Восход дальней звезды
Шрифт:
«Это только начало», – вспомнил Славко слова Ивана. А чем могли ответить бюджетные студенты? Пикетом? Митингом? За это их сразу отчислили бы. Или идти к ректору и унижаться? «А ведь он при поддержке отца может и бесплатных столовых нас лишить», – подумал Славко. Самым неприятным было то, что и Славко, и все остальные бюджетники были абсолютно бессильны и беззащитны в этой ситуации. А возвращаться в родные города, многим из которых уже давно присвоен лишь порядковый номер, не хотелось никому. Не смотря на всё это, Славко почему-то не чувствовал ненависти по отношению к Ивану, даже после его обидных слов об Агнии. Славко легко мог прощать людей, а обиды никогда надолго не задерживались в его сердце.
– Что дальше он придумает? – спросил Мал, когда они втроём сидели на скамейке в парке.
– Главное то, что придумает его папаша, – ответил со злобой Ждан и стукнул лавочку кулаком.
– Это он идёт? – спросил Мал.
На параллельной дорожке за полосой газона с цветами, Иван шёл рядом с какой-то девушкой. Одет он был как обычно в джинсы и кожаную куртку поверх белой футболки, девушка же была в учебной форме. Она шла гордо и величаво, её королевская осанка подтверждала её статус. Девушка с огненно-рыжими волосами была очень красива. Она случайно посмотрела на Славко, и он на мгновение увидел завораживающие зелёно-карие глаза. Таких красивых глаз он ещё никогда не видел. Он увидел их лишь на мгновение, но казалось, запомнил на всю оставшуюся жизнь. Идя рядом с девушкой, Иван не обращал ни на кого внимания. По парку они прошли довольно быстро.
Славко и Ждан проводили их взглядом и некоторое время молчали.
– Вас будто загипнотизировали! – сказал Мал и улыбнулся.
***
Славко шёл по бульвару, ведущему в центр города. Была ясная ночь и прекрасная слегка прохладная и безветренная погода. Прохожих было немного, в столице жили преимущественно суеверные люди, поэтому, когда на небе отсутствовала Ближняя Звезда, большинство предпочитало отсиживаться дома.
Прошло уже почти две недели, как Славко потерял подругу, с которой они вместе любили прохаживаться по этим местам. Славко скучал по Агнии, порой сердце щемило от грусти. Накатили воспоминания, и Славко почувствовал непереносимую грусть. Он присел на лавочку, чтобы справиться с эмоциями. Славко взглянул вперёд и увидел торчащий из-за крыш зданий шпиль главного и самого большого храма Ближней Звезды на всём Большом Континенте. Славко прогуливался рядом с ним вместе с Агнией, но они ни разу не заходили внутрь. «Почему бы не нарушить традиции и не увидеть, каков он?» – подумал Славко и пошёл к храму.
Сооружение располагалось напротив круглой площади. Вся площадь была вымощена брусчаткой из белого мрамора, а храм был монолитным с несколькими остроконечными башнями, самая высокая из которых заканчивалась шпилем на высоте почти ста метров. Когда Славко подошёл ближе, он заметил, что сам храм стоит не на белой брусчатке, а на шершавых каменных плитах, выступающих из-под земли на высоту в пол сантиметра, если не меньше. Кое-где по ним проходили трещины, а выглядели эти плиты намного старше стен храма. Славко шагнул вперёд, и оказался на широкой лестнице, состоящей из сорока ступеней, которая вела к массивным деревянным дверям, открытым в течение всей ночи.
Внутри свет был приглушен, витал приятный запах благовоний. Храм был просторный, на потолке изображались картины с сюжетами из легенд о Ближней Звезде. А на приподнятом алтаре висела огромное изображение святого лика.
На предутреннюю службу, совершавшуюся каждую ночь, приходили далеко не все жители. Обязательной для посещения была лишь четвёртая ночь недели. Поначалу Славко насчитал только десять прихожан, но их число стало резко расти, служба должна была вот-вот начаться, и вскоре храм заполнился почти на треть. Внезапно к алтарю поднялся какой-то пожилой мужчина. Невысокий, но сутулый, с длинными поседевшими волосами, он явно был нищий, нормальной одежды на нём не было, только какие-то старые, поношенные, вымазанные в нескольких местах тряпки. Прихожане замерли в ожидании его дальнейших действий. Мужчина с презрением оглядел собравшуюся толпу и сплюнул себе под ноги.
– Безумцы! – вскричал он. – Кому вы молитесь? Перед кем вы приклоняетесь? Вы сами выбрали этот путь погибели? Не пора ли перестать бояться и открыть глаза? Зачем они вам, если вы не способны увидеть, зачем вам уши, если вы не слышите? Вы обозвали дающего жизнь ворогом и молитесь пустой каменной глыбе!
– Он заражён! – закричал кто-то из прихожан, и все отхлынули от алтаря в сторону выхода.
Славко был подхвачен общим потоком и тоже отошёл от алтаря.
Мужчина расхохотался во весь голос.
– Безумцы – это вы, а не те, кого вы растолкали по лечебницам! Когда вы поймёте, это вам уже не поможет!
К нему подбежали четыре служителя храма, повалили на землю и связали руки за спиной. У алтаря появился жрец.
– Не бойтесь, не бойтесь! – громко и уверенно сказал он. – Этот еретик не болен, он наглый преступник, оскорбивший святую веру. Пару ночей назад он говорил подобные вещи в другом городе, там его не успели поймать. Сейчас же он схвачен. Всё закончилось. Никуда не уходите, через десять минут мы начнём предутреннюю службу.
Служители храма вывели пожилого мужчину из храма и передали в руки стражам правопорядка.
Переполненный впечатлениями Славко вернулся в студенческий городок. Дела еретиков всегда громко освещали в средствах массовой информации. Любопытство овладело Славко, и он сел перед телевизором в общем зале на первом этаже общежития. Включив новостной канал, работающий круглосуточно, он стал внимательно слушать. Через некоторое время диктор заговорил об инциденте: «Предутреннюю молитву в храме Ближней Звезды чуть было не сорвал еретик, известный правоохранительным органам по кличке Проповедник. Его речь была похожа на речь сумасшедшего, и многие прихожане сочли его носителем болезни безумия, но жрец вовремя вышел к алтарю и успокоил людей. Жалобы от жителей Большого Континента впервые поступили на Проповедника ещё пару недель назад, но схватить его удалось лишь этой ночью, когда он, наконец, добрался до столицы. Его обвиняют в ереси, и ему грозит высшая мера наказания. Суд пройдёт в самые кратчайшие сроки, мы обязательно оповестим вас о его решении».
Уже давно наступил день, в общежитии царила полная тишина, и все студенты давно спали. Славко же лежал на спине, смотрел в потолок почти в полной темноте, и никак не мог заснуть. Мысли-образы одна за другой атаковали его, ему было не до сна. Он снова думал о наконечниках для копий, сделанных из искусственного кристалла, которые недавно показал ему Михаил Васильевич. Этой ночью Славко впервые обратил внимание на те плиты у основания главного храма Ближней Звезды на Большом Континенте. «Интересно, исследовал ли их кто-нибудь?» – спросил себя Славко и решил следующей же ночью сходить к Михаилу Васильевичу.
Он встретил преподавателя «действительности прошлого» после лекций в его кабинете. Михаил Васильевич сидел в кожаном кресле напротив компьютера и что-то внимательно рассматривал в мониторе.
– Здравствуйте, Михаил Васильевич, – сказал Славко и попросил разрешения войти.
– Проходи, садись рядом, – пригласил его преподаватель.
Он поднял указательный палец на правой руке вверх и сказал тем самым, что ему нужна ещё минутка. Михаил Васильевич рассматривал фотографию карты, сделанную на плоском камне размером с лист формата А4. Это была физическая карта какой-то местности с изображениями гор, рек и озёр и надписями на неизвестном языке.
– Мне прислал это один приятель, – признался Михаил Васильевич, – с раскопок… на северо-востоке. Комиссия с Малого Континента забрала у него оригинал, а после ввели запрет на археологическую деятельность, фотография – всё, что у него осталось. Потрясающая находка. Жаль, университетскую лабораторию закрыли, и я не могу провести экспертизу, но, думается, карта древняя.
– Можете определить на глаз?
Михаил Васильевич хитро взглянул на него и улыбнулся.
– Я повидал столько артефактов старины… Технология для производства такой вещицы в нашем современном обществе появилась лет двадцать назад. А нашли её в пластах горной породы, возраст которой больше тридцати тысяч лет.