Чтение онлайн

Пятый систер-шип серии. Пора бы привыкнуть. Все равно торжество спуска на воду не сравнимо ни с чем.

Первенцы рождались в узком семейном кругу. До триумфального похода «Миссури» через океан эффективность нового типа кораблей была неочевидна, поэтому прием каждого из них в эксплуатацию не афишировался. Ни дебютант, ни «Ван Нааген» не получили рекламы до боевых действий. Французские газеты оповестили о начале службы «Энола Гей», только когда она уже ушла в море. «Олег», не успев толком завершить ходовые испытания, расстрелял английскую армаду, что по новостному накалу страстей затмило сам факт появления у миссионеров четвертого парохода.

«Новак» явил себя миру с помпой, с шумихой, с приглашенными гостями и журналистами, с оркестром и фейерверком. Давно забыты страхи и колебания инвесторов, боявшихся ссудить деньги под «Миссури». Чтобы заполучить такие корабли, выстроилась очередь желающих, несмотря на их громадную цену.

Трезво оценив возможности, Голдберг санкционировал закладку сразу четырех судов на деньги заказчиков с намерением поставить их на вооружение не позднее апреля-мая 1671 года. Вместе с тем, не желая ослабить влияние на вундерваффе XVII века, претендентам поставили жесткое условие сохранения контроля над пароходами со стороны адмиралтейства Франции, претендовавшего на штаб объединенного командования нового типа. Пока это условие приняли испанцы, на долю которых выделено сразу две строящихся единицы, Ост-Индская компания Нидерландов и португальцы для охраны сообщений с Бразилией. Англичане также весьма настойчиво пытались разместить заказы. Но условие контроля над судном со стороны французов настолько тяжело воспринималось бывшими хозяевами морей, что подписание контракта откладывалось. Королева была «за», осталось преодолеть сопротивление парламента. Шведы и датчане получили твердый отказ. Фридрих Вильгельм удовлетворился заверениями, что при развитии отношений между Францией и Пруссией-Бранденбургом все возможно.

Для ВМФ республики достраивался «Вашингтон».

«Новак» изначально задумывался как корабль сопровождения экспедиции к Шанхаю. Но с момента закладки будущего флагмана прошло еще только шесть с половиной месяцев. Огромный барк по меркам того времени, с длиной корпуса 75 метров по ватерлинии и 80 метров наибольшей, строился в Бресте, обрел каркас, и по набору приваривалась обшивка. Он вступит в строй не ранее весны, как и новый выводок систер-шипов. Чуть раньше появится деревянная баркентина с паровым двигателем, также рассчитанная на рейс к китайским берегам. Не дожидаясь рождения барка, «Новак» отправится в Брест. Там к 1 октября формируется эскадра для коммерческого похода в Индию. Надо отбивать деньги, затраченные на вооружение флота.

Катер имени первого тайконавта ярко полыхал, напоровшись брюхом на валуны в верховье Черного Иртыша. Напрашивается первая версия его гибели: снял экипаж с баржи и сломя голову помчался вверх по реке, не отвечая на радиовызовы, порвал днище, загорелось дизельное топливо, в пожаре все погибли, включая четырехзвездного. Она, бесспорно, шита белыми нитками, годится лишь для того, чтобы ненадолго отвлечь внимание и выиграть время.

Двое лежали на скальном возвышении и рассматривали железную дорогу, прикидывая, что делать дальше. Каждые три-четыре часа проползали гусеницы товарных поездов. Они состояли сплошь из платформ, груженных лесом или прокатом, и одной крытой решетчатой, в которой сидели люди, вероятно, сопровождение. Составы тащились на паровой тяге. Дизеля, видимо, полагались только катерам, джипам и грузовикам. Даже окутавшись голографической иллюзией, попасть в вагон и спрятаться так, что никто не заметит до ущелий Сансья, абсолютно нереально.

Опустилась темнота. Вспомнив опыт путешествия на барже, десантники и тут решили выгрызть норы в дереве. Опустившись на платформу с пиломатериалами, до рассвета выломали нишу объемом около двух кубометров. Отсидев в ней день практически не шевелясь, ночью выбрались на доски.

Поезд неторопливо тащился мимо невысоких отрогов гор. Угольный дым смешивался с запахами провинциальной осени.

Перекусив продуктами, конфискованными на катере, безбилетные «зайцы» забились в нору. Таясь днем и вылезая ночью, без приключений доехали до Трех ущелий. Олег усвоил, чем длиннее и безмятежнее пауза, тем жарче будет дальше.

Компы высчитали, что до места, куда доставили первого жука на антиграве, десять километров. Не желая объясняться по поводу порчи досок, пассажиры скользнули меж сцепки на шпалы и пропустили последние вагоны над головой. Пробираясь по скалам и зеленке, к полудню вышли к плотине ГЭС и, срочно перебудив в Европе мирно дрыхнущих коллег, передали изображение.

— Господа, если мы за сорок лет продвинемся настолько, вундерваффе у нас в кармане, — первым откликнулся Голдберг.

— Или заберем у китайцев, — мрачно пошутил Родригес. — Если отдадут.

Олег молчал. У него не было слов для описания увиденного. Подходили только матерные, восторг вперемешку с завистью.

Исполинская дамба плотины обуздала могучую Янцзы. Уровень воды еще должен был подняться на пару метров, затопив кусок речной долины. Но не это ошарашило двух шпионов, поднявших общую тревогу.

Все пространство по берегам, насколько хватало глаз, на многие километры было сплошной стройкой и промышленной зоной. За ней шли бесконечные жилые кварталы. В небе кружил вертолет.

— Семнадцатый век, ребята, — вздохнул Олег. — В Америке жгут свечи, в Европе — ведьм, и не все верят, что земля круглая. Беня, ты говорил мне, что я военный. Мое дело доложить обстановку, получить приказ и выполнить. Доклад получил — командуй. Могу разнести на хрен часть плотины, если рухнет — внизу все смоет до Тихого океана. Могу перебить здешних боссов. Но снести город не получится, нужен хотя бы атмосферный штурмовик.

— Ждать и наблюдать. Решение должен принимать Тибет или даже Совет Земли. Они в двести один раз медлительнее.

— Понятно. Только если наши новые друзья сопоставят брошенную баржу, сгоревший катер и нору в досках, даже самые тупые поймут, что к ним кто-то проник. Если нас найдут и прижмут, извини, по уставу десантник обязан действовать по обстановке, даже если ту обстановку придется сильно испортить.

В заливе Габес на юге Туниса бросили якоря у западной оконечности острова Джерба. Эскадра уменьшилась, но не от боевых потерь. Матросы переходили на захваченные суда, пока на собственных не осталось лишь минимально допустимое количество людей. Трюмы заполнились товаром. «Энола Гей» ушла сопровождать парусники до северо-восточной оконечности Туниса и встречать разгрузившиеся корабли. За время похода количество захваченных или уничтоженных османских судов разного тоннажа приблизилось к трем сотням. Судоходство вдоль берегов страны практически парализовано, ущерб огромен, но на очереди Триполи.

В ожидании «Энолы» и транспортов килевали корпуса, очищая от наростов, делали мелкий ремонт, отдыхали. Голландцы в своих лучших традициях сделали рейд по рыбацким деревушкам острова, согнали мужчин покрепче да женщин помоложе. Предлагали адмиралу угоститься девочкой, но Мохаммед брезгливо отказался. Кончится поход, и он начнет устраивать личную жизнь в Париже. Насилие над бедной и грязной берберкой его никак не привлекло.

Наконец, получив сообщение с вернувшихся кораблей, обошли остров с юга и объединили эскадру. Перегрузили на «Миссури» уголь и снаряды. Отсюда до Триполи рукой подать.