Чтение онлайн

Она умылась, вернулась в комнату, схватила вещи и вышла вон из дома.

Шатенка шла по улице в обтягивающих черных штанах, футболке, оголявшей живот и кофте, наброшенной на плечи. Волосы красиво ниспадали на плечи. Яркие, красные глаза следили за малейшим движением. Сейчас ей хотелось немного поразвлечься. К тому же, луна лишь придавала всей картине некой таинственности, некого ободрения духа.

Елена остановилась возле витрины магазина. Она приблизилась и внимательно посмотрела на дорогостоящие украшения. Девушка улыбнулась, оголив свои длинные, красивые клыки. Сегодня ночью она будет развлекаться, а о своей благодетели, нравственности подумает позже. Гилберт извлекла из кармана кофты перчатки, надела их; затем она застегнула кофту, накинула капюшон на голову, надела темные очки и прошла к стене магазина. Здесь была пожарная лестница. Такие лестницы специально подняты на высоту около двух, двух с половиной метров, чтобы избежать взломов. Гилберт усмехнулась. Этот прыжок не составил ей труда. Она уцепилась за перекладину и смогла далее ловко взобраться по ступеням. Это напоминало Елене игру. В ее глазах было столько же азарта, как в глазах кошки, сражающейся с мышью. Вот только ставки были крупнее. Гилберт не ведала, что творит. Она не думала о том, что ее могут поймать, завести уголовное дело… Она была уверена в себе. Была уверена в том, что сумеет справиться.

Шатенка перешла на крышу. Здесь была дверь. На цепях. Но теперь в Елене бушевала необыкновенная сила. Она выдохнула, взяла в руки цепи и, посчитав до трех, резко рванула. Все рассыпалось. Гилберт отбросила замки и, открыв дверь, вошла в узкое помещение. Она спустилась по железной лестнице, открыла дверь и оказалась на втором этаже элитного, ювелирного магазина. Ее даже удивило, что в ее захолустном городке, может быть такая красота.

– Интересно, кто это покупает?
– произнесла она сама себе, спускаясь к витринам.

Девушка внимательно оглядывала содержимое каждого шкафа. Ей хотелось рассмотреть, хотелось растянуть этот потрясающий момент.

Она подошла к витрине окруженной цепями. Здесь, на манекене, было красивое ожерелье с серьгами. Чистое серебро. Блестящая цепочка с переливающимися камнями. Елена улыбнулась, а потом кулаком разбила хрупкое стекло. Сразу запищала сигнализация. Елена схватила ожерелье, но увидела, как на окна и двери опускаются железные решетки. На миг в ее глазах отразились страх и растерянность. А потом снова игривость.

Девушка спрятала ожерелье в карман кофты, застегнула замок. Шатенка предвкушала ближайшие разборки. Она уже ждала того, как на нее будут нападать вооруженные полицейские, в полной уверенности, что у них это получится.

– Приручите кошечку, - промурчала шатенка, видя, что полицейские машины уже подъехали.

Гилберт подняла руки, показывая, что не вооружена. Но никто не подозревал об истинном оружии этой девушки.

Всего секунда, и Елена уловила звук за своей спиной. Она резко обернулась и перехватила руку замахнувшегося на нее полицейского. Пистолет отлетел в сторону и с грохотом упал на ламинированный пол. Гилберт сильно схватилась за руку и вывернула ее полицейскому назад. Тот не закричал от боли, и тогда шатенка почувствовала злость. Она надавила еще, и послышался хруст костей, а затем и крик боли. Гилберт отшвырнула от себя человека и, подбежав, схватила пистолет.

Но в этот момент веселье только начиналось. Подоспело еще двое. Один воспользовался ликованием грабительницы и нанес удар по коленному суставу, затем по голове. Елена упала плашмя, замерла… Она почувствовала, как к ней приблизилось двое копов… Девушка оценила ситуацию… всего секунда на обдумывание. Она резко поднимается, вспоминая, как отбивалась от зверя. Обида за то нападение вновь воцарилась. Гилберт локтем ударила одного полицейского по лицу да так, что у того из носа сразу потекла кровь. Шатенка набросилась на мужчину, стоящего впереди, и стала рукоятью пистолета сильно бить его по лицу. Брызги крови разлетались в стороны, а Елена лишь со смехом продолжала наслаждаться тем, как под действием ее ударов лицо превращается в мясо.

Она резко оттолкнула полицейского, выстрелив в ногу, и обернулась. Гилберт оказалась на прицеле еще двух копов. И откуда они берутся?

– Тебе лучше сдаться!

Елена встала таким образом, что ее лица не было видно, но лица полицейских были освещены лунным светом.

– Брось пистолет! – закричал один из них.

Гилберт и бросила. В лицо тому, кто это требовал. Удар был сильнее прежнего и тот повалился на землю, крича в исступлении от боли. Шатенка улыбнулась и другой полицейский смог увидеть ее оскал. Страх появился в его глазах, а страх порождает растерянность.

Это длилось сотые секунды. Растерянность полицейских, запах крови раненных и дикая, безудержная одержимость. Гилберт почувствовала, как под глазами запульсировали вены. Она вдохнула поглубже. Запах крови показался ей безумно, безумно приятным. В нем было столько же кайфа, как и в Деймоне. Истекло время на обдумывание, и Гилберт ринулась на полицейского. Все остальные услышали его истошный крик, а потом увидели, как грабительница впивается в глотку с остервенением, с неким животным инстинктом. И ей было плевать на его крики и мольбы о помощи. Она просто пила и понимала, что агрессия на время отступает. Наступало насыщение.

Но тут же и появилась яркая боль. Гилберт оторвалась от столь желанной плоти и закричала. Вернее, зарычала диким, страшным воплем. Обернувшись, она увидела, что коп с вывернутой рукой всадил ей осколок в плечо. Агрессия, которая отступила пару минут назад, вылилась в новый, огненный поток магмы раскаленных чувств. В висках пульсировала лишь одна мысль - убить.

Снова сотые доли секунды. Будто кто-то нажал «slow move». Девушка взглянула в окно, увидев, что луна скрывается за тучами, она понимала, что ей надо отсюда бежать. Она просто знала это. Откуда была это информация – было неизвестно. Все вернулось в нормальный темп. Гилберт извернулась, извлекла осколок и с громким криком набросилась на охранника. Она всадила осколок ему в горло и со всей силы провела в шее. Кровь стала брызгать фонтаном, попадая на лицо, шею, одежду.

Елена поднялась, и бросилась вон, таким же путем, как и зашла. Она услышала, как стали подъезжать другие полицейские машины, но Елена была уже далеко.

Она все еще несла в руке осколок. На этом осколке была ее кровь и поэтому она не могла оставить оружие там. Шатенка стремительно направлялась домой, чувствуя, что она вполне довольна сегодняшним вечером.

Начинала болеть голова, полоски на плече становились еще прелестнее и прекраснее. Гилберт шла по улице с окровавленным подбородком и была полностью удовлетворенная происходящим.

Придя домой, она тихо прошла в комнату, но тут же зажегся яркий свет. Елена спрятала осколок за спину и устремила взор на Кэтрин. Сестра, увидев кровавый облик Елены, поднялась. Она не боялась ее. Она боялась за нее.

– Где ты была?

Тишина.

– ГДЕ ТЫ БЫЛА?

Кэтрин была в отчаянии. Сестра, которую она любила, которой восхищалась, на глазах превращалась в монстра. Кэтрин винила себя за то, что не пошла с ней в тот вечер. Она винила и Елену, которой в тот вечер не сиделось дома. Сомнений не оставалось. Эта инфекция в ее крови лишает разума, отбирает человечность.

Кэтрин была умна. Отойдя, она просто включила телевизор и сразу же наткнулась на экстренный репортаж. Елена встала рядом, больше не пряча орудие убийства за спиной, и тоже уставилась в экран.

Показывали убитых, рассказывали о том, как грабительница, с наклонностями каннибала, обчистила магазин и напала на полицейских. Один в тяжелом состоянии, и вряд ли выживет. Другие – просто потерпевшие. Еще один – убит.

В глазах охотницы мелькали картинки. Яркие. Красные. Здесь были и луна, и дорогие камни, и полицейские. Здесь была кровь. Убийства. Пистолет. Оружие. Клыки. Все это заставило Елену улыбнуться, ведь так она еще никогда не развлекалась.