Чтение онлайн

В такие моменты мне всегда хочется чего-то большего, неожиданного. Того, что сведет его с ума. И я снимаю его руку со своего бедра и протягиваю к своему рту, заглатывая и посасывая его указательный палец. Глаза Нейта расширяются от удивления, и я чувствую, как он взрывается внутри меня. Тело мужа содрогается, полностью заполняя меня спермой, а пальцы впиваются в кожу, оставляя следы.

Внутри, где-то в груди, все падает и разбивается о скалы моего не родившегося оргазма. Я готова разрыдаться от обиды. Я чувствую себя будто использованной, обида охватывает меня с головой.

А как же я? Где мое наслаждение? Где мои головокружение и потеря сознания? Я даже еще не начала испытывать настоящий будоражащий кайф.

– Малышка, это было просто охринительно, – улыбаясь, шепчет Нейтон, – ты все?

Я все? Как я могу быть все? Я не могу кончить за пять минут секса, я даже не успела поймать свою волну экстаза. Мой поезд наслаждения был так близко, но ушел с противоположного пирона, просто подразнив своим присутствием.

– Нет, – отрубаю я, слезая с мужа, и быстро иду в ванну, несмотря на гудение забинтованных ног, пока густая липкая жидкость стекает по моим бедрам.

Самое отвратительное ощущение – возбудиться до предела, но не получить желаемого. Это будто бежать марафон первым, но за секунду до финиша тебя обгоняет соперник и вот ты уже не победитель. Всякий раз, когда Нейтон возбуждает меня, я забываю, почему до этого отказывала ему в сексе. Но всякий раз, когда секс происходит – я все вспоминаю. Мой муж любит и хочет меня настолько сильно, что наслаждение не длится долго. Каждый раз я для него – запретный плод, который он может вкусить. Каждый раз я для него – добыча, которую он поймал. Каждый раз, как наш с ним первый раз вместе. Очень волнительно, горячо, но слишком быстро. Я не успеваю насладиться, не успеваю получить удовольствие. Я уже давно забыла, какого это, когда чувствуешь, как внутренние мышцы сжимают его член в экстазе и конвульсиях. Расслабиться я могу только в душе, или в постели, когда остаюсь дома одна. Только так я могу кончить и снять напряжение. И я вспомнила, почему отказываю своему мужу в сексе – после я чувствую еще больший стресс и раздражительность. Хожу оставшийся день нервная, враждебная и язвлю окружающим. Мой муж может удовлетворить меня, но его не хватает, он быстро выдыхается, устает. А я хочу экспрессии, огня, я хочу оказаться на пепелище.

Помню свой восьмой день воздержания, когда Нейтон уехал в командировку в Нью-Йорк. Мы так были заняты работой до его отъезда, что уже неделю просто добирались вечером до постели и отключались без чувств. А сейчас он вовсе уехал, и я чувствовала сильное напряжение, мне просто была необходима сильная сексуальная разрядка. Просто сбросить с себя все оковы в поглощении мощнейшего экстаза. Секс мне снился. Я думала о нем, пока сидела на совещании, пока ездила на интервью. Каждого встречного, и даже девушек, я раздевала глазами и в мыслях воплощала все пошлости, что только приходили на ум. Возбуждали запахи, движения, слова, интонации, во всех фразах я видела намеки.

И вот в очередной раз я сижу на видеоконференции по обмену опытом с коллегами из Лос-Анджелеса, рядом Джереми и Лукас, тема – психологическое воздействие журналистики на общественность. И пока Лукас рассказывает о формировании позитивного и негативного фона у общественной аудитории, я смотрю на него. Мы всегда недолюбливали друг друга. Он меня за то, что Джер любил меня как дочь и приближал к себе, а я его просто за то, что он не любил меня и его глупые детские обиды. Но сейчас он сидит рядом со мной, я чувствую запах его парфюма, улавливаю движения рук и понимаю, как сильно намокли мои трусики от возбуждения. Я представляла, как он раздевает меня своими большими грубыми руками, сдирает с меня блузку и задирает юбку, забираясь рукой в нижнее белье. Я была готова отдаться ему прямо на этом столе в прямом эфире и пусть все бы смотрели, как он отдерет меня, удерживая за волосы. Мысли потоком врывались в разум, перещелкивая картинки в голове. А вот в своем сознании, будто наяву, я делаю вид, что у меня падает ручка и спускаюсь под стол, расстёгиваю его ширинку, а потом начинаю облизывать головку его члена, пока он сидит в оцепенении перед толпой народа по видеосвязи. Мой воспаленный мозг рисует множество непристойных картин, я отключаюсь от реальности, ловлю головокружение и темноту в глазах, сжимаю бедра и чувствую, как сокращается моя вульва. Я кончила от одной мысли о том, что меня трахает бизнес-партнер шефа, которого я абсолютно не перевариваю.

Я отгоняю мысли о возбуждении прочь, охлаждая себя прохладной водой в душе. Нужно успокоиться, чтобы не чувствовать еще более сильное отторжение к любимому мужу. Моя сексуальная активность с каждым разом растет и не находит своего выхода, оставаясь подавленной моим разумом. Нейтон всю неделю возился с проектом, я не могу его винить в пятиминутном сексе. Тем более что уже несколько дней, я постоянно нахожу отговорки и причины избегать с ним близости. Нужно просто расслабиться, глубоко подышать и успокоиться. Мы должны просто продолжить наше веселье. Нам нужен еще раз, второй раз.

«В следующий раз будет дольше», – говорю я себе, зная, что это ложь. Нашего «дольше» не случалось уже больше полутора года.

После душа я направляюсь в гостиную, едва прикрытая коротким полотенцем, готовая сбросить его и впиться в мужа, чтобы получить желаемое. Мои мечты разбиваются о реальность, когда я вижу, что Нейт мирно похрапывает на диване, накрывшись пледом. Я смотрю на него, стоя посередине комнаты, в отчаянии опускаются руки, полотенце падает на пол, полностью оголяя все мое тело, и я тихо глотаю свои слезы обиды, щекочущие мои щеки.

В середине недели Портленд выглядит оживленным как никогда, люди и машины мелькают в окне такси, на котором я еду в офис, чтобы забрать свои вещи и машину. Ноги все еще болят, но раны уже не кровоточат и, несмотря на болезненность каждого шага, я еду подальше от дома, чтобы не свихнуться от отчаяния, которое охватило меня там, в гостиной. Быстро покидав все самое нужное в сумку, нацепив на себя неброскую одежду из разряда «можно надеть, потому что не надо гладить», очки, чтобы скрыть припухлость глаз, еду в такси на Дивижен стрит для полнейшего погружения в работу.

Сердце разрывает печаль и обида. Хочется забыться где-нибудь вдали от всех событий, происходящих в моей жизни. В окне автомобиля мелькают дома и люди, а я погружаюсь очень глубоко в себя, в свои мысли. Как я обычно делаю, чтобы уйти от реальности. Чтобы стало легче.

Сегодня и всегда, внутри меня есть демон. Она – это я, одно лицо. Только лишь глаза цвета бездны и уверенный надменный взгляд с расслабленной мимикой.

Моя демоница всегда со мной, в любых ситуациях. Только иногда, когда она говорит со мной, я стараюсь ее игнорировать и поступать правильно. Поступать так, как нужно, а не так, как я хочу.

Так происходит и сейчас. Я вспоминаю этот момент, который произошел получасом ранее. Как падает мое сердце куда-то к ногам от отчаяния, когда я вижу, что мой муж повернулся спиной и уже находится в сонном забытье. Его нога дернулась пару раз, когда он погружался в глубокую дремоту.

А я хочу исчезнуть.

Снова этот замкнутый круг, снова одно и тоже, снова я на все закрываю глаза.

Но она уже здесь. Моя прекрасная демоница. Прекрасная уверенная в себе женщина. Она грациозно подходит к моей душе, пока я полностью раздавленная еду в такси подальше о дома. Она выглядит, как я в моих самых лучших снах и мечтах. Обнимает меня, раз за разом, ласково целуя в висок. Заправляет прядь моих волос за ухо и, наслаждено улыбаясь, прикасается своим носом к моей щеке. Она знает, что сегодня я ее не прогоню.

В голове после неудовлетворенности возникает поток мыслей, которых не должно быть. Я представляю, как еду сейчас в другой город, а не на работу. К друзьям, которых у меня там никогда не было, к людям, которых никогда не знала. Мы так рады долгожданной встрече, обнимаемся. Но я веселая лишь снаружи, внутри я сожжена, я хочу забыться. Вечером мы собираемся и идём с ними в какой-то клуб. Я совсем не люблю клубы, но сегодня хочется раствориться в дыме, хочется отключить разум и просто танцевать всю ночь напролёт. Я готова уехать в другой город, чтобы совершить ошибку, чтобы закрыть зияющую в груди дыру минутным наслаждением.