, его занесло к нам с поля боя в одной из звездных систем, недалеко от нас...

– Чё такое вимана?
– перебил его ГГ.

– Говоря вашим языком - космический корабль. Но как ты поймешь в дальнейшем, их не существует.

– Как же он прилетел, если космических кораблей не существует?
– ГГ даже обиделся, ибо слово "космический корабль" открывало много разных интересностей.

– Хм. Слово "возник" тебя устроит?

ГГ подумал и согласился. Какая разница: "прилетел", "возник", - один хрен "космический корабль"!

– Пришелец был тяжело ранен. Вимана сломалась и на автомате перенеслась на первую подходящую терру. Какое-то время он еще жил в госпитале, но спасти его мэрлонцы не могли. Пришелец представился Вельзевулом и одним из высших офицерских чинов Темной армии. Но получилось так, что угодил он как раз в Пограничную зону. Встретив там Темных и Светлых, живущих бок о бок, офицер удивился. Он рассказал сенсационную новость: жители Мэрлона прибыли сюда с других планет, а не возникли здесь благодаря эволюции. Вельзевул поведал о двух враждующих космических империях, Светлых и Темных, воюющих за пригодные к жизни планеты. Как ты понимаешь, в нашей галактике их не очень много, а рост населения требует осваивать новые территории.

– Тогда как на Мэрлоне появились сразу две космические расы и при этом потеряли связь со своим центром?
– ГГ очень любил подробно изучать внутренности всех заинтересовавших игр: он не пропускал ни одного диалога, посещал все локации, читал каждую попавшуюся книгу. Все эти сведения, миниистории, даровали чувство настоящести искусственного пространства, и тогда ГГ был уверен, что находится не в пустоте, а в настоящем мире с его жителями, городами, проблемами, историей.

– Резонный вопрос. Проблема в том, что это произошло уж очень давно, и однозначного ответа теперь никто не даст. Существует множество версий, но я могу выделить одну: когда-то на Мэрлоне потерпела крушение вимана Темных с военнопленными Светлыми. Подать сигнал или попытаться выбраться с этой планеты у них не получилось. С тех пор обе расы как-то ужились на Мэрлоне, а спустя тысячи лет уже и не помнили свою историю. Кто-то выдвигал иную точку зрения: группа Светлых и Темных отправилась на Мэрлон намеренно, потому что устали от бесконечной войны. Здесь, вдалеке от боевых действий, они решили жить в мире и любви.

– В общем, космические хиппари.

– В точку, - кивнул Ворон.
– Как бы то ни было, Вельзевул открыл Темным мир совершенно других технологий, однако со Светлыми контактировать он отказывался. За то короткое время, проведенное на Мэрлоне, Вельзевул собрал вокруг себя отряд почитателей из Темных, вдохновленных его рассказами. А также отряд недоброжелателей из числа Светлых, которым такое обстоятельство очень не понравилось. Перед кончиной офицер велел Темным оставить у себя его скафандр. Он сказал, что эта вещь наделена колоссальной силой и в будущем может помочь им в грядущих войнах.

– Так ведь мэрлонцы не воевали, вроде.

– Погоди. Вельзевул и спровоцировал войну. Когда Светлые узнали о волшебном скафандре и его силе, они испугались не на шутку. К тому времени уже довольно много Темных из той Пограничной зоны косо поглядывали на Светлых и ожидали подвоха, как от перспективных врагов. До остальных полисов Мэрлона весть о необычном пришельце еще не успела докатиться, так что мир оставался в неведении. Постепенно в городе назревал конфликт. Светлые, чувствуя свою уязвимость перед Темными с их магическим скафандром, в отчаянии отыскали поврежденную виману и как-то сумели связаться с ее помощью со своими космическими собратьями. Темные узнали об этом, и в городе грянула бойня. Светлых изгнали, но конфликт на этом не исчерпался. Темные преследовали бывших соседей, устраивали засады и облавы. Сначала в это была вовлечена совсем небольшая часть мэрлонцев, но количество ратующих росло в геометрической прогрессии. Очень скоро Пограничные зоны опустели, а Светлые и Темные сконцентрировались в двух городских союзах. Переселение мэрлонцов прошло стремительно, анклавы не образовались. Так Мэрлон был поделен надвое - Темную и Светлую стороны. На какое-то время воцарилось спокойствие. Не мир - чувство предательства не позволило им помириться, хотя до конца еще не было понятно, кто изначально спровоцировал бойню, - просто спокойствие. Стороны спешно окапывались, укрепляли границы и ожидали нападения в любую секунду.

Темные скалы уже нависли над путниками. Мягкий песок незаметно превратился в мощеную булыжником дорогу. ГГ облегченно ступал по ровному полотну и осторожно перешагивал через колкую каменную крошку. Стопы у гамера превратились в одно исцарапанное нервное окончание.

– Полученная от Вельзевула информация и данные, хранящиеся на его вимане, спровоцировали настоящий технологический бум на Мэрлоне, - продолжал рассказывать Ворон.
– Основная доля этих знаний досталась Темным, однако и Светлые успели вовремя оторвать кусок. Мы научились ковать доспехи и оружие по форме скафандра Вельзевула. Научились строить вычислительные машины такой мощности, что могли изменять окружающую реальность...

ГГ огляделся по сторонам и хмыкнул:

– Что-то я не вижу небоскребов, летающих машин, и дороги ваши выглядят стрёмно.

– Ты мыслишь совсем как человек. Небоскребы, машины, космические корабли... Если бы Джорж Лукас побывал на Мэрлоне, в "Звездных войнах" не было бы такой пошлятины. Не удивительно, что люди при всех своих ресурсных возможностях до сих пор пресмыкаются на околоземной орбите.

– А вы, - встал на защиту земляков ГГ, - задаром получили такие технологии. А то бы и жили так в своем каменном веке.

Ворон пропустил эту реплику мимо ушей.

– Но вскоре Мэрлон вновь закачался на лезвии ножа. На зов Светлых прибыла вимана разведчиков, чтобы оценить ситуацию. Пришельцы посчитали Мэрлон бесперспективном мирком, лишенным необходимого для жизни сырья. Эксперименты над изменением реальности успели наделали немало бед, в том числе создали и эту пустыню. На Мэрлоне невозможно было ни построить виману, ни зарядить магическое оружие, а плодородные земли и запасы чистой воды были ничтожны. Светлые отказались помогать своим собратьям-дикарям, но оставили им один из своих скафандров - почти такой же, какой передал Темным Вельзевул. После этого разведчики со спокойной совестью отвалили домой, а силы Темных и Светлых сравнялись. К сожалению, ни одна сторона не имела понятия, какая мощь им досталась и как ею управлять.

– Разве пришельцы не знали, что давать гранатомет обезьяне опасно?

– Думаю, им это было известно, - недовольно ответил Ворон.
– Обезьяны, как ты выразился, были предупреждены о том, что использовать скафандр на терре (так пришельцы называли обетованные планеты) чревато. Сами они надевали такое облачение только в эфире...

– Первого канала?
– сделал попытку съюморить ГГ.

– Эфир - это пространство между мирами, - раздраженно пояснил маг.

– Пространство между мирами - это космос, - снисходительно улыбнулся ГГ.
– Ты разве не знал?

Ворон глубоко вздохнул и продолжил:

– Но ничего другого в противовес Темным разведчики не могли дать. Как ты помнишь, для простого магического оружия на Мэрлоне боеприпасов нельзя получить. Скафандр Светлых должен был сыграть роль гаранта мира. Но получилось в точности наоборот. Теперь каждая сторона понимала, что может взять лидерство на планете. Страсти накалялись. Стычки между городами участились. И вдруг - нервы мэрлонцов не выдержали: Светлые первыми использовали Доспех, противники ответили возмездием. Грянула Большая война. Стороны недооценили свои силы. Что было потом - ты знаешь.

Дорога между тем свернула в ущелье. Солнце уже приземлялось на горизонт, и сумерки окрашивали воздух в серые и темно-красные тона. По бокам от ГГ взмывали вверх высоченные стены скал, так что он чувствовал себя муравьем, попавшим в гигантский пресс. Казалось, стены пресса вот-вот придут в движение и раздавят ГГ в лепешку.

Впереди ущелье преграждали массивные железные ворота. Высоко на скалах ГГ разглядел цепочку вырубленных в камне башенок, нависающих над пропастью. Несколько деревянных мостиков наверху соединяли скальные стены.