Воспоминания о прозелите
Шрифт:
Однозначного ответа на эти вопросы у меня нет. Предлагаю читателям самим поразмыслить над этим. Я же хочу начать повествование об одной из уникальных йешив на территории бывшего Советского Союза. Йешива – ивритское слово, обозначающее в данном контексте еврейское религиозное учебное заведение, где изучают Письменную и Устную Тору. В классических йешивах изучается главным образом Талмуд, который считается основной частью Устной Торы. Йешивой, о которой я рассказываю, руководил прозелит – Ицхак Митин.
Глава 1. Бейт-мидраш, или В начале был Йеуда
Соблюдать заповеди я начал примерно за полгода до того, как узнал о существовании йешивы в своём родном городе. Узнал я о ней на еврейском религиозном семинаре, который проходил зимой в конце восьмидесятых – начале девяностых годов ХХ века. Семинар был организован не очень далеко от нашего города (по советским масштабам) – в Виршужиглисе, недалеко от Каунаса. Лекторы этого семинара дали мне номер телефона. Вернувшись домой, я безуспешно пытался по нему дозвониться.
В тот период я ходил в синангогу каждую субботу. И однажды Саша Г., с которым я там познакомился, привёл меня в долгожданную йешиву, которая называлась Бейт-мидраш (на иврите это означает «Дом учения»; место, предназначенное для изучения Торы). Бейт-мидраш находился на улице Свободы (Бривибас), неподалеку от большой церкви. Как я узнал впоследствии, это место пребывания было для него уже вторым по счёту – с первого Бейт-мидраш уже успел переехать.
Когда нам открыли дверь, я затаил дыхание. Перед нами стоял высокий молодой человек – Йеуда К., который сразу же произвёл на меня благоприятное впечатление. От него веяло ненаигранной серьёзностью. Я понял, что это было именно то место, которое искал: здесь я смогу научиться правильному соблюдению заповедей.
Первое впечатление меня не обмануло: в Бейт-мидраше царила серьезная атмосфера, там не занимались никакими посторонними разговорами – только изучали Тору. Йеуда давал каждый день урок по Мишне (трактат Кодшим с комментариями Кеати). Мишна – часть Устной Торы, в которой конспективно изложены все законы по исполнению заповедей; в трактате Кодшим изложены законы жертвоприношений. Был также, насколько я помню, и урок по Хумашу (Пятикнижие Моисеево) с комментариями Раши (Рабейну Шломо Ицхаки, выдающегося классического комментатора Талмуда и Танаха). Но, возможно, в тот период был только урок по Хумашу, а урок по Мишне Кодшим был введен несколько позже – этих деталей я теперь уже не помню.
Мне очень понравился способ ведения уроков: Йеуда никогда не «вещал» самоуверенно и с умным видом, как это делали русскоязычные лекторы на семинаре. Он просто разбирался в написанном вместе с нами. Йеуда ясно, рассудительно и не спеша отвечал на вопросы, и не стеснялся сказать, что не знает, когда не мог ответить на какой-либо вопрос или что-то объяснить.
Помнится, в самый первый же день мне дали новый малый талит с цицит (особая четырехугольная одежда евреев, на углах которой, по религиозным законам, привязывают специальные пучки нитей – цицит или цициёт). Я был этому очень рад. У меня даже сохранилась фотография, запечатлевшая этот знаменательный момент: я стою посередине Бейт-мидраша, надев талит с цицит поверх прочей одежды. А через некоторое время, после возвращения из Москвы, где мне сделали брит-милу (обрезание), мне под расписку одолжили тфиллин (филактерии). Налагать тфиллин – одна из важнейших заповедей для еврея. Сбылась моя мечта, которой я «горел» уже долгое время.
Ученики Бейт-мидраша привязывают нити цицит к талиту
На уроке присутствовало всего несколько человек: мой ровесник Саша Г., двое женатых – Артур Ш. и Миша И., а также юный Сендер Л. Кажется, в тот период больше никого из постоянных посетителей Бейт-мидраша не было. После урока начинались индивидуальные занятия в хеврутах. Хеврута – слово арамейского языка, в данном случае означает напарника по учёбе. Каждый преподавал своему товарищу то, что хорошо знал. Саша Г. преподавал мне в хевруте Гемару, перек «Элу Мециот» (глава Талмуда, в которой изложены законы о возвращении пропаж владельцам). Сендер Л. – Мишну, масехет (раздел) «Шабат» с иллюстрациями. Артур Ш. через некоторое время стал преподавать мне иврит. В принципе, разговорный иврит я уже тогда знал неплохо. Но иврит, который преподавали в Бейт-мидраше – это нечто совсем другое, и на этом стоит остановиться отдельно.
Йеуда – большой знаток иврита. Еще в Советском Союзе он «заболел» ивритом и освоил его буквально «изнутри», поняв Божественную сущность этого языка. Йеуда знает точно и досконально, по каким правилам меняются огласовки, чередуются согласные и так далее. Но что более удивительно – он знает все исключения из правил. Его очень коробило, когда при нём говорили на упрощённом и искажённом иврите, который принят сегодня в Израиле. Однако самое удивительное он показал нам впоследствии, когда продемонстрировал, как ивритские корни «переходят» один в другой. Когда меняется одна согласная в корне слова, его значение плавно переходит в другое, сохраняя, однако, смысловую связь с предыдущим корнем. Можно продолжать эту «ленту» бесконечно и в разные стороны. Таким образом, удаётся наглядно показать, что все ивритские корни гармонично связаны друг с другом, и представляют собой единое целое. Воистину Божественный язык! Этому не учат в ульпанах (на курсах по изучению иврита), потому что тамошние преподаватели даже краем уха не слышали о подобном.
Так вот: всему, что преподавали Саша, Артур и Сендер, их обучил Йеуда. Для каждого человека расписание было составлено таким образом, чтобы в течение всего времени, которое он находится в Бейт-мидраше, он либо обучал, либо был обучаем. Таким образом, все друг другу что-то преподавали: Мишну, Гемару и иврит по системе Йеуды. Кроме вышеперечисленных «основных» предметов, Йеуда учил со мной «Законы Раскаяния» Рамбама, а также, если мне память не изменяет, проходил с другими, – но не со мной, – «Кицур Шулхан Арух» («Кицур Шулхан Арух» – краткий свод еврейских религиозных законов; автор книги – раввин Шломо Ганцфрид).
Бывали и непостоянные посетители Бейт-мидраша: например, ровесник Сендера Л. – Гершон П., один патологоанатом, полусумасшедший Эмиль и другие. О некоторых из них речь пойдет ниже. Бывали также и те, кто посещал Бейт-мидраш в течение лишь некоторого, довольно короткого времени; с ними занимались, а потом они исчезали. Некоторых из них я запомнил. Например, Зайцева – парня примерно моего возраста, или Фейгина – интеллигентного мужчину постарше, знатока нескольких языков (он был знакомым Ицхака – руководителя йешивы). Мне было поручено заниматься с Фейгиным и пытаться его «охмурять». Я добросовестно старался выполнять свою миссию. Помню, что учил с ним молитву «Шмонэ Эсрэ» 1 – одну из основных еврейских молитв, разбирая её перевод и смысл. Через некоторое время Фейгин исчез, и однажды в беседе со мной Ицхак сокрушался: мы ему дали тфиллин, а он их ни разу не надел! Я не знал, что Фейгину выдали тфиллин, и до сих пор никак не могу понять: зачем человеку, пока ещё практически не соблюдающему никаких заповедей, нужно было тфиллин выдавать?
1
«Шмонэ Эсрэ» в буквальном переводе с иврита – «Восемнадцать благословений».
* * *
Между строчек твоего письма я понял мысль об острой необходимости раввинского решения в горьком вопросе, который, как молот, бьёт по [жизненному] пространству нашего лагеря [то есть еврейского народа], а именно, в вопросе страшной ассимиляции, происходящей в результате брачных связей с нееврейками и их принятия в лоно еврейского народа [то есть в ассимлиляции, происходящей в результате их прозелитации], когда, по прошествии времени [после их «женитьбы» на евреях], они просят у раввинского суда, чтобы раввинский суд произвел над ними и над их отпрысками гиюр [акт перехода в иудаизм], и, благодаря гиюру, им будет разрешено выйти замуж за своих «мужей» [по еврейскому Закону], и это, на самом деле, и является главной причиной их желания пройти гиюр – чтобы и далее продолжить сожительствовать со своими мужьями – теперь уже с «печатью кашерности» – «по еврейскому Закону» и «согласно религии Моисея и народа Израиля», или – точнее – [они желают пройти гиюр], в большинстве случаев, по настоянию их мужей, которые хотят быть – по выражению Рамбана в главе «Кдошим» – «подонками с позволения Торы». <…>
И ещё я услышал в твоих словах крик о [помощи], издаваемый еврейскими дочерьми, скромные из которых [вынуждены] оставаться одинокими, пока не поседеют, из-за того, что не могут найти еврейского парня, который на них женится; а развратные из которых [по той же причине] из легкомыслия попадают в сети неевреев [то есть выходят замуж за неевреев ввиду того, что никакой еврейский парень не хочет на них жениться]. Горе еврейским парням, попробовавшим вкус греха и идущим за своими глазами, чтобы развратничать с сыновьями [с дочерями] необрезанных [неевреев] и рождать от них детей, которые не считаются [на самом деле] детьми евреев, и в которых нельзя верить. Пути этих евреев [женившихся на нееврейках] – пути смерти, и собственными руками они выносят себе страшный приговор – плестись за дочерьми чужого народа – возлегать с ними в этом мире и быть с ними в мире будущем – в яме уничтожения [то есть в аду]. <…>
О подобной ситуации, в которой еврей женился на нееврейке, и у них родились дети, и захотел еврей, чтобы она и дети прошли гиюр, чтобы он мог на ней жениться по еврейскому Закону, говорит в книге респонсов «Шоэль-у-Мешив» (2-е изд., ч. 3, гл. 39), и он постановил запретить [это], [согласно тому], как слышится из Талмуда в разделе Йевамот (лист 24) и из Тосефты, где сказано, что [даже если она уже прошла гиюр], запрещено ему на ней жениться, даже [в той ситуации, когда достоверно известно], что он с ней сожительствовал, – чтобы не пошла молва, что ради него [то есть ради того, чтобы выйти замуж за еврея] она прошла гиюр.
Рав Элиэзер Йеуда Вальденберг, один их крупнейших современных законоучителей. Книга «Циц Элиэзер», т. 5, гл. 15
Глава 2. «Евреи, евреи, вокруг одни евреи»
Быть женатым на нееврейке считается в иудаизме одним из самых тяжёлых грехов. Дети, рожденные евреем от нееврейки, считаются, согласно еврейскому Закону, стопроцентными неевреями. И поэтому, женившись на нееврейке, еврей начинает участвовать, со своей стороны, в процессе «бескровного геноцида» собственного народа – способствуя его вымиранию. Ввиду этого, не только с точки зрения еврейского Божественного закона, но и с чисто человеческой позиции автор считает евреев, женатых на нееврейках, предателями своего народа и заслуживающими всяческого порицания. Подобный подход и является причиной резко-уничижительных выражений, которые автор на протяжении всего повествования употребляет в их адрес. Как читатель может убедиться, автор полагает себя далёким от расизма; он с нескрываемым уважением и огромным пиететом относится к праведным неевреям, а презрительные выражения, вроде «гоюха» (просторечное русское производное от ивритского слова «гоя» – нееврейка) и тому подобные автор применяет только в отношении тех неевреек, которые замужем за евреями, ибо таким образом эти женщины соучаствуют в грехе еврейских мужчин, который считается худшей формой разврата.