Чтение онлайн

После полудня 18 ноября немецкие тральщики, моторные тральщики, торпедные катера и сторожевые корабли вступили в бой с легкими военно-морскими силами русских. Сначала были опознаны 4 тральщика типа «Фугас», которые через 10 минут в 14.43 прекратили огонь и поставили дымовую завесу. Постоянные налеты советской авиации и огонь советской береговой батареи не смогли помешать тральщику «М 328» в 15.02 остановить 4 советские бронированные канонерские лодки и, несмотря на поставленную дымовую завесу, с дистанции 4000 метров поджечь одну лодку. Тральщики типа «Фугас» и береговые орудия вновь и вновь открывали заградительный огонь, пока в 15.50 под прикрытием дымовой завесы немецкие корабли не удалились. В 18.12 они отразили атаку трех советских торпедных катеров [255] .

Чтобы предотвратить более крупные операции советского флота, которые на самом деле едва ли были запланированы, и помочь немецким войскам в отражении советских атак с суши, уже 18 ноября к полуострову прибыли миноносцы «Т 23» и «Т 28». Несмотря на бои с малыми советскими кораблями и 6 воздушных налетов, оба миноносца приняли активное участие в поддержке сухопутных войск, что тем не менее не смогло предотвратить потерю оборонительного рубежа «Лео» и провал контрнаступления 20 ноября. В этот день в боевые действия включилась 2-я боевая группа в составе «Адмирала Шеера» и миноносцев «Т 5», «Т 9», «Т 13» и «Т 16», обстрелявшая позиции противника. Но и это не смогло помешать успешному наступлению русских. 23 ноября, очевидно, пришел «Лютцов», но он не нашел здесь применения [256] . Несмотря на отдельные налеты авиации, операции 2-й боевой группы в водах у полуострова Сырве протекали почти без потерь. Советские торпедные катера и подводные лодки, кажется, даже не пытались атаковать [257] .

20 ноября немецким войскам на полуострове Сырве удалось оборудовать новую оборонительную линию Полума — Кверштрассе — Кули, с которой в следующую ночь сильно потрепанные соединения смогли отойти на оборонительный рубеж «Торкенгоф». Морские фланги немецких позиций охраняла 7-я флотилия артиллерийских кораблей и другие соединения военно-морских сил, которые проводили совместные огневые налеты на исходные позиции русских.

21 ноября тральщик «М 328» вновь вел бой с легкими кораблями русских, в ходе которого вынудил одну канонерскую лодку выброситься на берег, а пяти торпедным катерам нанес повреждения. В 13.10 тральщик «М 328» внезапно встретился с четырьмя советскими тральщиками типа «Фугас».

Двумя 105-мм снарядами он добился прямых попаданий в один из них, который сразу же после взрыва затонул. Остальные советские тральщики продолжали вести бой и добились попадания в сторожевой корабль «V 5713» (бывшее паровое рыболовное судно «Судетенланд». — Прим. авт.), который из-за большой пробоины должен был направиться в Вентспилс в сопровождении сторожевого корабля «V 302» (бывшее паровое рыболовное судно «Бремен». — Прим. авт.). В разное время 4 советских торпедных катера пытались торпедировать тральщики «М 328» и «М 423», но их вновь и вновь отгоняли за защитную дымовую завесу. Русские катера совершили кратковременный огневой налет на немецкие позиции и взяли курс на север. Затем оба немецких тральщика обстреляли позиции русских и направились в Вентспилс. Всего в боях у полуострова Сырве русские использовали около 25 кораблей [258] .

19 ноября 5 советским торпедным катерам удалось дойти до порта Мынту и поставить там мины [259] . Между немецкими и советскими легкими военно-морскими силами происходили непродолжительные перестрелки. В большинстве случаев они заканчивались победой немецких кораблей, но русские проявляли при этом необычайный боевой дух, предприимчивость и действовали, не боясь риска.

В то время как 2-я боевая группа западнее полуострова Сырве, а легкие немецкие военно-морские силы — восточнее его старались поддержать пошатнувшийся фронт, советская авиация совершила серию атак последовательными волнами на суда снабжения около Мынту и на немецкие войска. 22 ноября русские вновь попытались высадить десант непосредственно за немецкой линией фронта, но эта попытка была отражена сухопутными войсками и легкими военно-морскими силами [260] . И все же было ясно, что Сырве теперь не удержать, особенно после 21 ноября, когда Мынту стал подвергаться артиллерийскому обстрелу. 23 ноября около 11 часов русским войскам, использовавшим танки, удалось прорвать немецкий фронт в нескольких местах и дойти до Таммуны и Кахусанду, так что в 13.22 был отдан приказ о начале операции по эвакуации войск под условным названием «Дельфин». В 19 часов войска заняли рубеж «Эдельшталь», а в 22.30 — рубеж «Железные ворота», в то же время прибыли первые десантные баржи, которые были сразу же нагружены. Последний рубеж обороны в районе местечка Церель был занят в 03.15 24 ноября, а в 06.15 последние немецкие арьергарды на саперных штурмботах покинули Сарему, взяв с собой незначительную часть пригодных к употреблению военных материалов.

Из использовавшихся 19 десантных барж, эвакуировавших в общей сложности 4491 человека, 1 была потоплена, а 2 — легко повреждены.

Во время боев за Моонзундские острова из-за посадок на мель или повреждений, полученных в море, наряду с многочисленными штурмботами немцы потеряли также 3 десантных баржи, 1 артиллерийскую баржу — в результате налета авиации, а 1 еще одну — от огня артиллерии. Кроме того, противник повредил 12 других судов, а еще 5 вышли из строя в результате несчастных случаев [261] .

После эвакуации Сырве имели место новые минные операции, которые в связи с изменившейся обстановкой должны были служить новым целям, и прежде всего преграждать проход в Ирбенский пролив.

Во время боевых действий за Моонзундские острова русские наряду с многочисленными десантными судами потеряли также около 10 финских каботажно-моторных судов, 4 торпедных катера, 2 канонерские лодки и 1 тральщик типа «Фугас» [262] .

Высадка десантов на Моонзундские острова и завершающие бои были проведены советскими войсками необычайно быстро, энергично и с подъемом. Командование войсками на суше было превосходным. Немцы располагали слишком незначительным количеством войск, чтобы стойко оборонять все острова. Возможно, именно поэтому классические трамплины Муху и Хиума были захвачены русскими очень быстро. В момент высадки на Сарему советских войск в численном отношении было меньше, и тем не менее им удалось отбросить немцев, подумывавших уже об отступлении, на полуостров Сырве. Вызывает удивление и то обстоятельство, что, несмотря на поддержку 2-й боевой группы, немецкие оборонительные рубежи на Сырве не удерживались достаточно долго, тем более что удавалось осуществлять подвоз через Мынту, и на сравнительно узком фронте стояли 2 дивизии, из которых на передней линии действовала всегда лишь одна. Русские предприняли там несколько если не всегда удачных, то во всяком случае, рискованных десантных операций и, несмотря на наличие немецких кораблей, использовали свои легкие военно-морские силы вдоль восточного побережья, но, как только в них отмечались попадания с немецких кораблей, они сразу же оттягивались назад.

С другой стороны, «Адмирал восточной части Балтийского моря», вице-адмирал Бурхарди верил, что можно рискнуть и осуществить более длительное использование 2-й боевой группы в районе боевых действий, так как опыт показывал, что советскому командованию для приспособления к новой обстановке требовался срок от 3 до 4 дней. Таким образом, не приходилось рассчитывать на то, что немедленно начнутся массированные налеты советской авиации, хотя немецкие крейсера и отмечали большое количество советских самолетов, совершавших налеты на войска и порт Мынту.

Так как Рига была оставлена немцами еще 12 октября, то потеряла свой смысл и борьба за остров Сарему и тем самым за господство на морском пути в Ригу. Таким образом, учитывая общую обстановку, вызывает сомнение следующее обстоятельство: было ли целесообразно в конечном счете для немецкого военного командования продолжать борьбу за Сырве или же не приносившие пользы действовавшие там дивизии и военно-морские силы можно было использовать где-нибудь в другом районе? Во всяком случае, русские действовали успешно, несмотря на то, что при отходе с полуострова Сырве потери немцев были невелики. Одними лишь более или менее планомерными отходами войну в 1944 г. выиграть было нельзя!

Независимо от операций на Сареме нужно было отбить советские войска, наступавшие клином севернее Мемеля. В этом районе 10 октября русские вышли на побережье Балтийского моря и теперь пытались захватить Мемель. В ходе тяжелых оборонительных боев немцам удалось остановить русских у самого города. Во время этих боев существенную поддержку сухопутным войскам оказали боевые корабли 2-й боевой группы. «Принц Ойген» в течение 5 дней с 10 по 12 и с 14 по 15 октября держал под огнем 23 советских объекта, выпустив по ним 1196 снарядов калибра 203-мм. Несмотря на воздушные налеты, позиции русских у Мемеля и Керкельбека одновременно обстреливали «Лютцов», эскадренные миноносцы «Z 25», «Z 35» и «Z 36», а также миноносцы «Т 16», «Т 21», «Т 13» и «Т 20». После этого на некоторое время наступление русских несколько ослабло, но уже 23 и 24 октября в районе Мемеля вновь пришлось использовать «Лютцов» и несколько эскадренных миноносцев и миноносцев.

Слабые налеты советской авиации повреждений не причиняли [263] .

Из имевшихся тяжелых немецких кораблей, которые с 1943 г. использовались в составе учебных соединений, в 1944 г. можно было использовать «Лютцов», «Адмирал Шеер» и «Принц Ойген». «Адмирал Хиппер», еще не отремонтированный после повреждений, полученных им в морском бою 31 декабря 1942 г., нельзя было использовать на фронте. Легкому крейсеру «Эмден» поручали лишь минные операции в датских водах, такие же задачи выполнял и «Нюрнберг». Легкий крейсер «Лейпциг», который со времени попадания английской торпеды в декабре 1939 г. ходил со скоростью 22 узла, был настолько сильно протаранен 15 октября 1944 г. в тумане перед Готенхафеном «Принцем Ойгеном», что его можно было использовать лишь в порту. Трем немецким тяжелым крейсерам, шести эскадренным миноносцам и от шести до десяти миноносцам советский флот после ремонта 1941–1942 годов мог противопоставить в лучшем случае 2 крейсера, 12 эскадренных миноносцев и 10 крупных эскортных кораблей и миноносцев, а также при особо благоприятных обстоятельствах — линкор «Октябрьская революция», но в отношении подготовки советский флот из-за длительной стоянки на базах сильно уступал немецкому и еще не располагал в средней части Балтийского моря пригодными для использования портами. Действительно, ни один крупный советский корабль не был замечен за пределами Финского залива.