Чтение онлайн

– Так почему ты здесь? Ведь банкет, наверное, еще не закончен? – Хамаю явно не интересовалась реакцией собеседницы.

Асэби собралась с духом и решительно заговорила:

– Вот как раз поэтому. Госпожа Хамаю, не изволите ли пойти вместе со мной?

– Не пойду, – коротко сказала та.

Голова Асэби разочарованно поникла, но Хамаю бросила на нее вредный взгляд:

– Ага! Тебя послала Масухо-но-сусуки? Не позвать меня неприлично, но, если я откажу ей в лицо, ее гордость будет уязвлена. Значит, в жертву решили принести тебя, бедняжка.

Хамаю притворно пожалела Асэби, и та возмутилась:

– Ничего подобного!

«Почти», – добавила она про себя, но тут же была разоблачена.

Как раз сегодня был праздник Танго [7] .

Молодой господин должен был появиться после полудня, а до тех пор в павильоне Глициний готовились к банкету. Придворные дамы из Осеннего и Зимнего павильонов уже собрались, но Хамаю, как обычно, отсутствовала и явно не собиралась появляться и на празднике.

– Неужели можно пренебречь приглашением?! – обмолвилась Асэби, за что ей тут же навязали хлопотное поручение.

Хамаю фыркнула и пожала плечами:

– Пожалуй, оставим это. Щелкни их по носу и за меня тоже.

– Что? – Асэби не поняла, что ей сказали.

Хамаю приподняла одну бровь:

– Часто говорят: на юге – торговцы, на западе – мастеровые, на севере – военные, на востоке – музыканты. Звуки твоего кото часто доносит сюда ветер. Они не брали тебя в расчет, решив, что ты неопытная простушка, но теперь эти высокомерные создания пересмотрят свою ситуацию.

Асэби от удивления вскрикнула:

– Ничего подобного!

– Да что ты?! – издевательски спросила Хамаю. Она почему-то выглядела так, будто изо всех сил пыталась сдержать смех. – Ну, пошла, пошла. А Масухо-но-сусуки скажи, что у меня нет столько свободного времени, как у нее.

Она махнула рукой, словно говоря: «Вон отсюда», и снова улеглась.

Асэби ушла из Летнего павильона недовольная.

– Знаете, она сказала, что из-за какого-то дела, к сожалению, не сможет присутствовать.

Не могла же Асэби передать слова Хамаю как есть. Вернувшись к месту проведения банкета, она вольно пересказала то, что было ей поручено, кое-как справившись со своей миссией посланницы.

Масухо-но-сусуки фыркнула: мол, я так и думала.

– Наверняка сказала что-нибудь вроде «Если бы у меня было столько свободного времени, я бы лучше развлекалась с лягушками».

Про себя Асэби захлопала такому близкому попаданию. Но, похоже, о манерах Хамаю уже давно все знали. Масухо-но-сусуки громко вздохнула:

– Вот уж правда начинаешь сомневаться, действительно ли она из благородных воронов. И от чайной церемонии тогда отказалась – уж не для того ли, чтобы скрыть незнание правил?

– И в самом деле, – согласно зашумели прислуживавшие Масухо-но-сусуки дамы.

– А как она говорит, вы слышали? И не подумаешь, что это девушка из хорошей семьи.

– А недавно даже ходила по галерее, накинув на себя всего один слой кимоно!

– Ах, как вульгарно!

– И при этом спокойно выходит во внутренний двор. Даже я покраснела!

– Интересно, что там у них за образование в Южном доме?

– Эдак они ничем не отличаются от воронов-простолюдинов!

Не обращая внимания на чувствовавшую себя неловко Асэби, придворные дамы из Западного дома болтали все быстрее и быстрее.

– А вы не думаете, вдруг она и правда… из простолюдинов?

– Но ведь такого не может быть!

– Говорят, раньше такое случалось. По крайней мере в те времена, когда моя бабушка служила при дворе. Когда рождалась некрасивая дочь, потихоньку покупали в веселом квартале младенца и удочеряли его.

– Но ведь это значило, что кровь дома не попадет в дом Сокэ.

– А для этого настоящую дочь во время представления ко двору отправляли вместе с приемной в качестве служанки. И если молодому господину приходилась по душе приемная, тогда потихоньку… понимаете…

– Да что вы!

– Невероятно!

– И тем не менее это правда. Говорят же, что в Южном доме все не отличаются изяществом? Нынешняя госпожа Летнего павильона, пожалуй, еще из лучших в этой семье. Я, конечно, говорю только о лице.

– Вы уверены, что только о лице? Кажется, вы оговорились – обо всем теле. Да и ладно бы тело…

– Значит, все-таки…

Когда все наконец согласились, что это возможно, послышался многозначительный кашель. Женщины удивленно обернулись: на них с важным видом смотрела старуха, сопровождавшая Сиратаму.

– Ах, в чем дело, госпожа Тя-но-хана? – спросила Кикуно, которая не участвовала в разговоре, однако слегка смутилась.

Тогда Тя-но-хана, улыбаясь одними губами, заговорила уверенным голосом:

– Прошу прощения, но сейчас такого нет. Дамы-нёбо, вероятно, не знают, но брать приемных детей у воронов-простолюдинов уже запрещено.

Ее слова звучали так, будто она хотела сказать: мол, и этого не знают, – и Кикуно надулась. Тя-но-хана, похоже, решила этого не замечать.

– Из-за того, что мать младшего брата Его Величества Золотого Ворона, который правил нами три поколения назад, была из простолюдинок, он не мог принимать человеческий облик. Все-таки иногда встречается то, что называют плохой кровью. После этого во время представления ко двору происхождение каждой девушки стал удостоверять гадатель-физиогномист на основании своих наблюдений.

Тя-но-хана сухо продолжала:

– Даже если не звали физиогномиста, те, кто долго прожил при дворе, умеют по телосложению и внешности определять, насколько прочны кровные узы той или иной девушки. Нет сомнений, что госпожа Летнего павильона происходит из Южного дома.

Понимая, что Тя-но-хана хвастается своим богатым опытом, Кикуно, сравнительно недавно начавшая свою карьеру дамы-нёбо при дочери главы дома, еще больше нахмурилась. Атмосфера сгустилась, но Сиратама тихонько сказала:

– Тя-но-хана!

Та поспешно обернулась:

– Да?

– Я бы хотела выпить теплой воды.

– Повинуюсь. – Тя-но-хана поспешно поднялась, бросила взгляд на Кикуно и быстро вышла.

Сиратама, дождавшись, пока ее шаги затихнут вдалеке, со вздохом объяснила Кикуно:

– Простите бесцеремонность моей нёбо.

– Что вы, госпожа Сиратама, вам совершенно не за что извиняться, – покачала головой Кикуно, и воцарилось неприятное молчание.

Но тут, желая исправить положение, громко заговорила придворная дама из Осеннего павильона: