Чтение онлайн

А что потом? Чандра не подпустит к Кондрату, а вот отца…

Маргарет всмотрелась в спину Старейшине. Кондрат злился на него, но не мог отказать в просьбе о встрече. Все-таки они оставались родней. Старушка вспомнила про Кейт. Сердце екнуло при мысли, что внучка может считать ее мертвой. Маргарет было интересно: пустит она хоть одну слезу или махнет рукой.

– Чего замолчала? Думаешь, как воткнуть в спину нож?

– Ты так плохо обо мне думаешь?

Рейхтаг обернулся. Он посмотрел на старушку и пытался найти хоть единое сходство с девушкой, чьи глаза сверкали как два янтаря на солнце. Белая пелена спала, но блеска так и не было видно. Янтарь потускнел и стал цвета коры старого дерева. Его корни торчали из земли и покрылись мхом, а ствол болезненными буграми. Рейхтаг скучал по ее смеху много лет, но так и не отважился сделать шаг первым.

– Может, хочешь есть?
–  спросил он и почесал свою густую бороду.

Старушка мотнула головой.

– Я бы прогулялась, если ты не против.

Старейшина удивленно посмотрел на перетянутую руку.

– Ноги ведь целы.

– И то верно, - ответил старик и отставил миску с ягодами в сторону.
–  Идем. Покажу тебе местные достопримечательности. Возможно, тогда ты мне подаришь драгоценную улыбку.

– И не надейся.

– Как всегда.

Губы Рейхтага поползли вверх, когда увидели блуждающие в глазах Маргарет огоньки. Он помог ей выйти на солнечный свет. Старушка сощурилась, когда исчез полумрак комнаты. Она осмотрелась, как только перестало колоть глаза. Вокруг был непроходимый лес, который скрывал под зеленым полотном разрушенные постройки.

– Невероятно, - только и смогла произнести Маргарет.

– Когда-то здесь было очень красиво, пока друиды не покинули дома. Раньше деревня называлась Наследием Эпоны - богини земли и коневодства. Здесь приручали диких лошадей. Они были лучшими скакунами не только в Астерии.

– Начинаю припоминать. Ты рассказывал мне уже эту легенду.

– Но никогда не говорил, насколько она правдива. Мы сейчас находимся ближе всего к Норинбургу в Рутнинском лесу, который когда-то был пустошью. Остальные деревни раскидало по всей Астерии.

– Остальные?

– Они существовали задолго до нас. Только Старейшинам было позволено знать их историю. Легенды не всегда врут. Часто они рассказывают правду, хоть и болезненную.

Старушка сделала шаг по вытоптанной тропе, крепко опираясь на хрупкую руку Рейхтага. Источника молодости больше не было, и время медленно забирало свое. Но Старейшина все равно твердо ступал по зеленому ковру, показывая сплетение природы и следов человека. Он вновь рассказал ей легенду, только теперь она не выглядела доброй сказкой как раньше. Клан Дикого леса, который расположился в Гластонгейте, был не единственным. Всего их начисливалось пять. Кроме наследия Эпоны, в них входили Карниксы, Сидхорожденые и Кехты. Ведуны, конюхи, ремесленники, мудрецы и врачеватели. Все они чтили законы природы и жили в мире и согласии с людьми. Так было задолго до появления царства. Земли радовали живописными степями, которые только к югу переходили в непроходимые леса. Были и те, кому не нравилось жить по существующим законам. Они разделили единый народ на два лагеря. Молодые хотели строить дома ближе к небу и выкладывать прочные дороги, а не тропы, которые смывало дождем. Деревни друидов редели, а поселения выходцев из них разрастались. Никто друг друга не винил. Каждый избрал свой путь и уверенно шел по нему в новую эру.

Выходцы придумали свод законов, выбрали совет и ремесло. Познания прадедов стали основой, но молодые сами улучшили урожайность посевов и научились перевозить более тяжелые грузы. А самое главное, как торговать с теми, кто живет за Большой водой, которую после назвали Айдарским морем. Но становление нового мира не было таким безоблачным, как могло показаться на первый взгляд. Чтобы торговать выгодно, приходилось расширять знания или улучшать качество. Так в мирных землях появилось оружие из кованой стали и крепкие латы. Но даже этого выходцам оказалось мало.

Однажды купец из дальних берегов привез свой товар и остался в одной из деревне на ночь. Совет одобрил, но Ллеу не доверял гостю. Он решил проследить за ним и не зря. Купец, когда прогуливался по деревне, увидел друидку несметной красоты, но больше всего его привлекла серая туника. Плотная ткань с вышитыми на ней золотыми нитями - лучами солнца. Он никогда раньше не видел таких красок. Они были ярче, чем все, что купец знал ранее. Друидка не раскрыла тайну, как карниксам удается создавать такие цвета. Тогда купец предложил заключить сделку и продать ему несколько таких туник. Девушка согласилась. Ллеу не удивился, когда их гость на утро отказался брать шелка. Он понял, что весть о ремесленниках-друидах разнесется быстрее лесного пожара. Не все в совете поддержали его решение убить купца и украсть у друидов заветную формулу. Ллеу пошел против совета. Он выполнил задуманное сам и украл друидку. Когда к его дому пришли вооруженные представители всех деревень, он убил их и назвал себя единоличным правителем. Друиды не стали вмешиваться в дела людей. Они смолчали, когда Ллеу создал герб в честь своего имени. С тех пор лев стал истинным царем и назвал свои земли Астерией. Правление королевской семьи началось с того самого дня, но она так и не смогла узнать тайну ярких красок, которая раскрывалась только служителям природы.

– Что же случилось с друидкой?
–  спросила Маргарет, когда Старейшина закончил свой рассказ.

– Она стала женой Ллеу и родила ему двоих сорванцов. Но это уже совсем другая история.

Рейхтаг довел старушку до окраины деревни, которая стала призраком в тени густых ветвей. На входе еще сохранились руины арки. Ее украшали резные изображения лошадей в стиле друидских орнаментов.

– Ты ведь понимаешь, что мне стоит вернуться, - нарушила Маргарет голос леса.

Пение птиц раздавалось отовсюду. Его подхватывал ветер, который играл в сочной траве и густой кроне деревьев. Здесь действительно царил покой. Он дарил чувство полного умиротворения.

– Возможно, у меня получится уговорить тебя ступить на другой путь.

Рейхтаг достал из нагрудного кармана не большой пузырек. В нем плескалась прозрачная жидкость.

– Неужели это то, о чем я думаю? Не верю глазам.

Старушка Маргарет удивленно наблюдала за игрой радужных бликов на кристально чистом стекле.

– Та самая вода с источника молодости. Ее нам хватит, чтобы начать новую жизнь.

Старушка всмотрелась в глаза старика, будто бездонные озера цвета сапфиров у берегов, которые потрескались от засухи. Она всем сердцем желала поддаться искушению, но не могла. Будущее не осталось для нее загадкой. Маргарет видела его во снах, но исход войны так и не был ясен. Ответ на главный вопрос так и остался в тени.

Кому же в итоге достанется Астерия, или она и вовсе канет в Лету?

– Мы не можем бросить людей. А как же друиды? Они пропадут без Старейшины, и величественная магия растворится в небытие.

– Ты забыла, что Кондрат на стороне прогресса.

– Об этом я и хотела поговорить.

Лицо Маргарет стало бледнее лепестков ромашек.

– Что не так с моим сыном. Неужели понял, какая его мать - змея?

– Если бы. Собственно, по этой причине мы с ней и сцепились.

– Что случилось с Кондратом?
–  взволновано спросил Рейхтаг.

Его беспокойство казалось искренним. Маргарет не знала с чего начать. Сделав глубокий вдох, она решила сказать все, как есть, и не скрывать правду.

– Проклятье трех родов действительно существует, - произнесла старушка и потупила взгляд.
–  Наши опасения оправдались. Кондрат болен, и Чандра очень хочет ему помочь.

– Каким образом?

– Единственным существующим.

Густые брови Рейхтага сошлись в одну линию и накрыли тенью блеск глаз-сапфиров. Старейшина не был удивлен сумасшествием Чандры, но всем сердцем надеялся, что до этого не дойдет. Что проклятье трех родов обойдет стороной его сына. Рейхтаг виновато посмотрел на Маргарет, намериваясь предать ее. Опять.

Чаннинг бежал по темному коридору. Он не чувствовал ног, но продолжал двигаться вперед. Мрак вокруг сгущался. Сердце колотилось и готовилось выпрыгнуть из груди. Взгляд Чаннинга метнулся вниз и увидел две мохнатые лапы. Что-то вязкое ощущалось во рту соленым привкусом. Чаннинг бежал все быстрее и увидел впереди свет. Серебряное сияние звало за собой и указывало путь в неизвестность. Чаннинг не чувствовал собственных лап. Слепая ярость овладела им и затуманила разум. Он хотел скорее добраться до сияния и почувствовать его холод на мохнатых боках. Чаннинг знал, что впереди нет тепла, но бежал вперед как к единственному источнику света. Волк был уже близко, как вдруг услышал свое имя. Детский шепот звал Чаннинга сквозь яркие лучи и заставил резко остановиться. Взгляд зацепился за силуэт, который приближался. Кости начали ломаться и поднимать выше над полом неизвестного коридора. Боли не было. Словно Чаннинг это делал уже сотню раз и привык к трансмутации, как звезды к ночному небосводу. Силуэт приближался, занимая своей тенью все пространство до потолка. Сияние стало тускнеть, и Чаннинг увидел ее. Серебряная гладь волос обрамляла бледный овал лица. Запах морозной свежести и сухих трав наполнил ноздри. Перед ним стояла Лилит. Девушка держала за руку мальчишку. Его черты показались Чаннингу очень знакомыми. Словно он уже видел их в отражении зеркала. Мальчик дрожал и прижимался теснее к ткани платья, мерцающего будто звездная пыль.