Чтение онлайн

"Марек, мы ошиблись, оба варианта никуда не годятся, - это был голос его отца!
– Мы ни под каким видом не имеем права путешествовать во времени. Рафал раздвоился, как одно из мест, и тот, другой, хочет это сделать. Я вижу моего сына. Только вы вдвоем можете это исправить, однако направляй его постепенно. Привлеки к делу также Рогочки. Прощай"

Уставившись в одну точку на стене, Збышек чутко фиксировал малейшие звуки. На пленке было записано чье-то тяжелое дыхание. Потом послышался иной голос, молодой и на пару тонов выше.

"Моя фамилия Рогочки. Я получил повестку. Думаю, разговор будет о случае с лифтом"

Трачук выключил пленку и откинулся на спинку кресла, явно чего-то ожидая. Прошла секунда - и Збышек пришел в себя. Он вдруг понял значение последних слов.

Запись была сделана уже после несчастья, после смерти отца. Но откуда же тогда взялся его голос? Пленка подделана? Вполне возможно. А для чего?

– Кто это говорил?
– наконец выдавил он из себя.- Там, в самом начале.

– Кто? Хороший вопрос, - Трачук соединил кончики пальцев.
– Твой отец устами Рогочки.

– Однако, - Збышек не удержался от весьма просто сравнения.- Человек не магнитофон, на него нельзя ничего записать.

– Обычно, - Трачук в первый раз улыбнулся от души.
– А еще, как правило, люди не способны двигать предметы силой воли. Вот только Ян Оршевский не был обычным человеком.

Он открыл ящик стола, как оказалось, игравший роль бара, налил рюмочки и поставил их перед собой. Потянувшись за ближайшей, Збышек четко осознал, что становится алкоголиком. Рука сама решила все за него и взяла рюмочку. Видимо, на его лице что-то отразилось, поскольку Трачук сунул бутылку обратно в ящик и закрыл его.

– Вы говорили, что, когда лифт падал, мой отец с помощью гипноза или чего-то подобного...

Збышек замолчал, вспомнив телефонный звонок Малички. Тот так же слышал голос отца.

– Происшествие с лифтом не было случайностью, - Трачук потер набрякшие веки.
– Ян спланировал все до мелочей. Посвятил жизнь, чтобы узнать будущее.

– Какое будущее?

– Наше, людей. Однако, подожди. Давай я расскажу тебе все с самого начала.

Збышек с трудом не поддался искушению задать еще несколько вопросов.

– Сначала была пещера, - подсказал он приятелю отца.

Глаза его собеседника вдруг слегка заблестели.

– Да. Нас было трое: твой отец, свежеиспеченный адвокат Рольняк и я. Рафал, самый из нас изобретательный, раздобыл "газик", и мы доехали до форта возле Сьешева перед самым полуднем. Была весна, и погода стояла теплая. Ян рассказывал о чудесах, которые ждут нас в пещере. Даже Рафал выглядел взволнованным, - лицо Трачука вдруг слегка изменилось, на него словно легла тень прошлого.
– Думаю, твой папа не до конца осознавал, зачем нас берет с собой, наверняка ему это подсказала интуиция.

Полированная мебель источала терпкий запах, от которого слегка кружилась голова.

– В те времена термин "паранормальные явления" еще не существовал, но у каждого из нас был свой дар. Твой отец мог передвигать предметы, Рафал обладал очень сильной интуицией, а я - тут он сел поудобнее в кресле, чувствую эмоции, разные флюиды, могу определить их причины.

– Эмпатия, - Збышек кашлянул и покрутил пустую рюмочку.
– Вот как это называется.

– Может быть. Важнее, что благодаря этому мы открыли то место. Подземелья форта представляют из себя огромный лабиринт, в нем полно натуральных гротов, хорошо укрытых коридоров и залов. Шансов найти пещеру случайно нет никаких. На счастье, я чувствовал ее эманации, - он махнул рукой.
– Впрочем, обойдемся без подробностей.

Трачук выпил и отер рот тыльной стороной ладони. Где-то за стеной зазвонил телефон, из-за окна слышался шум проезжающего трамвая.

– Неужели увидели будущее?

– И да, и нет, - Трачук стал пальцем рисовать на крышке стола круги. Представь себе, что видишь сцены из будущего, только они являются какими-то обрывками. Улица с мигающими машинами, чья-то пустая комната, фрагмент пейзажа. Нужна редкая удача, для того чтобы увидеть нечто интересное, а особенно то, что потом можно проверить.

– Было нечто такое?

Смех Трачука напоминал скрип битого стекла.

– Рафалу, прохвосту, всегда везло. Он увидел загаженный двор, с газетами в мусорном ящике. На первой странице газеты была фотография огромной толпы перед дворцом Культуры и Науки, ну и фамилия оратора.

– Гомулка.
– одними губами произнес Збышек.

– Год спустя мы это могли увидеть собственными глазами.

– И тогда поверили?

– Не только, - Трачук взглянул на гостя исподлобья.
– Трудно это объяснить, но мы были уверены, что столкнулись с чем-то непонятным. Сначала видишь большие, висящие в воздухе, сотворенные из лазурного света ворота, а когда их проходишь, слышишь музыку.

– Какую музыку?

– Каждый раз что-то...
– он не мог найти слов.
– Что-то, попадающее в голову и остающееся с тобой на всю жизнь.

Збышек остановил взгляд на губах мужчины.

– Видишь ли, мы тогда точно уверились, что наш мир предопределен, и мы можем только играть предназначенные нам роли. На нас это подействовало по-разному. Рафал, практик, стал прикидывать, как можно это обратить в свою пользу. Как-то он не заметил, что при полной предопределенности он с таким же успехом мог бы лечь на бок. Я... После визита в пещеру не смог жить своей головой. Мне нужно было на что-то опереться, и я после института пошел работать в МВД. Это огромная система, где каждый должен быть на своем месте. Обретя безопасность и внутренний покой, я заплатил за это тем, что в ней растворился. Впрочем, это прошло...

– А папа?

– Ты его знаешь. Он не мог смириться с детерминизмом, с предопределенностью. Он стал искать иные толкования. Что-то похожее на "тени" Платона: многовариантное будущее, еще не вполне затвердевшее, прежде чем наши поступки приобретут окончательный вид. Глядя в будущее, можно увидеть один вариант, а в следующий раз - другой.

В мимике Трачука Збышек вдруг заметил нечто похожее на отца.
– Почему вы не пошли туда еще раз? Прежде чем русские захватили форт. За новыми фактами. Тогда можно было подождать и посмотреть, все ли они сбудутся.

– Ты ведь читал: пещера, открываясь в будущее, теряет энергию. Наш один единственный визит вычерпал ее до дна. Мы убедились в этом спустя неделю. Не знаю, почему. Может быть, мы так расплатились за наши способности.

– А позднее? Сколько времени нужно, чтобы она зарядилась?

– Сначала мы этого не ведали. Факт, боялись, что она попадет в грязные руки. Однако десять лет тому назад Ян узнал, когда она снова начнет действовать, - он кивнул в сторону висевшего на стене календаря.
– И поэтому у нас сейчас возникли проблемы. Это произойдет десятого, утром.