Чтение онлайн

Она, как и все мы, помогала отцу в кукольных представлениях, но никто не мог помочь ей в ее работе. Как-то раз мы оказались в холмах, где странные дикие люди жили в темных пещерах. Поздним вечером Юй Лань внезапно поднялась, постояла в свете нашего костра и подошла к краю тени, где, как по волшебству, появился мальчик. У него были коричневая кожа, высокие скулы и выразительное лицо, и он молча протянул Юй Лань ветку, покрытую зарубками. Юй Лань внимательно изучила зарубки, сказала мальчику подождать, и через несколько минут появилась опять, одетая в одежду из медвежьей шкуры и держа в руках коробку с различными священными предметами. А потом они исчезли в ночи, вместе.

Ее отец не сказал ничего. Только когда Юй Лань исчезла, он заметил, — Ее мать временами исчезала на несколько дней, но всегда возвращалась, когда могла вернуться. — Потом он заговорил о другом.

Однако она ушла недалеко. Мы уже собирались спать, когда услышали завывания и песни с верхушки холма, а потом высокий чистый голос воскликнул "Хик!"

Мастер Ли зевнул. — Следующий звук, который мы услышим, будет "Фэт", — проворчал он.

— Господин? — недоуменно сказал я.

"Фэт!" прозвучало с верхушки холма.

— Это по тибетски. Разве ты не заметил, что у парня тибетские черты лица? Кто-то умер, и они попросили Юй Лань проводить душу покойника в другой мир, — объяснил он. — Она должна начать с освобождения души покойника из тела, а для этого делают дыру в макушке. Шаманы практикуются на себе при помощи соломинки.

— Господин?

— Смотри.

Он вытащил из своего тюфяка соломинку подлиннее и аккуратно приставил ее к затылку. — Хик! — воскликнул он, и я, выпучив глаза, уставился на соломинку, которая наклонилась и стала двигаться, как если бы ее конец скользнул в дыру. — Фэт! — крикнул он и соломинка застыла. Мастер Ли устроил целое представление, вытаскивая ее из дыры, а потом отбросил прочь.

— Впечатляет, а? — усмехнулся он. — Юй Лань должна проводить душу через дикую страну, населенную демонами и жуткими тварями, поэтому шаманы обычно усиливают душу молитвами и заклинаниями, и именно этим она будет заниматься всю ночь. Иди спать.

Он свернулся клубочком на матрасе и очень скоро захрапел, но я, как дурак, потратил несколько часов, пытаясь повторить трюк с соломинкой. Я не освоил его до сих пор.

Однако я забежал вперед. Сейчас я хочу описать наш первый вечер на дороге, хотя ничего особенного не произошло. На закате мы разбили лагерь на вершине холма. Последние лучи солнца омыли огромный фургон Янь Ши розовым светом, я и кукольник сняли с фургона полотняный верх и начали делать шатер, который должен был защитить наши соломенные тюфяки от росы. Мы махали деревянными молотками, вбивая в землю металлические подставки для бамбуковых шестов, поддерживающих полог, Мастер Ли пел, задавая ритм ударам молотка, и чистый голос Юй Лань поднялся к розовым облакам, она импровизировала в духе Лиу Чу.

Пять

вороны на гнезде,

четыре

лошади в узде,

три

гуси в облаках,

два

речка в берегах,

один

пламя садящегося солнца.

— Шест! — крикнул Мастер Ли и, так получилось что, помогая мудрецу ставить шест, дочка кукольника погладила меня по руке.

— Достопочтенный господин, — сказал я, когда мы уже лежали на матрацах, — правда ли то, что шаманки терпеть не могут самонадеянных мужчин?

— Блппшш, — пробормотал он, или что-то в этом роде.

Я взглянул на звезды, надеясь найти там предзнаменование. — Господин, а правда ли говорят, что злая шаманка опасна как тигрица с детенышами?

— Да, мой мальчик, тут ты прав. — Мастер Ли перекатился на другой бок. — Когда-то я знавал здоровенного веселого парня. Наполовину ржущий жеребец, наполовину бесноватый бык. Его звали Большой Тун. Как-то раз этот Тун положил свои лапы на плечи маленькой шаманки. Она только взглянула на него и проговорила несколько слов на языке, который не знал никто.

С матраца Мастера Ли донеслось сопение, а потом он, зевнув, пробормотал. — С того времени все называли его Ян-вэй.

Мудрец захрапел, а мне понадобилось всего мгновение, чтобы связать Большого Туна с Ян-вэй, что означает "упавший пенис".

— О, — тихо сказал я.

Кот Ли выбрал медленный путь по морю, мы никуда не торопились и ничто не мешало Янь Ши пополнить свой ящик с деньгами, давая кукольные спектакли. Кажется я уже упоминал, что мы все помогали ему. Юй Лань играла на множестве инструментов и замечательно пела, Мастер Ли, в зависимости от настроения, давал сеансы магии, рассказывал смешные истории или лечил, а я надевал черный капюшон, натягивал на лицо злую улыбку и боролся с местными силачами, которые платили за право сразиться за мной, но, в случае победы, получали увесистый мешочек с деньгами. В возрасте десяти лет я научился выталкивать людей из круга, так что не боялся проиграть и никогда никого не зашиб. Я должен слишком много рассказать о действительно важных делах, так что не буду подробно описывать это время, хотя и наслаждался им, но вот три коротких зарисовки.

Первая. Теплый полдень, рыночная площадь маленького города, под тентом кукольник и его дочь готовятся к представлению. Я только что закончил бороться и лью воду себе на голову, смывая пот, настала очередь Мастера Ли. Он в плоской, похожей на доску шляпе, с полей которой свешиваются кисточки со странными предметами, его кафтан покрыт символами, представляющими 101 болезнь и богов, отвечающих за них. Мастер Ли встает на платформу и проверяет местного старосту, мужчину средних лет, с огромным животом, сизым носом и красными щеками.

— Нельзя шутить с почками, мой заблуждающийся друг, — мягко говорит Мастер Ли, предостерегающе тыча пальцем в лицо старосты. — Время года почек — зима, ориентация — на север, элемент — вода; они черного цвета, на вкус соленые и плохо пахнут; связанное животное — черепаха, гора — Хан Шань, [12] их божество — Чуань-мин, добродетель — мудрость, эмоция — страх, и они издают низкий звук му, похожий на мычание; император почек — Чуань-сюй, формой они обязаны Хуан Яню — двухголовому оленю, которого обычно называют Сутью Тьмы — и из всех частей тела они самые не прощающие. Что ты сделал этим великим и опасным органам?

Мудрец громко щелкает костяшками пальцев правой руки, и тычет ими в брюхо старосты.

— Ты утопил из в вине Шаошинь из Чжэцзяня!

— Даааааа!

— В вине "Сто Лепестков" из Чэнь-дзяна!

— Даааааа!

— В вине "Листок Орхидеи" из Вуси!

— Даааааа!

— В вине "Капля Дождя" из Таминя!

— Даааааа!

— В вине "Золотые Волны" из Чининга!

— Даааааа!

— В вине "Райское Зерно" из Хананя!

— Даааааа!

— В вине "Летящий Снег" из Мушоу!

— Даааааа!

— В вине "Старый Шлем" из Шаньани!

— Даааааа!

— В вине "Желтый Перец" из Лаунченга!

— Даааааа!

— В вине "Двойное Белое" с островов Лиушиу!

— Даааааа!

— В вине "Декабьский Снег" из Кашинга!

— Даааааа!

— В вине "Верхушка Шлема" из Куантанга!

— Даааааа!

— В вине "Весна на Озере Танг-тинг" из Чангшу!

— Даааааа!