Чтение онлайн

– Опять закудахтала? А я-то, грешным делом, подумал, что смирилась с тем, что я с тобой сейчас буду делать. Трахну тебя по-человечески, пока твой благоверный мотается по Европам и развлекается с девками. Глядишь, и забудешь про эту штукенцию.

При этих словах Андронов воинственно помахал искусственным фаллосом.

– Ну и сволочь же ты, Коля! – вновь взвилась женщина и внезапно зарыдала в голос. – Что я тебе такого сделала? И это в благодарность за то, что я уговорила мужа взять тебя на работу?!

Эльза вскочила с постели. Просвечивающей сквозь легкую, прозрачную ткань ночнушки фигуре женщины вполне могли бы позавидовать иные фотомодели.

– Бог мой, какой же дурак твой муж! Изменять такой женщине!.. – невольно воскликнул Николай. Что-то в нем екнуло и отозвалось нестерпимым сексуальным влечением.

Вскочив вслед за женщиной с кровати, он резким движением руки разодрал ночнушку и стал покрывать ее тело страстными поцелуями. В неистовстве момента Николай стал кусать ее плечи и соски. Затем, окончательно потеряв контроль над собой, грубо повалил Эльзу на кровать и с силой раздвинул ей ноги.

Вот оно, сейчас свершится!

– Получай, подонок, предатель, извращенец!.. – ледяным голосом, спокойно, даже деловито сказала женщина и решительно ткнула предмет, похожий на мобильник, который все это время держала в руке, к бедру навалившегося на нее всем телом мужика.

Острый, обжигающий удар отбросил Андронова на край постели. В следующее мгновение еще три мощных электрических разряда поразили тело насильника, напрочь сковав мышцы. Николай в беспамятстве скатился с кровати на ковер.

Когда, наконец, он пришел в себя, за окном уже светало. Голова, руки, ноги болели нещадно. Оглядевшись, Андронов понял, что все еще лежит полуголым в чужой спальне. Неожиданно на фоне окна он разглядел бывшую жену, сидевшую в кресле возле маленького торшерного столика, закинув ногу на ногу. Она была уже при полном параде – в роскошном брючном костюмчике бежевого цвета, причесана и намакияжена.

– Очухался, мачо недоделанный?! Герой-любовник?! Получил по заслугам, извращенец?! В следующий раз будешь умнее. Хорошо еще, что я не ткнула этой «игрушкой» в твои гениталии, – ироничным, но вполне миролюбивым тоном заговорила Эльза. – Должна сказать тебе, что этот электрошокер хоть маленький, да удаленький. Самый мощный в мире…

– Да знаю я, что это за штучка! – явно обиженным тоном пробурчал Андронов, пытаясь встать с ковра. – Будь у меня больное сердце, ты ж могла меня убить, дура!

– У таких жлобов, как ты, сердца вообще нет. Так что я ничем не рисковала, – рассмеялась Эльза, явно испытывая особое удовольствие при виде поверженного мучителя. – Ну, довольно, Коленька, приехали! Давай, поднимайся. Уже почти десять утра. Тебе, наверное, надо на работу…

«И верно», – подумал Андронов. Следовало бы поторопиться, дабы поспеть в агентство хотя бы к одиннадцати. Но тело не слушалось, будто было из желатина.

– Пока ты тут кувыркаешься, Коленька, я хочу с тобой серьезно поговорить… – закурив тонкую дамскую сигарету, тоном, не терпящим возражений, произнесла Эльза. – Вернее, сделать тебе выгодное предложение, от которого ты не сможешь отказаться! Мы ведь вполне можем стать с тобой союзниками. При определенных обстоятельствах, конечно.

Мало что соображая, Андронов медленно поднялся с пола и, пошатываясь, направился к стулу, на спинке которого висели его рубашка и брюки. Настроение было не просто прескверным. Николаю было безумно стыдно – то ли перед Эльзой, то ли перед самим собой – за то, что так позорно проиграл «постельное сражение».

Мерзкое состояние души и тела незамедлительно переросло в очередной приступ агрессии. Конвульсивными движениями застегивая штаны, он вновь разразился злобной тирадой.

– Какими, мать твою, союзниками?! Ты, Эльзочка, шлюха по определению! Ради этой сраной роскоши ты бросила меня на произвол судьбы в самый трудный момент жизни. А быть шлюхой в душе – это гораздо хуже, нежели торговать телом. И знаешь, почему? Потому что девицы с Тверской делают это из-за крайней нужды. А ты? Ты из-за чего?

– За что ты унижаешь меня, Коленька?! Я тебя не предавала… Я от тебя не ушла, а убежала!.. И к этому вынудил меня не Игорь, а именно ты, сволочь такая! – Эльза снова заплакала. – Или ты забыл, что вытворял, когда напивался до чертиков? А ведь когда мы поженились, я действительно без памяти была влюблена в тебя! Красивый, статный, мужественный боец невидимого фронта. В моих глазах ты был Штирлицем…

– Да неужели?! – Андронов злорадно хихикнул.

– Я очень хотела заиметь от тебя ребенка, но ты был против. И что в итоге? Моя жизнь превратилась в сущий ад.

Андронов слушал бывшую супругу, и в памяти, словно в туманной дымке, воскрешались события, о которых вспоминала Эльза. Но угрызений совести он почему-то не испытывал.

– Так, Эльзочка, хватит сентиментальных ля-ля!.. – нахмурившись и тоже схватив сигарету, произнес Андронов. – Давай лучше выкладывай, какое у тебя ко мне предложение насчет союзничества.

– Нет, Андронов, наш разговор на эту тему придется отложить до вечера. Вопрос уж очень серьезный. А у меня нет сейчас времени. Опаздываю на лекцию. – Эльза мельком взглянула на золотые швейцарские часики. – Да и ты, как я понимаю, тоже в цейтноте.

– Особенно после твоего шокера…

Эльза уже стояла перед зеркалом и подправляла напоследок прическу. Она вдруг резко обернулась:

– Послушай, Андронов, раз уж ты здесь, то выполни одну мою просьбу в качестве аванса нашего будущего сотрудничества. Тут у нас в гостевом флигеле с недавних пор объявилась новая прислуга. Ну, о-очень симпатичная девушка! Зовут ее Леля. Лелечка. Так ты к ней присмотрись, пожалуйста! А еще лучше сблизься. Позже я все тебе объясню. Ну, теперь я побежала, извращенец!

С этими словами хозяйка, весело рассмеявшись, захлопнула за собой массивную дубовую дверь спальни. Андронов остался один. Первым его желанием было снова раздеться и нырнуть под одеяло.

– Дедучка! Дедучка! Давай вставай. Скорее! Там Аська умирает!

Было уже около полуночи, когда, обливаясь слезами, в спальню Бессмертнова с громкими воплями вбежал запыхавшийся пятилетний внук Андрюшка. Шлепая по фигурному паркету босыми ножками, в своей любимой цветастой пижаме, он бросился на шею деду.