Чтение онлайн

— Простите, что вмешиваюсь, но кто вы вообще такой? — Тор поднял глаза и взглянул на мужчину задавшего этот вопрос. По униформе и пятнам крови он понял, что это был врач, и что именно он оперировал его девочку.

— Я близкий друг Элен, — прохрипел он. — Скажите доктор, как она?

— Операция прошла нормально, и мы смогли остановить кровотечение, — проговорил доктор, внимательно разглядывая Тормента. — Но она потеряла много крови, и когда мы собрались сделать ей переливание, наше оборудование не смогло определить её группу крови, и в итоге ей перелили первую положительную, чтобы попасть наверняка.

В этот момент из дверей реанимации быстрым шагом вышла ещё доктор и, подойдя к ним, прошептала на ухо хирургу:

— Её тело отторгает кровь, у неё начались судороги и девушка впала в кому.

Для Тора не составило труда расслышать каждое слово, сказанное врачом.

— Что вы сказали? — он вскочил с дивана и бросился к врачам. — Повторите, Элен в коме?

И опять процесс с ответом затянулся, пока его рассматривали с головы до пят. И это начало уже порядком раздражать Тора. Наконец, после минутного осмотра, док ответила:

— Да, девушка сейчас без сознания, и её жизнеспособность поддерживает аппарат.

Дальше он не стал слушать.

— Я должен её увидеть, — и направился прямо к дверям реанимации, но ему тут же перегородили дорогу.

— Вам нельзя туда! — сказала женщина.

Он остановился, обжигая её гневным взглядом, и прорычал:

— Отойдите.

— А я сказала, что вы не войдёте в реанимацию в таком виде.

В каком ещё виде, — подумал Тормент и внимательно осмотрел себя. Он оделся, более или менее, по-человечески: куртка, джинсы и футболка.

— Давайте мне ваш чёртов халат и пустите к ней!

Доктор ещё раз злобно глянула на него, зашла в комнатку рядом с регистратурой и вернулась с халатом.

— Пожалуйста, только ведите себя тихо. Там есть ещё больные.

Тор выхватил у неё халат, стащил с себя куртку и накинул на плечи, поморщившись, когда тот затрещал в рукавах, и направился в палату.

Николь осталась в коридоре на диване и во все глаза смотрела на мужчину, который так рвался к её подруге, что она даже немного ей завидовала. Вот Алекс так себя не поведёт, он будет как истинный южанин — вежливым и культурным, и никогда не будет так к ней прорываться. Ещё раз вздохнув и посетовав на судьбу, она проводила мужчину взглядом, пока он не скрылся за дверьми.

Тормент тихо проскользнул в палату, не спуская глаз с Элен. Девушка лежала на больничной кровати, вся нашпигованная трубками, лицо такого же белого цвета, как наволочка, на которой покоилась её голова. Видеть её в таком состоянии было невыносимо. Он придвинул кресло и уселся рядом с её кроватью, держа Элен за руку и чувствуя её пульс. Это было лучше всяких приборов.

Тор не знал, сколько просидел в таком положении, думая о своей несчастливой судьбе. Вторая женщина, к которой он что-то чувствовал, была близка к смерти.

За что жизнь меня так наказывает?

Спрашивал он сам себя и не находил ответа. Из тягостных раздумий его отвлёк телефонный звонок, стараясь соблюдать тишину, он выпустил руку Элен и вышел из палаты.

Взглянув на дисплей, он увидел, что звонит Ви, Тор нажал «Принять».

— Алло.

— Ты где, брат? — голос Ви был взволнован.

— Там, куда я свалил этим вечером, в Новом Орлеане.

— Что? Ты на часы хоть смотришь? Или ты так увлекся примирением со своей красоткой, что потерял счёт времени? — Вишес хохотнул. — Такая аппетитная детка?

Это разозлило Тора, и он даже не заметил, что начал рычать.

— Эй, что с тобой? Я же шучу.

— Она потеряла ребёнка. — Резко отозвался Тормент. — А теперь в коме, — он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить нервы. — Так что не вижу ничего смешного в этом.

На том конце провода повисло молчание, а потом Вишес уже другим голосом проговорил:

— Извини, Тор. Я не хотел причинить тебе боль, просто был не в курсе о её состоянии.

Тормент сжал пальцами переносицу, закрыл глаза, медленно вдохнул и так же медленно выдохнул.

— Проехали, ты мне лучше подскажи, что сделать, чтоб она очнулась, я не могу смотреть на неё в таком состоянии.

Опять молчание. И потом Ви начал задавать вопросы по существу.

— Скажи, ты поил её своей кровью? — деловой тон, без намека на шутки.

— Нет, это же запрещено.

— Не заморачивайся, я должен был спросить. А её кровь ты пил?

Тор замялся, думая, что когда его нашли он не походил на голодающего вампира.

— Да, несколько раз.

— Понятно, — только и был ответ. За это он и любил Ви, что тот никогда не задавал лишних вопросов. И мог дать ответ почти в любой ситуации.

Тормент держал трубку возле уха и с ужасом ждал, что скажет брат. Наконец, Вишес проговорил:

— Брат, у тебя шансов пятьдесят на пятьдесят. Ты должен вернуться к девушке и взывать к её крови внутри себя, если она очнется, значит, очнется, а если нет, то я не берусь ответить, насколько затянется её кома.

Тор глубоко вздохнул.

— Спасибо, Ви. Я попробую.

— Не за что, пока. Крепись!

— Да, пока.

И Тор отключился и направился обратно в палату, готовясь вывести Элен из комы. Сев обратно в кресло, в котором провел последние восемь часов, Тормент закрыл глаза и начал долгий процесс зова крови, мысленно призывая Элен открыть глаза.

Элен чувствовала себя прекрасно, ей было спокойно и легко. Всё вокруг было нежных светлых тонов от белого до кремового. Она наслаждалась пением птиц, сидя на краю фонтана, и в какой-то момент почувствовала, что не одна и, подняв голову, увидела фигуру в черном.

— Приветствую тебя, дитя. Как ты оказалась здесь?

Почему-то она не опасалась этой женщины, несмотря на её черные одежды леди не внушала опасения, скорее наоборот.

— Я не знаю, просто шла и шла. И вот набрела на этот фонтан, — фигура подплыла ближе, и у Элен возникло навязчивое желание поклониться ей.

Что за чушь, ради чего мне кланяться ей?

Фигура покачала головой, и у девушки появилось твердое убеждение, что женщина улыбнулась, как будто прочитала мысли.

— Очень интересно… — её слова заставили Элен напрячься. — Ты здесь не случайно, но твое время ещё не пришло, и тебя ждёт мой воин.

Она подняла руку и прикоснулась ко лбу.

— Открой глаза, дитя моё.

Девушка распахнула глаза и тут же зажмурилась от яркого и резкого света больничной палаты.