Чтение онлайн

— Генрих, вы смеетесь? Ведь это же…

— Ну Пауль, это ведь лишь на бумаге! Никто даже не будет вывозить этот французский металлолом со складов. Зато в документах боевой состав вверенных вам дивизий будет в подобающем числе. Этот хлам будет значиться по учету как находящийся на ремонте. Ну а по мере поступления с заводов новых машин вы всего лишь спишете его как изношенный, вот и вся забота.

— Допустим. Но что в итоге? Кроме избавления наших голов от грозы. И удивления историков лет через пятьдесят?

— Во-первых, раз мы верные солдаты Германии, то наше спокойствие есть польза для дела. А во-вторых, фюреру будет доложено, что на фронте наши войска терпят временные неудачи, отступая под натиском бесчисленных русских орд… Однако же, нанося этим ордам огромные потери, о чем свидетельствуют факты, которые мы только что обсудили. На Днепре наступление русских удалось наконец остановить, после чего война переходит в позиционную. Повторяю, так будет доложено. И никому не будет дела до того, что резервы из рейха уже сейчас идут исключительно на днепровский рубеж, ну а восточнее осталось лишь «мясо» которого не жалко, все эти поляки, боевые качества которых… В общем, я полностью с вами согласен, Пауль, но надеюсь, что на их уничтожение русские потратят какое-то время, необходимое нам. Я ничего не упустил?

— Кроме одного. Как русские по этой версии могут, «теряя» по тысяче танков в неделю, продолжать давить нас числом?

— Ну многочисленность русского людского ресурса общеизвестна. Что до танков, пушек и всего прочего, на то есть американская плутократия, которая по Северному морскому пути снабжает русских всем необходимым в огромных количествах.

«А это, боюсь, будет уже моей огромной проблемой, — подумал Гиммлер. — Фюрер непременно прикажет тогда срочно прекратить русское судоходство. И что мне тогда делать, чтобы не отправиться вслед за бедным Редером?»

Контр-адмирал Лазарев Михаил Петрович, Северодвинск.

Вчера наш «Воронеж» наконец вывели из дока. Сейчас там уже стоит «Диксон», бывший «Шеер». И на нем уже кипит работа: ставят новый вал и оба штатных винта. С твердым намерением через месяц ввести в строй Северного флота полноценную боевую единицу.

А мы у стенки принимаем на борт запасы, готовимся к бою и походу Петрович сбился с ног, и Серега Сирый из машинного не вылезает, гоняет весь личный состав БЧ-5, проверяя работу систем. Обидно будет утопнуть из-за какого-нибудь лопнувшего трубопровода. Хотя то, что сделали, насколько в этом времени было возможно, все проверили, поправили, подтянули. Дай бог, чтобы все было как надо и число наших всплытий равнялось числу погружений!

А я-то уж, грешным делом, задумывался, что в море нас больше не выпустят. Теперь исключительно прогрессорство, изучение и внедрение, передача опыта, да и сбережение ценного ресурса на случай послевоенных и весьма вероятных осложнений с «союзниками», которые, в отличие от рейха, державы морские. Короче, сидеть нам всем на берегу до конца войны. Размечтался!

С одной стороны, войны тут вроде и нет вовсе. С тех пор как наши продвинулись по северу Норвегии гораздо дальше, чем в знакомой нам истории, боевые столкновения можно сосчитать по пальцам одной руки. Немцы сидят в Нарвике тихо, как мыши, у наших же, за событиями на юге, просто нет лишней пары дивизий, чтобы дальше идти, да и наступать тут посуху зимой — работа адова, приличных дорог там, мне помнится, и в начале следующего века не было, все сообщение по морю. И гвардейскую Печенгскую дивизию у нас отняли, воюет она сейчас где-то на Ленфронте, и армейских авиаполков забрали почти половину. В общем, тишина!

С другой стороны, тенденции намечаются тревожные. Ведь наш Северный флот без «Воронежа» и «Диксона» явно слаб для такого театра и таких задач. При наличии жизненно важной для СССР артерии — «двадцатый» конвой, еще большего размера, ждем в конце января. Ну не верится, что фрицы, имея базы относительно неподалеку, будут смотреть на это спокойно и ничего не попытаются предпринять!

Тревожным звонком, после которого нам и приказали выходить в Полярный, ждать там в готовности, было донесение разведки: «Шарнхорст» с пятью эсминцами уже вышел на Север — раньше, чем в нашей истории. Мало того, скоро к нему присоединится еще и авианосец «Цеппелин»! У нас, как рассказал Саныч, ему чуть-чуть не хватило, чтобы повоевать. К осени сорок второго его готовность была девяносто пять процентов, полностью завершен корпус с надстройками, машины, котлы, даже шестидюймовые пушки и зенитные автоматы стояли на своих местах, не было лишь авиатехнического оборудования, систем управления огнем, средств связи и еще чего-то по мелочи. Однако авиагруппа была полностью сформирована — был подобран личный состав, с командиром и штабом, была получена техника, Me-109 и Ю-87 в палубном варианте. У нас «Цеппелин» не вступил в строй исключительно по организационным причинам. Штабы не знали, что делать со столь дорогой игрушкой, не выработав концепцию применения авианосца, и Геринг уперся: «Все, что летает, мое!» Здесь же, надо полагать, до чего-то додумались и как-то договорились. Доподлинно известно, что сейчас «Цеппелин» на Балтике проходит курс боевой подготовки. Сколько времени потребуется фрицам, чтобы полноценно натренировать экипаж и пилотов? И если еще и это придет на Север, то в таком составе фашистская эскадра может всерьез бодаться даже с англичанами, которые имеют в метрополии лишь один авианосец, «Индомитайбл», с очень слабой авиагруппой. Даже если из Средиземного моря придут все оставшиеся три авианосца, которыми располагает сейчас великий и могучий британский флот, это мало что изменит. Не было у англичан в сорок втором хорошей палубной авиации при очень даже приличных кораблях. «Спитфайры» в палубной версии были откровенно плохи, а так называемые «палубные истребители» против «мессеров» это даже не смешно, хуже чем наши И-16 сорок первого. Американские «уайдкеты» и «хеллкеты» появятся на английских кораблях лишь через год. Значит, пикирующие «юнкерсы» могут работать беспрепятственно. А про ПВО британских линкоров спросите у адмирала Филипса, погибшего близ Сингапура вместе с «Принцем Уэльским» и «Рипалсом», за что японцы заплатили лишь тремя сбитыми бомбардировщиками.

Так что устранять эту угрозу, если таковая возникнет, придется именно «Воронежу». Он станет первой подлодкой в истории советского флота, утопившей авианосец. И первой атомариной, сделавшей это. Ну надо же кому-то и начать?

Тут еще и Квислинг в истерике, вопит о «русской угрозе независимости Норвегии»! Ой, не могу! Как будто бывает независимость у оккупированной страны! Причем отчаявшись набрать добровольцев, он объявил полноценную мобилизацию для «освободительного похода». Вопрос, правда, захотят ли норвежцы воевать во имя интересов рейха и сколько их будет… Решим по максимуму, что захотят, и соберут пять дивизий — мобилизационный ресурс: норвежская армия сорокового года — семь дивизий было. А как я уже сказал, сухопутный фронт в той местности невозможен без поддержки и снабжения по морю.

И упорно ходят слухи, выдаваемые за разведданные, или разведданные на основе слухов, что возможен приход на север французов. Причем невеста, то есть британский боров, явно согласна и лишь думает, как обставить ради приличия, чтоб не выглядеть последней б…ю? Кто говорил, что французские корабли не годятся для северных широт? В тридцать девятом они выходили в Северную Атлантику, ловить фашистские «карманники», да и в норвежской кампании сорокового кто-то из французов успел отметиться и даже был потоплен.

Особенно в свете того, что на Средиземном море произошло. То ли глупая решимость их «политкомиссаров» тому виной, то ли немцы все же лучшие моряки, чем французы, то ли нагличане расслабились и зевнули… но эскадра вышла из Тулона и совершила бросок к африканскому побережью. Причем в отличие от «итальянской» фазы войны в Средиземке, когда самолеты с берега не могли найти корабли или, еще хуже, бомбили своих, в этот раз взаимодействие эскадры и люфтваффе было четким. По крайней мере прилетали вовремя и били того, кого надо. Британский конвой не поймали, а интересно было бы взглянуть! Зато они провели свой конвой в Тунис. Так что в Африке бывший роммелевский корпус — сам генерал уже в Германии — капитулировать не собирается. Сражения там идут всерьез. А вот перепуганные англичане опять вынуждены слать конвои в Индию и Египет вокруг Кейптауна, что для них — нож острый. Так что борову спровадить французов на север — прямой интерес.

В итоге нас ждут великие дела на море. В ближайшие месяц-два-три.

Что дальше?

Имел я любопытный разговор с прилетевшим в Северодвинск наркомом Кузнецовым. По некоторым намекам, готовят нам в Москве до конца войны судьбу «Летучего голландца», но не того, который со скелетами, а помните, роман Платова был? Длинная и тайная «рука СССР» на море. А что еще думать, если Николай Герасимович прямо спрашивает, хотя якобы теоретически, сумеет ли «Воронеж» перехватить транспорт, идущий из бельгийского Конго в Нью-Йорк? Урановая руда, что ли? Время выхода и вероятный курс цели дадите — сделаем без проблем. Целеуказание — это наша забота, а вот лодка за сколько сможет дойти? А докуда? Если на подходах к Нью-Йорку, то хоть из Полярного успеем, а если у экватора, то выйти надо недели за две. Раньше перехватывать лучше, потому что, чем позже, тем больше вероятность, что в расчетной зоне перехвата окажутся несколько транспортов. Как опознать «наш», или все их топить? Ну если в государственных интересах СССР, чтобы груз не дошел…