Чтение онлайн

– Верно.

Бардимор не желал даже приближаться к землям, которые чуть не стали его тюрьмой. Получив свободу, он собирался уплыть далеко на юг и никогда больше не слышать о короле Вольдемаре.

– Обещаю лично проследить за безопасностью Астерийца, - неожиданно раздался голос Долговязого Бена за их спинами.
–  Клык хоть и зол, но он капитан пиратов и не вправе оставлять долги не уплаченными. Как бы там ни было, Чаннинг заступился за нас. Его верность и храбрость высшая ценность по пиратскому кодексу и достойная плата за его свободу.

– Тогда оставляю его в ваших руках, - ответил Бардимор, собираясь как можно быстрее отправиться в путь.

Чаннинг хотел было уже уйти, как вспомнил об одной безделушке, которую следовало бы вернуть владельцу. Он вытащил из кармана браслет, но как только монстр его увидел, страх отразился в его глазах вместе с мечущимися в разные стороны синеватыми руками.

– Оставь его себе, - выпалил он.
–  Эта вещь не позволяет пользоваться силой. Браслет будто цепь сковывает мою мощь изнутри.

– А способен ли он укротить адское пламя?

– Не знаю, но могу с точностью сказать, что когда браслет был на моей руке, то я не мог создать в руке даже морскую каплю.

Ответом Чаннинга стал огонек надежды, который запылал в его глазах и согрел манящим теплом холодное душевное бремя. Перед тем, как Брайса заточили в клетках подвала миссис Помсли, он рассказал все о Звентибальде и о перстне. Браслет мог свести на нет всю темную силу, пробудившуюся в Кейт. Если она не способна будет воспламенить свечу, король с легкостью откажется от нее, тем самым освободив от плена. Оставалось лишь пара вопросов.

Точно ли браслет сработает? И если да, то не навредит ли он Кейт как человеку?

Бардимор, получив долгожданную свободу, не желал задерживаться дольше, чем положено. Он искренне пожелал Чаннингу удачи в поисках и крепко взялся за штурвал «Двуглавой Анны». Благодарность ярко читалась в глазах Чаннинга, когда монстр помахал рукой с капитанского мостика, и отдал приказ плыть в открытое море. С помощью Бардимора пиратский долг Чаннига был оплачен, оставалось только надеется, что Кейт не утратит веру в него и дождется своего верного любящего Волка.

Если все думают, что я буду сидеть здесь и ждать их приказов, то они ошибаются.

Я вылезла из распахнутого настежь окна. Хоть Вольдемар и заверил, что замок - не тюрьма, но все-таки запер в нереально белоснежной комнате в одной из высоких остроконечных башен. Белые стены, белый стол, даже белые простыни сводили меня с ума. Их чистота была абсолютной противоположностью черным одеяниям, которые заставляли носить всех, кто был хоть как-то приближен к королю. Мне с трудом удалось раздобыть дорожный костюм, который отлично подходил для лазания по стенам замка, но, разумеется, недостаточно отлично, как тот, что мне удалось соорудить из плаща и платья. Хоть его и отобрали…

Черт с ним. Будем работать с тем, что есть.

Я не могла сказать, что середина декабря на Золотом берегу была невероятно теплой, но точно отличалась от морозных ветров Астерии. Цветы, будто покрывало, до сих пор плелись у окна, удивляя своей свежестью и сочностью бирюзового цвета. Но сейчас я не могла оценить их красоту больше, чем крепость зеленых стеблей. Они отлично исполняли роль лестницы, которая спустила меня до самой земли.

Приземление на тернистую аллею скрыл небольшой куст, который рос под окном. В отличие от разноцветного богатства цветов, плетущихся по серым камням замка, он не мог похвастаться ничем, кроме остроконечных ветвей, торчащих в разные стороны. Одна из них чуть не угодила мне в глаз, пока я проползала за широкими спинами стоящих на страже воинов. Двое мужчин кутались в плащи и защищали от непрошеных гостей просторы королевского сада. Так как окно моей комнаты выходили прямо на него, Дрого лично поручил им следить, чтобы ни одна птица не пролетела без его ведома. Это была моя не первая попытка сбежать, и, увы, не последняя. Ловить девушку в черном плаще, ползущую по земле прямо к высоким стенам сада, стало обыденным развлечением для всей стражи замка. Им было велено ни в коем случае меня не убивать. Но спустя некоторое время стражники не могли скрыть свое недовольство. В их глазах я видела безумное желание перерезать мою тонкую шею и закопать тело где-нибудь в саду.

У Дрого был такой же свирепый взгляд каждый раз, как наши пути пересекались. Хуже него могла быть только Шу Ликин. Она, как его верная тень, полностью поддерживала капитана, и ее вид оказывался куда страшнее. Он говорил о том, что убийство было бы слишком малой карой для такой занозы в заднице, как я.

И все же, люди в Мондраде теплолюбивы и точно не будут в восторге от погони в морозное утро с инеем на голых ветвях.

Для меня же погода была просто идеальной, после ночлега в лесной хижине, зарытой по крышу в сугробы.

Если я выжила после холодных ночей в доме Рейхтага, то смогу и здесь. Только бы добраться до порта.

Я ползла все дальше и дальше, приближаясь к заветной цели. Стена вокруг дворца выглядела достаточно высокой. Перелезть через нее - значило выдать свое местоположение, но выйти через парадный вход - не лучший вариант. Я двигалась среди неизвестных мне растений, которые в голом виде отчетливо напоминали Астерию. Заветная стена приближалась с каждым дюймом. Ее кирпичная кладка уже была на расстоянии вытянутой руки, когда я невольно замерла, услышав знакомый шелест крыльев. Серебряные перья блеснули на солнце и опустили ястреба прямо на плечо. Я чертыхнулась, понимая, что побег раскрыт, и у Хакима снова будет отличный повод повеселиться.

– Надо отдать тебе должное, Кейт. Никогда бы не подумал, что женщины могут быть настолько упрямы, - сказал он, медленно шагая по аллее сада.

Хаким был недалеко. Всего в метре от меня. Сложив руки за спиной, он словно просто прогуливался и случайно заметил черную макушку среди голых ветвей. Я ненавидела серебряно-крылую птицу не меньше ее владельца. Хотелось сунуть ястреба в мешок, но гуманное воспитание не позволяло такую жестокость.

Впрочем, жаркое из тебя получилось бы довольно вкусное, умей я готовить.

Наши взгляды встретились. Птица словно прочитала мысли и больно клюнула в нос. Проклятья сорвались с языка и коснулись черной дымки. Ястреб рассеялся в ней, будто его и вовсе не было, что еще больше вывело из себя.

– Предпочитаю называть это целеустремленностью, - ответила я Хакиму.
–  Буду тебе очень признательна, если ты молчаливо продолжишь свою прогулку и сделаешь вид, что никого здесь не видел.

– Ты же знаешь, что я не могу.

– А ты же знаешь, что я не перестану пытаться.

Тяжелый вздох вырвался из груди Хакима прежде, чем он с упреком произнес:

– Кейт, это глупо. Золотой берег, конечно, не дом тебе, но здесь ты в безопасности.

Я подорвалась с земли и с вызовом уставилась на Хакима, гордо возвышаясь над черными ветками кустарника ежевики. Хаким лишь изогнул бровь, будто говоря: - «это тебе не поможет». Смешок вырвался из моей груди, будто отвечая ему: - «я буду пытаться до тех пор, пока вам самим не надоест ловить». Нас прервали тяжелые шаги, которые очень быстро приближались.