Чтение онлайн

После этого известия за столом возникло некоторое оживление, и полковник, воспользовавшись этим неожиданным перерывом, еще раз пригубил бокал. Однако, когда донце бокала звякнуло о мраморную крышку стола, все уже успокоились и выжидательно смотрели на Дугласа, ожидая продолжения.

— После чего его следы теряются почти на два стандартных года, до того момента, когда он оказал серьезную услугу мистеру Розенфельду на борту лайнера «Эйбур». Однако, судя по тому, что после встречи с мистером Розенфельдом он появился на Варанге и устроил там что-то вроде революции, можно предположить, что хотя бы часть этого времени он провел на Варанге. — Полковник умолк, слегка развел руки в стороны, словно показывая этим, что конец близок, и заговорил быстрее, словно спеша закончить: — Вот в общем-то и все. Разве что стоит добавить, что мистер Корн, как он предпочитает теперь называть себя, владеет боевым кораблем, построенным на верфях Тер-Авиньона незадолго до его падения. Причем оплата заказа была осуществлена с номерного счета вашего банка, мистер Розенфельд. И насколько нам удалось установить, владелец этого счета имеет недвижимость на Таире и в некоторых других мирах, а также около десяти лет назад купил несколько тонн золота в слитках, которое загружено на его личную яхту, приписанную к порту Нового Магдебурга. Его имя Иглисс Эйхайя, и он частенько оказывал мадам Свамбе-Никатке конфиденциальные услуги. Судя по тому, что Иглисс Эйхайя пропал где-то в районе Рудоноя во время катастрофы, произошедшей на этой планете, я думаю, мистер Корн в этот момент обретался где-то поблизости и сумел воспользоваться случаем. А поскольку мистер Эйхайя, по моим сведениям, не является гражданином Содружества Американской Конституции и не имеет зафиксированных наследников, являющихся гражданами вышеупомянутого Содружества, а вступление во владение произошло явно не на территории, находящейся под юрисдикцией какого-либо из государств Содружества или государств, связанных с ним договором о правовой помощи, подобная предприимчивость с нашей стороны может вызывать только уважение.

Когда полковник окончательно умолк, за столом снова установилась тишина, нарушенная вскоре негромким голосом Президента:

— Ну что ж, способности молодого человека не могут не впечатлять.

— Не совсем так, — усмехнулся мистер Дуглас и, поймав недоуменный взгляд Президента, пояснил: — Он ВЫГЛЯДИТ довольно молодо. Но мне не удалось установить ни места, откуда он прибыл на Симарон, ни его происхождения. И, должен признаться, это первый подобный случай в моей практике. Во всяком случае, у меня есть веские основания считать, что он намного старше, чем кажется.

Это заявление было также встречено молчанием.

— Но он на нашей стороне? — не выдержала Симона Толнсмен. Дуглас задумчиво оттопырил губу:

— Я бы сказал так — он нам не враг, но насколько он будет нам другом… Не знаю. В этот момент раздался голос генерала:

— А стоит ли тогда вообще иметь с ним дело? Ненадежный союзник хуже, чем…: Но его перебил Бьерн Григ:

— Ивернери, оставьте ваши военные формулировки.

— В бизнесе и политике, в отличие от поля боя, НЕ БЫВАЕТ надежных союзников. Даже мы сами не во всем откровенны друг с другом, разве не так?

— И он с насмешкой уставился в глаза генерала. Тот смущенно отвел взгляд.

Ив, хотя он и чувствовал себя так, будто с него содрали кожу при всем честном народе, в какой-то мере наслаждался беседой. Эти люди блестяще владели искусством недомолвок, намеков и будто случайно брошенных фраз, каковое он только начал осваивать, каждое произнесенное за столом слово имело тайный смысл, порой и не один. Он оценил и то, что о нем говорят в его присутствии. Это было сделано специально, чтобы подчеркнуть, НАСКОЛЬКО они заинтересованы в нем. Но больше всего его восхитила работа полковника Дугласа.

За столом снова установилась тишина. Все повернулись к Иву. Несколько мгновений продолжалась своего рода дуэль взглядов, потом Президент фыркнул и, тряхнув головой, спросил:

— Так что же вы нам ответите, молодой человек?

Ив не мог не восхититься умением этих людей задать так много вопросов, в сущности не задав ни одного. Он почтительно склонил голову и негромко сказал:

— Я на вашей стороне, мадам Толнсмен. Все с явным облегчением откинулись на спинки кресел, довольно переглядываясь. Иву тоже стало как-то легче на душе. Главное было сказано. Остались, в сущности, детали, например, Иву теперь не мешало бы узнать, что же конкретно они от него хотят?

Ив сидел в своей каюте и ломал голову над горящей на экране схемой космической станции. Задачка была еще та. Восьмиконечное сооружение несколько неправильной формы при ближайшем рассмотрении оказалось чудовищным нагромождением галерей, переходов, терминалов, ангаров, складов, жилых модулей, энергоблоков и еще черт-те чего. В отличие от орбитальных крепостей или торговых терминалов, проекты которых тщательно прорабатывались, штаб-квартиры глав торговых кланов Таира строились и перестраивались на протяжении нескольких столетий. Чем старее был клан, тем больше было перестроек и пристроек. У самых же старых, каким был и клан Свамбе, штаб-квартира к настоящему времени представляла собой дико запутанный лабиринт. Попасть в нее можно было через тщательно охраняемые внешние пирсы или тщательно укрытые от обнаружения внутренние причалы, до которых можно было добраться, лишь зная специальную лоцманскую программу и секретные пароли, которые позволяли благополучно преодолеть непроходимые на первый взгляд переплетения галерей и растяжек, а также хитроумные ловушки. Ведомство полковника Дугласа поработало на славу и сумело раздобыть не только достаточно подробную схему орбитальной станции, но и координаты двух таких тайных причалов. Однако Ив полагал, что это не намного облегчило его задачу. Ибо лоцманская программа отсутствовала, а все его попытки самому разработать алгоритм прохода закончились неудачей. Ив набрал еще несколько цифр и тронул пальцем клавишу «Еnter». Среди причудливого хитросплетения линий, обозначавших конструкции станции, веселой змейкой побежала синяя полоса, но, пройдя приблизительно треть расстояния до слабо мерцавшей искорки, то есть искомой цели, она вдруг замерла. В верхнем углу экрана замерцали цифры — программа пробовала различные режимы работы сопел двигателей абордажного бота, потом цифры исчезли, зажегся красный кружок, и в тот же миг синяя змейка пропала с экрана. Это означало, что компьютер не смог найти возможность пройти данную развязку при заданных массогабаритных характеристиках объекта. Ив чертыхнулся и откинулся на спинку кресла. Он, конечно, понимал, что на этом пути, скорее всего, были установлены какие-то специальные устройства, функцией которых было как раз не допустить несанкционированного доступа, при прохождении же своих судов они просто убирались. И было очень вероятно, что он уперся как раз в одно из таких устройств. Штаб-квартиры великих кланов Таира вообще считались абсолютно неприступными. Ведь никто в обитаемой человечеством части космоса не знал больше о строительстве в пустоте, чем кланы Таира. Но от этого было не легче. Он был ОБЯЗАН найти возможность пройти. Иначе многолетние усилия сотен людей и миллиарды соверенов пошли бы псу под хвост. К тому же какое-то шестое чувство подсказывало ему, что решение есть. Однако на сегодня было уже более чем достаточно. В конце концов, еще почти целая неделя отделяла его от того дня, когда он на своем корабле приблизится к системе, в которой находилась штаб-квартира мадам Свамбе-Никатки, на дистанцию возможного обнаружения.

Он прибыл на Варангу, все еще не свыкнувшись с мыслью, что может стать полноправным членом группы, оказывающей наибольшее влияние на политику одной из наиболее развитых планет Содружества Американской Конституции. В общем-то, те, кто собрался в тот вечер в столовой мистера Розенфельда, не были каким-то тайным правительством или теневой властью, полностью независимой от основных демократических институтов, как это часто любят изображать авторы бульварных романов. Скорее всего, поначалу это была просто некая общность людей, близких по мировоззрению и по духу. Их основные интересы к тому же, как правило, располагались в непересекающихся сферах. Впрочем, их знакомство, возможно, началось, когда они приступили, каждый в отдельности, к необходимым мерам для улаживания и предупреждения конфликтов в тех областях, где их интересы все-таки пересекались. Ну а потом возникло что-то вроде дискуссионного клуба, где они обменивались мнениями и быстро пришли к выводу, что это выгодно им всем. И лишь гораздо позже члены этого клуба, люди очень влиятельные и весьма независимые, пришли к тому, что начали совместно работать над решением некоторых проблем. Тот факт, что перед Ивом открылась некоторая возможность войти в состав его членов, следовало считать убедительным признаком возвращения его невероятной удачливости. Ибо позволяло постигнуть не только как делаются деньги, но и на что они способны в умелых руках. Ведь в тот вечер в столовой Старого Упитанного Умника собрались самые мудрые и изворотливые умы Нью-Вашингтона, возможно и всего Содружества. Однако для начала требовалось доказать, что он достоин этой чести.

Над дверью каюты зажегся фиолетовый огонек. Это система контроля подала сигнал, что к ней кто-то приближается. Скорее всего, этот кто-то полковник Дуглас. Ив быстро осмотрел стол, проверяя, нет ли на нем чего-нибудь лишнего, и повернулся к двери как раз в то мгновение, когда раздался негромкий сигнал дверного звонка. Ив хлопнул ладонью по клавише, и дверь тихо ушла в стену. Дуглас шагнул внутрь, быстро окинул каюту своим цепким взглядом и приветственно кивнул:

— Добрый день, мистер Корн. Все мучаете компьютер?

— Уже перестал, — усмехнулся Ив. — Не люблю, когда люди или вещи страдают зря. — Он показал рукой на узкую койку.

Полковник улыбнулся в ответ и сел:

— Я наблюдал за вами во время вашего пребывания на Варанге. Вы никогда профессионально не занимались политикой?

Ив с наигранным возмущением всплеснул руками:

— Упаси бог!

— Не стоит обременять Господа нашего невыполнимыми пожеланиями, — не без ехидства заметил Дуглас, и оба понимающе рассмеялись. Успокоившись, полковник заговорил серьезным тоном: — Сказать по правде, на Варанге вы справились очень неплохо. Тем более для новичка. Во всяком случае, в конце концов вы выпутались из всех неприятностей, хотя надо признать, их существенную часть вы создали себе сами. Скажем, я до сих пор не пойму, почему вы сразу не прилетели на своем корабле?

Ив не знал, что на это сказать. Что толку говорить о том, что в свое время выглядело достаточно разумно, а сейчас казалось верхом глупости. Тогда он еще не до конца научился контролировать свои чувства, в этом все дело. — На ошибках учатся.

Полковник согласно кивнул, не говоря ни слова. Обоим было ясно, что предварительная часть беседы окончена и сейчас должен начаться серьезный разговор. Ив надеялся, что правильно угадал, о чем пойдет речь. На том памятном ужине Иву была поставлена конкретная задача — проникнуть на станцию и сделать два дела: во-первых, найти и переправить на свой корабль некоего Клайва Смитсона, а во-вторых, если удастся, снять информацию с центрального компьютера, находящуюся в директории «Ве51». Хотя было понятно, что эта вторая задача поставлена больше для проформы. И ее выполнение будет выглядеть чем-то вроде рождественского чуда. Но почему выполнению этих планов придается такое большое значение, Иву сказано не было, а когда он намекнул Старому Упитанному Умнику, что не прочь узнать подробности, тот с загадочной улыбкой ответил:

— Все узнаешь в свое время.

На Варангу Ив прибыл на курьерском корабле банка. Дела там обстояли достаточно хорошо, самой большой проблемой была грызня между баронами по поводу оставшегося без хозяина владения Юкскулей. Однако, когда Ив, по совету Дугласа, объявил его своим, выплатив равными долями семьям пострадавших от барона Юкскуля почти пять миллионов соверенов, что на Варанге считалось совершенно сумасшедшей суммой, вопрос был снят. Ни один барон в здравом уме и твердой памяти не рискнул бы связаться с Ивом. А если бы таковой нашелся, то его родственники с удовольствием объявили бы его умалишенным и дружно принялись бы делить наследство. Ив назначил управляющего, пообщался с Трубачом, Трезубьей Губой, Пересмешником и другими охотниками и без особого волнения выслушал известие о том, что отец Иеремия через три месяца после событий обнаружился на острове Рейгор. Там построил скит и к тому дню, когда до него добрались посланные Трубачом люди, чтобы доставить его на суд, успел приобрести славу праведника, схимника и боголюба. Посему посланцы особых мер к нему применять не стали, хотя о прежних делишках по окружающим деревням порассказали. «…Так что если господин инопланетник считает, что с этим бароновым прихвостнем поступили не по совести, то… Не считает? Ну, значит, пусть живет и молит бога, чтобы больше о нем не вспоминали». Он пробыл на Варанге ровно неделю, и сейчас его корабль двигался в направлении системы Травиньян, вотчины клана Свамбе. И появление полковника в его каюте означало, что пришло время расставить все точки над "I".