Восход плохой луны
Шрифт:
– Ты знаешь, как я люблю тебя, не так ли?
Вэйн крепко обнял его.
– Я никогда не захочу потерять тебя снова. В следущий раз, если ты впутаешься в одно из этих неприятностей, либо в этом мире, либо с ледущем, я клянусь, я надеру тебе задницу.
Фанг засмеялся, толкнул Вэйна от себя.
– Мужик, прекращай обниматься. Ты извращенец.
– Ты такой мудак, - ответил Вэйн.
– Папа сказал плохое слово, - Трэйс ахнул.
Фанг взял его на руки и пола и засмеялся.
– Скажи ему, щенок. Контролируй его.
Но впервые за много лет он снова чувствовал себя полным.
Эйми все еще колебалась относительно Брэйд и пара Фьюри, Анжелии. Высокая и белокурая, Лия был Аркадианским волком, который от рождения принадлежал стае Фьюри. Они повторно воссоединились прошлой осенью, когда Лия пришла к Санктуари, чтобы выследить и убить его.
Теперь только одна Лия готова убить кого-угодно, кто косо посмотрит на Фьюри.
Да, жизнь непредсказуема.
Лия жила здесь, пока Фьюри не встретил Сашу, чтобы получить обновленную информацию о том, что происходит в Святилище. Эйми не выдержала радиомолчания, и Фьюри вызвался быть связывающим звеном с его братьями.
– Эйми? Не могла бы ты накрыть на стол?
Как только она пошла к двери, вспышка возле двери привлекла ее внимание. Дев материализовался в кухне рядом с ней. Эйми чуть не уронила тарелки. Никто из ее семьи не говорил и слова о ней с Маман о том, что она ушла.
Дев смущенно взглянул на Брайд и Лию, прежде чем он обратил свое внимание на нее.
– Могу ли я поговорить с тобой?
Вручив синие тарелки Лие, она провела его в гостиную, где они могли поговорить без остальных, подслушивающих их.
– Что происходит?
Он материализовал ее чемодан.
– Я хотел, чтобы у тебя были свои вещи. Я не согласен с тем, что сделала Маман, никто не согласен. Мы пытаемся смягчить ее.
– Но она Маман.
Он кивнул, поставил чемодан рядом с диваном.
– Она не услышит нас сейчас. Мы продолжаем надеяться каждый день, что она смягчиться и отправит одного из нас к тебе, но это не происходит. Я действительно скучаю по тебя и хотел, чтобы ты знала, ты можешь позвонить нам в любое время, если что-то нужно.
Его предложение согрело ей душу. К сожалению, она не могла его принять. Не без вытекающих всех неприятностей и рискуя своей необходимостью находиться здесь, в доме Катталакис.
– Маман будет в ярости.
– Я взрослый мальчик. Справлюсь с этим, - пожал он плечами.
Да, верно. Никто не был настолько взрослым. Маман никто не нравиться никто, идущий против ее воли – что было доказано текущей ситуацией Эйми.
– Так как дела? – спросила она, умирая от любопытства.
– Напряженно. Очень много сволочей поступают, думая, что они могут протолкнуть себя, так как они больше не должны боялться гнева Савитара. Но у Реми случился взрыв, так как в округе нет ни одного закона, чтобы удержать их. У нас всех проявляются более хищнические инстинкты.
Именно сейчас она поняла, откуда были синяки на костяшках пальцев. Она покачала головой, это забавляло и вместе с тем беспокоило ее о братьях.
– Сколько ты убил?
– Ни одного, но всегда есть завтра.
– Ты так болен, - она рассмеялась.
Он улыбнулся с городостью богов, как она пропустила это дерьмо, которое пыталось поглотить его.
– А как на счет остальных? Они возвращаються?
Это сразу отрезвило его.
– Они все еще в штате Орегон. Когда детеныши родяться, они вернуться.
– Значит, вы снова будете в бегах. Перемещаться с места на место, как мы привыкли делать, - вот что она поняла.
– Нет, - эти голубые глаза полностью пресекали ее. – Это наш дом. Никто не собираеться преследовать нас.
Ее сердце остановилось от того, что он сказал. Продолжать работать в клубе без поддержки Савитара являеться самоубийством.
– Маман уверена?
– Да. Ведь Данте работает в клубе, который не возле лимана, и уних не было много инцидентов.
– Да, но…
– Это было решение, которые мы все приняли, - сказал он, резко отбрасывая ее протесты прочь. – Кроме того, мы приняли еще несколько человек в нашу компанию, в том числе Константина, который здесь, чтобы защищать нас, пока мы нуждаемя в нем.
– Это самое малое, что он мог сделать.
Он кивнул в знак согласия.
– Темные охотники также занимают должность ночью, чтобы помочь нам, и Кириан и Талон, черт возьми, даже Валерий, должны быть уверены, чтобы прибыть и посетить…на всякий случай. И, конечно, Ник так часто появляеться, что я собираюсь начать сдирать арендную плату с маленьгоко ублюдка.
Она рассмеялась от души, хотя новость было для нее сюрпризом. В то время как некоторые из них были покравителями на протяжении десятилетий, она не поняла о пределах своей лояльности.
– В самом деле?
– Да, поскольку Темные Охотники не могут быть рядом друг с другом, не истощая свои силы, они меняються каждую ночь. Так, в целом, это не так уж и плохо, как ты думаешь.
– Но? – Эйми прищурилась.
– Но что?
– Там, в твоем тоне.
Он засунул руки в карманы, таким образом напоминая ей застенчивого малыша.
– Я не знаю. Просто у меня плохое предчувствие, и я думаю, у Маман тоже. Она действительно была на грани эти последние несколько дней.
– Маман всегда на грани.
– Это правда, но это… - его голос затих, когда он взглянул за ее плечо.
Эйми обернулась и увидела Фанга в дверях.
Был миг напряженности между этими двумя. Как два врага измеряли друг друга, как будто ожидая шанса на удар. Она ненавидела это в двух мужчинах, которые многое значили для нее, которым было неудобно вместе. Она взглянула на Дева, который опустил свой взгляд на ее руки, заметив, что на них нет отметки.
Он откашлялся.
– Мне лучше уйти.
– Дев, подожди, - она подошла, чтобы поцеловать его в щеку. – Спасибо.
– Это не проблема, - он исчез так быстро, что она была удивлена, что не было инверсионного следа. Фанг вышел вперед, выражение его лица было примирительным.
– Мне очень жаль, Эйми.
Она положила руку на его губы.
– Никогда не извиняйся за любовь ко мне, Фанг. Это из вещей в моей жизни, где я не сделаю другого выбора.
Он притянул ее к себе.