Восход дракона
Шрифт:
По правде говоря, она чувствовала себя виноватой за то, что посоветовала Каролине не бороться, когда близилась принудительная свадьба. Часть духа Каролины была выбита из нее не только жестокостью ее брата, но и тем фактом, что Серена не поддержала ее в неповиновении.
Серена часто думала, как объяснить, почему она так настаивала на том, чтобы они не боролись. Стефан был жестоким и своенравным. Если хотя бы половина слухов о нем была правдой, что он мог им сделать за то, что они бросили ему вызов? Что Миккел мог сделать с ними? Лучше быть замужем и живыми, чем мертвыми. Но когда она увидела лицо Каролины и тень на нем, которая теперь всегда была там, все, что она могла вспомнить, это то, что она сказала своей младшей сестре согласиться с браком. Вот что помнила Каролина.
На этот раз, как всегда, Серена неловко задержалась во внешней комнате и задавала бессмысленные вопросы. Она пыталась спровоцировать Каролину вести себя как обычно, непочтительно, но вместо этого ее сестра только разозлилась и унесла книгу в спальню, захлопнув за собой дверь.
Теперь Серена опоздала на встречу с лордом Тинианом и братом Рафаэлем, человеком, который, как сказал ей Тиниан, поможет им с распространением лекарства от чумы. Ее кровь кипела от мысли о том, что ей сказали на заседании совета. Нелепые фанатики Стефана подожгли множество кораблей, полных лекарств, и теперь Эстале приходилось просить еще партию лекарственных трав.
Было логично, что зантийцам потребуется больше денег, чтобы произвести еще больше лекарства, особенно когда они опасались широкой вспышки в Зантосе. Тем не менее, Серене не нравилось, как лорд Тиниан торговался, когда люди умирали.
Она заставила себя улыбнуться, подходя к двери. Она будет любезна. Какие бы проблемы ни были между двумя народами, она поклялась, что не усугубит их, будучи такой же надменной и неприятной, как Стефан.
— Лорд Тиниан, — сказала она с теплой улыбкой, входя в комнату. — Надеюсь, вы не ждали… о.
Человек у камина встал и почтительно поклонился.
— Принцесса Серена.
— Вы… Брат Рафаэль? — когда Тиниан казал о брате Понимания, искусном в целительстве, Серена представила себе кого-то вроде брата Аксила, более старшего и опытного в проведении эффективной кампании против чумы.
— Да, — он улыбнулся ей.
Серена подошла ближе, любопытная. Брат Рафаэль, вопреки ее представлениям, был лишь на год или два старше нее. Его каштановые волосы аккуратно лежали на голове, отблескивая рыжим на свете, и, хотя его лицо было приятным, именно его глаза поймали и удержали ее. Они были темно-карими, такими выразительными и живыми, что Серена чуть не наклонилась к нему.
Она поняла, что глазела, и покраснела.
— Прошу прощения, брат Рафаэль. Я не ожидала, что вы будете таким…
— Таким…? — повторил он.
Серена была почти раздражена невинным выражением его лица. Он хорошо знал, что она имела в виду, но предпочел притвориться. Она села у огня и через мгновение жестом пригласила его занять свое место.
— Таким молодым. Вы явно были гением в учебе.
— Важно то, смогу ли я помочь положить конец чуме, — серьезно сказал он. — Любые мои таланты бесполезны, если они не служат Просвещенному Богу.
Серена постаралась не хмуриться. У другого она заподозрила бы, что такая преданность — ложное благочестие, но у нее было сильное ощущение, что Рафаэль верил в то, что говорил.
— Значит, вы считаете, что от нас требуется только лекарство, — сказала она после паузы. — Не строить храмы Аниосу.
Рафаэль слегка улыбнулся ей. По выражению его лица невозможно было сказать, что он обо всем этом думал.
— Просвещенный Бог дал нам все щедроты этого мира и наши таланты. Благодаря этому, мы узнали секреты медицины. Было бы жестоко дать нам такое понимание мира и ожидать, что мы не будем использовать его для облегчения страданий наших собратьев. Я не вижу в этом смысла.
— Я с вами согласна, — Серена ответила полуулыбкой. Хотя она не сомневалась в набожности, которую она видела в Рафаэле в начале, теперь она могла видеть и его гордость талантами. По силе, с которой он произнес эти слова, она поняла, что другие священники, должно быть, задавали ему вопросы. Она поправила юбки, пока думала. — Должно быть, вам было трудно говорить такие вещи, когда мой брат Стефан был на троне.
Рафаэль одарил ее холодным взглядом, и она увидела, что недооценила его таланты придворного. Он не собирался просто говорить, он собирался подождать, чтобы увидеть сначала ее намерения.
— Брат, прежде чем вы ответите, позвольте мне быть с вами откровенной. До исчезновения Стефана мы с ним не были в хороших отношениях. Он считал, что я стремилась вытеснить его, а я считала, что его действия не помогут гражданам Эсталы. Я фактически была пленницей, когда прибыл флот из Зантоса.
Рафаэль слегка кивнул, словно почувствовал облегчение.
— Я понимаю, — словно задним числом, вспоминая правила этикета, он добавил. — Я сожалею о ваших страданиях, принцесса.
— Можно ли это назвать страданием? — легкомысленно спросила Серена. — Я по-прежнему жила в роскоши.
Он посмотрел на нее, просто посмотрел, и повисла тишина, а она прикусила губу и отвернулась от этих темных глаз. Они пугали ее. Никто не смотрел так на принцессу, по крайней мере, когда они оставались в комнате одни.
Где лорд Тиниан?
— Вы должны пойти со мной в город, — вдруг сказал Рафаэль.
— Что? — Серена посмотрела на него широко раскрытыми глазами.
— В мой обход, — Рафаэль улыбался. — Вы могли бы помочь некоторым из тех, кто страдает. Вы могли бы увидеть, как используются лекарства.
— О, я не… — голос Серены оборвался, и она поспешно кашлянула. — Это было бы совсем не правильно.
— Почему нет? — его брови удивленно приподнялись, будто он не мог придумать ни одной причины.
— Я принцесса, — снова расстроилась Серена. Неужели этот человек понятия не имел, о чем спрашивал? — Небезопасно идти в город, — когда он сильнее нахмурился от смятения, она почувствовала, как растет ее раздражение. — Есть люди, которые могут захотеть навредить мне. Есть люди, которые могли бы… — боги, она наслушалась лекций своего отца за годы. Она должна уметь придумать, что сказать. Почему ее разум был таким пустым? — Я могу заболеть, — сказала она, наконец. Это был неопровержимый факт.
К ее удивлению, Брат кивнул.
— Можете, — согласился он.
— Хорошо, — сказала Серена через мгновение. Это казалось слишком легким, но она одержит победу. — Значит, вы понимаете.
— Нисколько.
Она ненадолго закрыла глаза. Этот человек бесил.
— Я не могу заболеть, — сказала она ему. — Я не могу подвергать себя опасности. Я…
— Дитя королевской семьи, — он легко отмахнулся от ее статуса. — Ваш брат Лука претендует на трон, да? Вы не унаследуете трон.
Пальцы Серены сжались в кулаки на коленях.