Чтение онлайн

Солнце уже заходит за горизонт, мягко сменяя ослепляющий дневной свет теплыми оттенками оранжевого цвета. Подходит тот час когда время забывается. Толпы народа уже успели покрыть тротуары парка пыльными отпечатками своих ног. Проходя мимо них я стараюсь не поднимать глаза и поспешно удалить свою персону домой. Тропинка кончается, я поворачиваю за угол. Провожая последние кусты роз взглядом. Я делаю шаг за дом, как вдруг цепляюсь за что-то и чуть не падаю. И тут несколько грубых мужских голоса звучат над моей неуклюжестью жестким басом. Я поднимаю глаза и вижу напротив себя троих взрослых мужчин. Я замечаю, что споткнулась о палку державшую слегка протянутым впереди стоящим.

— Простите. — Произношу и спешу уйти. Но не успеваю сделать и шагу, как трость перегораживает мне путь. Я замираю, словно пробудилась ото сна. Это лицо невозможно не узнать. Рядом со мной стоит Амин вместе со своими старыми товарищами. Если бы в это время из-под земли вырвался сам демон и утащил меня за собой, это бы меньше взволновало меня чем появление Амина. Охваченная неописуемым страхом, я смутно сознаю, что происходит со мной, но тем временем он уже убрал трость с моей дороги. Однако я всё равно продолжаю стоять на месте. Отразилось ли на моем лице тень того, что творилось в душе? Никто не может сказать, но спустя мгновение Амин отходит от меня, как будто освобождая путь. Я совершенно теряюсь. Его друзья не перестают смеяться.

— Смотрите оборванка его узнала.

Но он так же как и я молчит, и пристально смотрит из-под широкого капюшона. Буря чувств охватившие меня тянут мои ноги к земле. Я не знаю, что принесёт собой это чувство, но душа, которая в течение стольких лет терпела страхи не выдерживает и я плачу. Это веселит компанию ещё больше.

Едва успевают капли покатиться с моих глаз, как двое из друзей начинают разрываться от смеха. Напротив меня стоит полупарализованный человек с потухшим взглядом, но это не останавливает меня от безрассудного чувства самоунижения. Вдруг один из друзей бросает на меня многозначительный взгляд и произносит.

— Что будем делать с ней? Этот вопрос прозвучал настолько зловеще, что я звздрагиваю. Но тот кому был задан вопрос неожиданно отвечает.

— Ничего.

От услышанного, такого знакомого и в то же время пугающего голоса я пошатнулась. Он делает неожиданный шаг вперед очевидно чтобы не дать мне убежать и в этот момент мой разум как будто просыпается. Я оборачиваюсь, вижу просторную улицу перед собой и кидаюсь в бег с такой быстротой, что будто бы убегаю от погони хищных зверей. Добравшись до дома не замечая, что кружится голова вбегаю в комнату и наконец падаю на свою кровать. До этой минуты я думала, размышляя, пыталась предугадать что-либо, но теперь слезы высохли. Уткнувшись лицом в подушку я просто пытаюсь восстановить дыхание. Весь эпизод нашей встречи совершился спокойно, почти без слов. Не было никакого скандала, никаких унижений и угроз, но всё-таки что-то заставило меня бежать прочь. Не ужели я так сильно боюсь этого человека? К полуночи постепенно находя ответы я осознаю что это вовсе не было страхом, повернувшись на бок я лежу с открытыми глазами лицезрев темноту и размышляю о его жизни. В этой тьме и полном покоя вдруг я вижу перед собой два образа, таких же реальных, как если бы среди ясного дня они подошли ко мне и поздоровались. Это образы девочки лет десяти и тень от меня самой. Я переменно всматриваюсь на них, пытаясь, понять в чём суть их появления. Я пытаюсь всмотреться в девочку. В ней я вижу радостное и безмятежное состояние духа, она словно озарила своей чистотой и добротой всю темную комнату. Но по мере того как я смотрю на неё, она вырастает обретая новый вид и новую форму души. Сперва ее лицо изображает умилительную гримасу, потом обретает яркое всепоглощающее чувства любви к окружающим. Но постепенно образ меняется спокойствием, и умеренной благосклонностью. А после и вовсе когда подросток превратился в нечто похожее на расцветающую молодость, ее лицо начинает угасать становясь всё незаметнее и незаметнее, и в итоге расплывается в бесцветную тень, и исчезает. Я вскакиваю с места, чтобы отыскать эту тень, но быстро осознаю, что это был всего лишь сон. Ложусь обратно и пытаюсь понять к чему были эти галлюцинации и что они хотели сказать мне. Я вглядываюсь в свою прошлую жизнь и с ужасом вижу в себе это угасание, и всё проясняется. То что произошло вчера было не страхом моего напуганного разума, это было принятием моей заново возвратившейся судьбы. Прежняя жизнь, первые детские печали, длительная тирания, внешнее одичание и внутреннее разочарование, возвратились в облике того кто был искусным садоводом и взрастил рассаду этих чувств в моем сердце. И теперь я осознаю, что боюсь снова оказаться всеобщим посмешищем. Но весь ужас в том что мы уже не дети и тягаться с ним означает верную гибель моей репутации. Но в конце концов я понимаю, что эти две явления были знаменем, и передо мной предстал выбор — смирится или бороться.

Не успела я опомниться, как уже наступило утро. Ветка старого чинара медленно качается играя свою обычную мелодию на оконной раме. Я вяло поднимаюсь с места и шагаю в хамам. Холодная вода немного привела в чувство. Выйдя на айвон я смотрю на чистое небо. Величественная пора, когда земля просыпается раскрывая свой взор и предоставляет нам увидеть просвет неописуемой волшебной минуты. И вот я стою рассматривая, как постепенно самым красочным образом солнце начинает освещать горы, и от этого ещё сильнее ощущаю бесценность жизни. У подножья холма находится старинный двухэтажный домик, жители которого уже давно проснулись. Те немногие, кто живут там, напоминают мне персонажей из сказок. Они не смотря ни на что остаются в своем мире, как они есть и как будто бы время их не трогает. Я хорошо знаю старую пару живущих на первом этаже. Дедушка Ибрагим и его спутница Саври, часто поднимаются на рассвете и каждый раз выходят в огород собирать цветы. Иногда когда мне не спится я прихожу на айвон и смотрю, как они держась друг за друга медленно собирают ходят по грядкам. При видя этих пожилых, почти немощных людей я всегда начинаю задумываться над смыслом жизни. Они часто общаются со мной давая много советов. Недавно бабушка Саври сказала мне.

— Если ни в чем не находишь счастье, просто люби жизнь ибо оно единственное, кто даст тебе ответную любовь. И сейчас стоя на айвоне я понимаю истинное значение этих слов.

Отец проснулся на молитву. Я быстро отправляюсь на кухню готовить завтрак. Утро проходит спокойно никто не узнал, что эту ночь я провела без сна. Покончив с готовкой завтрака я берусь за тесты экзамена. Но вечером у ворот я слышу голос подруги.

— Ты не забыла, что завтра тайный выпускной вечер?

— К сожалению.

— Как же так? Ведь мы договорились.

— Прости, но я плохо себя чувствую и не знаю смогу ли вообще пойти туда.

— Ну если так, то я понимаю. Но все же я надеюсь, что завтра к вечеру ты поправишься.

Я не уверенна, что вообще оправлюсь от шока и потому отвечаю лукаво.

— Это от меня не зависит. Нилу с грустным видом смотрит на меня и я делаю усилия, чтобы не искушаться моментом, и не рассказать вчерашний случай подруге. После ее ухода мои мысли ещё больше путаются. Всё прошлое беспорядочно вспоминается. Как я стала изгоем, как Амин потешался надо мной и как все презирали меня. Слишком тяжело забыть обо всем этом. Наверное только несчастные дети смогут понять такие чувства. Взрослым же не дано представить всю горечь детского несчастья.

— И зачем только он вернулся? — спрашиваю я себя, но не могу найти ответ. Каждая мелочь к чему бы я не дотронулась напоминать моменты из неприятного детства. В итоге сбившись с ног я сажусь напротив окна и чувствую, как не в силах больше что-либо делать. Я очень сожалею, что снова превращаюсь в трусливую девчонку. На некоторое время мне даже показалось, что настоящее это сон и я нисколько не изменилась. Всё также — отверженная всей школой, маленькая мышь и слабый ребенок.

— И как только я сумела достичь успеха? Способность притворяться удачницей куда-то исчезает. Я стараюсь вспомнить, как нужно вести себя, чтобы остальные видели в этом силу, но ничего не могу поделать. Наступившая ночь снова заставляет лицезреть темноту. Не в состояние заснуть я смотрю на свои настольные часы. Они показывают ровно двенадцать. И вдруг осознала, что тридцатое мая уже настала. А ведь это был один из долгожданных мне дней. Я вспоминаю, как три года назад стояла возле ворот и пристально следила за своими соседями. Вспомнила Амина в чёрном сияющем фраке, его мать и как они были счастливы в его последний школьный вечер. Представляю весенний вечер в котором царит атмосфера суеты и радости. И тогда во мне снова просыпается обида. Почему я должна из-за того кто все это время наслаждался моим унижением лишать себя радости. Я так же как и он человек, а значит так же имею полное право на долю собственного счастья. И буду самой последней идиоткой если не пойду на вечер. С такими мыслям к трем часам ночи я засыпаю и на следующей день просыпаюсь разбитой, но с полной решимостью отправится на тайную вечеринку. Спешу помолиться и приготовить завтрак к пробуждению родителей. Когда отец вошел на кухню то подозрительно взглянул на меня. И мне пришлось заставить себя стать хоть немного подвижней, чтобы не волновать его за зря. Мелочи повседневной рутины не занимают много времени, если я стараюсь и сегодня я от души постаралась закончить все дела к шести вечера, и отправляюсь к своей подруге. Нилу была настолько озабоченная этим вечером, что сейчас кружится, как настоящая юла.

— Успокойся Нилу, — говорю я ей. — Не стоит так переживать. Это в конце концов всего лишь "ташкили". Но она отвечает.

— Тебе легко говорить.

Я одела свой адрас и взяла у мамы шелковый платок. Нилу оделась поярче на ней красный велюр с золотыми вышивками по всей кокетке, а на голове тюбетейка в такой-же тематики. Мы забежали ко мне домой попросить разрешение у отца, а она словно прилипла к зеркалу во дворе.

— Ты иди я тут постою.

— Отец, ну я пойду.

— Я полагаюсь на твоё благоразумие дочка.

— Ты же знаешь меня.

— Только поэтому я и пускаю тебя.

— Спасибо папа.

И вот я наконец выбегаю из дома. Затаив дыхание прохожу мимо ворот Амина и исчезаю в вечерней синеве.

Двор нашей классной руководительницы в этот вечер превратилась в истинный театр. Все наряженные по-полному параду. Приглашенный местный певец один из самых популярных среди долины. В его репертуаре не только национальные, но и современные песни. Однако начал он с фольклера. Упоенная публика сперва жадно стискивается между собой, чтобы насладится живой музыкой, но постепенно разрывается на группы и начинает беззаботно танцевать. Комната до того переполнена старшеклассниками, что если бы музыка хоть на минуту умолкла, то весь шум оглушил бы долину. Я сажусь почти в самом углу и издалека пытаюсь разглядеть всех танцующих. Нилу несколько раз уговаривает меня потанцевать вместе с ней, но потом осознает что я не самый лучший танцор и приглашает Вали. Я всегда предпочитаю быть зрителем нежели участником всеобщего веселья и сейчас спокойно сижу на одном месте переключив внимание на смеющихся девочек. Каждая из них в этот вечер выглядит словно принцесса. Нафиса которая слегка пополнела, надела просторное атласное платье изумительного покроя. Она часто отходит, чтобы отдышаться и снова исчезает в глубине танцплощадки. Санифа недавно признавшаяся, что никогда не верила сплетням обо мне тайно, как и прежде пытается плести новые интриги. Но я пытаюсь не слушать ее.

После третьего танца мы садимся на топчан и начинается "гулбазм". Девушки кокетливо читают свои любимые стихи и передают цветок парням. Они в свою очередь читают всякие народные шутки и насмешливо дразнят их. Я читаю один стих и отдаю цветок Нилу. Все смеются обозвав нас парочкой. Вконец концов и это надоедает и все заново требуют музыки. Но в этот раз звучит современная и более медленная музыка. Нули тут же убегает в центр комнаты, а я остаюсь на прежнем месте. Этот праздник всегда казавшийся мне нечто фантастическим теперь кажется обычным, шумным подростковым баловством. Сейчас я понимаю рассуждение отца насчет излишнего бурного проживания современных подростков. Но я бы никогда не поняла его если бы он не дал мне шанс испытать всё на собственном опыте.