«Воскресение». Книга о Музыке, Дружбе, Времени и Судьбе
Шрифт:
Андрей Сапунов сейчас утверждает, что эти песни никогда и не были частью альбома группы «Воскресенье». Они просто распространялись на одной кассете, а потом, когда его приняли в состав, то решили, что пусть уж так все и будет…
Впрочем, загадки с этим альбомом продолжаются. Мне, например, никто не смог ответить, когда именно Андрей Сапунов напел свою версию романовской «Я Привык Бродить Один», после сессии с песнями ТКНН или все-таки до?
Саша Кутиков божится, что, записав романовский блок, он уехал вместе с Валерой Ефремовым отдыхать в Коктебель, а блок песен ТКНН дописывал его шеф Николаев, а это значит, что Андрей Сапунов спел ее еще ДО ТОГО, как впечатлил всю группу своим вокалом. Но на каких основаниях ему это доверили, он ведь на тот момент даже не был членом группы?
И вообще, тут какая-то ерунда.
Мне все наперебой галдят, мол, мы просто решили дописать материал до нужного объема!
ВНАЧАЛЕ И ПОТОМ:
СЕРГЕЙ КАВАГОЕ
Какого объема? Одна сторона кассеты и виниловый диск звучали ровно 45 минут, а десять песен Романова суммарно составляют аж 50. Так зачем? Наиболее внятно объяснил всю эту историю сам Лёша Романов:
– Когда возникла возможность записи, кто-то предложил записать две стороны кассеты, на одной десять песен Романова, на другой десять песен этого персонажа и вместе распространять. Но от него десять почему-то не получилось, осталось только шесть, а когда «Воскресенье» стало концертировать, так всё и пошло в одну программу!
Будете смеяться, но в распространение этот альбом пошел сразу в нескольких вариантах, причем оригинального порядка песен просто не существует. Версия Кутикова была в том, что всё писалось в порядке исполнения песен на концерте, а потом порядок часто менялся…
Н-да-а… организаторский гений Кавагое явно не думал о том, в каком порядке музыканты группы будут входить в историю. А остальным вообще все было «по барабану». Да чего с них взять! Хипари раздолбайские, мать их!
И еще… Вышло так, что большинство песен имеет по нескольку названий. Почему? Да все очень просто. Как говорил Романов, «мы сочиняли песни, а не названия!», а названия на кассетах писали распространители, причем, прямо на слух, поэтому одна и та же песня в разных сборниках называется «Я Привык Бродить Один», «Я Привык», «Окна», «Солдат Вселенной» и даже «День Напрасно Прожит».
А о плагиате поговорим? Это ж моя любимая тема, правда! Только нужно понимать, что ни одной нотки осуждения в моих словах не будет. Совершенно естественно, что двадцатилетние мальчишки, влюбленные в англо-американский рок, всю свою страсть к битлам, роллингам и прочим добрым волшебникам выражали в бессознательном подражании своим кумирам. И вы мне не назовете ни одной команды, избежавшей этого!
А вот диапазон интересов и привязанностей у музыкантов «Воскресенья» значительно шире, чем у других! И если «Есть у Меня» написана в жанре ирландской баллады в версии Пола Маккартни, то «Так Бывает» гораздо больше напоминает русские частушки.
«Слепили Бабу» – некий собирательный образ рок-н-ролла, фактически стандарт, в корнях которого отметились многие, но наиболее близким первоисточником является, конечно же, Билл Хейли.
«Я Привык Бродить Один» – по словам самого Алексея Романова, по мелодике и гармонии проистекает из альбома Led Zeppelin-3 (видимо, конкретно из блюза Since I’ve been Loving You), но в некоторых акцентах аранжировки вовсю выпирает Pink Floyd, а именно – Us & Them.
А вот «Моим Друзьям» представляет собой детский конструктор, в котором вступление взято у группы Christie из песни Magic Highway, запоминающийся гитарный риф из Jean Genie Дэвида Боуи, а основная тема полностью позаимствована из Rocks Off, начальной песни с альбома Exile on Main St, столь любимых воскресниками роллингов.
В некоторых песнях под влиянием Гули здесь откровенно проявляется его любовь к «черной» музыке. В «Случилось Что-то» явно переночевал Джордж Бенсон, а «В Мире, Как в Темной Чаще» и «Сколько Было Звезд» слышны фанковые акценты и синкопы, характерные для одной из ярчайших групп рубежа 70–80х – Earth, Wind & Fire.
Даже Тот-Кого-Нельзя-Называть оказался не свободен от мелодических заимствований, одно из которых наиболее ярко заметно в песне «Музыкант». Когда мы слышим «Что творится, что творилось…» в голове автоматически повторяется фраза: «So sad, so sad…», гениально придуманная Элтоном Джоном…
Хотя… вот тут меня поправил профессиональный знаток Меркулов:
– Сережа, песня «Музыкант» была написана в 1971 году, а So Sad в 1976-м! Так что в плагиате скорее можно обвинить этого голубятника!
Ну… я готов в это поверить, особенно после того, как у сэра Элтона Джона наш Никита стал девушкой Найкитой…
Вот, собственно, альбом готов, и что дальше? Конечно, по примеру «Машины», нужно просто отдать его спекулянтам-распространителям и ждать эффекта…
Но – везуха есть везуха!
Глава 8. «Эфирное создание»
Сижу на лавочке около метро «Новокузнецкая» и смотрю на здание Радиокомитета, расположенное в ста метрах от него. Господи, сколько же всего это здание видело!
Именно здесь когда-то работал «главный голос СССР» Юрий Левитан, здесь создавались Радиостанция «Юность» и Радио «Маяк». Здесь выходили в эфир «С добрым утром!», любимая моими родителями и «Опять двадцать пять», закрытая перед XXV Съездом КПСС.
Совсем недавно, лет 10 назад, мы с Макаром еженедельно вели отсюда свой вечерний блок радиопрограмм: «Машина Моего Времени», «Неформат» и «Чужой Монастырь»…
Именно здесь, в конце 70-х, в рамках «Инвещания» собралась фантастическая компания молодых и предприимчивых эрудитов, позже прославившихся в телепрограмме «Взгляд».
Близким к этой компании был и Дима Линник, общий друг, создатель и руководитель вокального «Трио Линник», которому «Машина Времени» еще в самом начале 70-х аккомпанировала на записи мелодийного «миньона».
(Кстати, есть тонкая «шутка для инсайдеров»: Дмитрий Линник – лицензионная перепечатка Тони Шеридана.)
Внезапно, видимо, с приближением Олимпиады-80, Линник обрел на Radio Moscow World Service неожиданную силу и вес, в общем, просто грех было терять время и не запустить их песни в линниковский эфир, пусть и «на экспорт»!
Надо напомнить читателю, что перед Московской Олимпиадой «случилась странная пауза в генеральном деле закручивания гаек» (цитата из Василия Аксенова), и Radio Moscow World Service стала доступна в Москве, причем, на средних волнах, а программа Дмитрия Линника Moscow Medley, почти всегда содержащая записи «неофициальных» российских рок-групп, стала настоящим эфирным хитом.