Восхождение в Белизну
Шрифт:
Я не виден за фолией - вот ведь какая досада!
Для меня - сладость форм, что прелестней киношных эротик,
Для тебя - не приметный ничем магазинчик напротив...
Для тебя мир - безлюден, но я всё же здесь - вот фатальность!
Это всё я к тому, как порой многогранна реальность...
Бог
Те, кто из стада овец, верят в бога - тирана религий.
Те, кто из стаи волков - верят только в себя.
Я ж - змей морской, и мой Бог - вне канонов и стилей.
Я беседую с Ним за бокалом портвейна в конце декабря.
Нет, мой Бог - не из тех, кому нравится править рабами.
Благосклонность Его не стяжают покорность и страх!
Мой Бог с теми, кто ищет Его лишь своими путями.
Мой Бог с теми, кто знает Его не по credo в церквах -
По сиянию глаз, по правдивости слов и по твёрдости шага.
Бог мой не отвернётся от ласк однополой любви,
Бог мой не обречёт на костёр ни сновидца, ни мага,
Не омоет Он рук никогда в иноверной крови.
Я люблю Его! Так, как не любят господ и хозяев.
Он ведёт меня! Так, как не учат детей и собак.
Бог сказал мне однажды: Играй со Мной!
Вот, я играю...
И Игре не настанет конца - ни в годах, ни в веках.
Вер ить в Бога не просто
В Бога верить - не просто, поверьте.
Когда веру толкуют окрест
Моралисты, философы... Черти:
Мол, раз веришь - взойди же на крест.
Вера попрана словом расхожим,
Афоризмами умных людей.
"Докажи!", "Обоснуй!", "Невозможно!"
Покажусь я, быть может, безбожным,
Но мне мнится: в тиши Эмпирей
Бог смеётся: "Вон лезут из кожи...
Веселят. Дать им эту возможность
Было лучшей из Наших идей!"
Рай
В моём раю нет вечного покоя
В тени неувядающих дерев,
Забвенья бесмятежною рекою
Там не струится ангельский напев.
О нет, мой рай не тих, не беспечален,
Не чист от тёмных пятен и теней...
Там сравнивают яркость глаз со сталью,
А не с огнём божественных Камней.
В моём раю грохочут барабаны,
И мы с тобой, мой друг, идём на бой.
Там так же сильно кровоточат раны,
Там так же трудно стать самим собой...
Но там, в моём раю, под дальним небом,
Хранить умеют верность и любовь,
Тому, кто прав, даётся там победа,
Тому, кто пал, - шанс возродиться вновь.
В моём раю предельно чётки роли,
Нет зла от блага и добра во зло,
Не может быть, чтоб "просто не везло",
И Невозможность там покорна воле.
Там мы с тобой, почти что как и здесь,
Идём на битву за мечту о Рае.
Но там святое Слово воссияет
И Светом Розы вспыхнет каждый Крест...
Идём же, друг. Давай вернёмся в рай!
Поверь мне, слишком многого не надо:
Довольно только умереть для ада
Подложной мудрости гостей звериных стай!
Не выть как все, не бить, как все, не пить,
Как все, чужую кровь осатанело,
Жить так, чтоб с верой слово не делить,
И так, чтоб врозь не шло со словом дело.
Идём же, друг! Но жмёшь плечами, вижу,
Ты мне в ответ... Тогда - пойду один.
Я знаю, что мой рай гораздо ближе,
Чем в этом мире кажется иным.
Гендер
Мужчины - с Марса, женщины - с Венеры,
А я - оттуда, где психолог Грей
Сидит в психдоме. Гендера химеры
Там не калечат разумы людей.
Там нет границ! Там нет ролей, нет правил.
Там превзойти - не значит превозмочь,
И то, с какой звезды ты путь направил -
То знает лишь одна Царица-Ночь.
Мне написать бы книгу. Грею в спину.
Мне б рассказать, чего лишились вы -
Отвергшие природу андрогина
Для мыльных опер бытовой "любви"!
Но предпочту молчанье заварушке:
Ни Марс с Венерой, ни Звезда вдали
Не сберегут поэта от психушки,
Воздвигнутой учёными с Земли.
Политика
Почему ты не любишь Америку, детка?
Ах да: всюду пишут - она же плохая.
Почему ты не смотришь голливудские фильмы?
–
У умных людей не модно, и вообще, мы дружим с Китаем.
Повторяешь суждения трезвых и знающих,
Репостишь новости так увлечённо...
Вот и разверзся кладязь пылающий
Над родиной грозной и обречённой!
Покупаешь пачками умные книжки,
Фицджеральда - интеллектуальная классика, всё же!
Фицджеральд, кстати, американец, малышка, -
Но о высоком искусстве судить всуе негоже.
Нет, не пройдут враги-супостаты!
Глазки сверкают гражданской позицией.
Может, начальник поднимет зарплату,
Прочитав твой лихой холивар с оппозицией.
Эй, погоди - что сказал я такого,
Отчего на костёр, отчего фэйсом к стенке?
Детка, детка... Всё повторяется снова.
Где брат твой?
– Не знаю!
– и улыбаешься,
Пальчиком гладя в зачётке оценки.
За, не против
Кто-то скажет - "идём на бой
Против зла и уродства мира!"
Ну а я не пойду с толпой
Жечь костры и крушить кумиров.
Кто-то скажет: "ведь это ложь!
Беспредела и тьмы засилье!"
Я же в гневе точу не нож,
Я пером очиняю крылья.
И, теперь, пока правят пир