Чтение онлайн

Я мчалась на колоссальной скорости, доподлинно не зная куда еду. В тот момент я не думала об этом, мной руководило лишь чудовищное чувство обиды. Заехав в какой-то совершенно мне незнакомый и глухой район, я остановила машину, и, выпрыгнув из неё, побежала к заброшенному многоэтажному дому. Бросившись вверх, по разрушенным местами, ступенькам, и собирая собой, покрытые пы-лью, паутины, которые преграждали мой путь, я добралась до крыши здания и подбежала к краю.

Все мои чувства обесценены. Неясность моего сознания похоронило мою возможность мыслить адекватно. Огромное желание поскорей избавиться от адского невыносимого чувства ненужности ему. Моя любовь загнала меня в тупик и стала настоящей пыткой в моей жизни.

– Давай прыгнем вместе, - послышалось за моей спиной.

Я повернула голову и увидела его убийственно красивые глаза, которые встревожено смотрели на меня. Он стоял в пару метрах от меня, и пытался отдышаться от трудной и запутанной гонки, которую видимо он, совершил вслед за мной. На нём была лишь одна майка, несмотря на достаточно прохлад-ную погоду, видимо бросившись за мной вслед, он не успел одеться.

– Мне также не нужен мир, где мы не сможем вместе состариться, - мягко произнёс он.

Я истерично засмеялась, услышав его слова, и сделала ещё один шаг к краю. Спрыгивать вниз я, ко-нечно же, не собиралась, просто сильно запутавшись, в немом отчаянии, совершала бездумные поступ-ки.

– Почему последний месяц ты прекратил все попытки встретиться со мной?
– вдруг вырвалось у меня.

Я закрыла глаза, глубоко втянув через ноздри свежий прохладный воздух, и всё также стоя к нему спиной, ожидала его ответа.

– Понял, что нужно дать тебе время простить меня, - сдержанно пояснил он.

– И как думаешь, я простила?
– холодно бросила я.

– Я бы очень этого хотел, - с мольбой в голосе сказал он.

– Но зачем тебе это нужно?
– сорвалась я на крик.
– Зачем тебе я?

Я повернулась к нему лицом и с вызовом посмотрела на него. Михаил опять вздёрнул плечами и на выдохе произнёс:

– Ты мой убрала из моей жизни эффект звенящих ключей.

– Что?
– хмыкнула я.
– Эффект чего?

– Когда ты возвращаешься домой после тяжёлого рабочего дня, и устало вытягиваешь из кармана связку ключей от дверей своей квартиры, они начинают так раздражительно звенеть в твоих руках, и ты понимаешь, что будешь слышать этот звон ещё долго, так как дома тебя совершенно никто не ждёт. А порой так хочется не слышать этого звона, а просто подойдя к двери, чтобы тебе открыл человек, по которому ты так скучал весь день, и чей взгляд уничтожает любую степень твоей усталости.

Эти слова могли бы стать самыми счастливыми и долгожданными в моей жизни, и я бы сейчас ки-нулась в его объятья под звук виолончели, и через некоторое время, он вынес бы меня из дверей загса и нас бы осыпали конфетами и крупой. А через месяц я загорала бы вместе с ним где-то на Кубе, и он, томно смотря на меня, потягивал ром из своего стакана и сжимал в зубах толстую сигарету, а я бы от-вечала им тем же нежным взглядом, катая языком во рту кусочек сладкого мангового мармелада. А че-рез несколько лет, я бы по утрам измеряла бы свою базальную температуру в надежде уловить благо-приятное время, чтобы зачать своего первенца. Но есть одно но, и пока оно достаточно веское для ме-ня.

– А она?
– скривилась я.
– Она разве не смогла за всё это время убрать этот эффект из твоей жизни?

– Она?
– удивлённо спросил он.
– Кого ты имеешь в виду?

– Ты что, совсем меня за дуру держишь? Она - это та блондинка, которая живёт у тебя?

Он почему-то широко улыбнулся, и подошёл ко мне немного ближе.

– Она - очень дорогой для меня человек.

– О, тогда извини, я совсем тут замоталась, и просто забыла тебе сказать...пошёл ты к чёрту!

Он громко рассмеялся в ответ на вспышку моего гнева, и опять сделал шаг в мою сторону.

– Я тебя люблю. Вот и всё, - тихо произнёс он, глядя мне в глаза.

Эти слова, словно красивая разноцветная бабочка, медленно подлетели ко мне и осыпали меня ты-сячами самых нежных поцелуев. Я закрыла ладонями лицо, и от бессилия и слабости в ногах, опусти-лась на колени.

– А её? Её ты тоже любишь?

– Люблю, - ответил он.
– Надеюсь, ты тоже её полюбишь.

– Ты что совсем свихнулся?
– яро заорала я, смотря в его улыбающиеся глаза.
– Ты что извращенец? Может, давайте жить все вместе шведской семьей?

Он снова весело ухмыльнулся, и продолжил:

– Она - именно тот человек, жизнь, которой, дороже моей собственной. Она тот человек, мощная поддержка которого, давала мне силы жить всё это время. Именно она перевозила через границу, рис-куя своей свободой, гомеопатические средства и препараты травяной медицины из Китая, для того, чтобы вылечить мать от смертельной болезни. И, собственно, она вырвала из моей руки пистолет, когда я решил всадить пулю в голову своей жены, когда застал их со своим лучшим другом в нашей же квар-тире.

Я слушала это и в моей голове наконец-то начал складываться пазл из очевидных воспоминаний о рассказах его жизни.

– Та блондинка, которую ты, по всей видимости, приняла за мою любовницу, это Анна - моя сестра.

Необъяснимое чувство лёгкости и резкого облегчения заполнили моё сердце. Почему я сразу тогда не позвонила ему по телефону и не спросила, кому принадлежит та розовая зубная щётка в его ванной. Все наши проблемы с ним от начала и до конца начинались из-за тупой недосказанности. Ведь именно для разговора людям дан язык во рту, хотя вспоминая наш романтический вечер в Пришельце, не толь-ко для этого.

– Почему ты не сказал, что это твоя сестра? Почему ты не познакомил нас?
– возмущённо простонала я.

– Я не успел. Ты слишком быстро убежала, - пояснил Михаил.

Я закинула голову вверх и хапнула ртом воздух.

– Что же нам теперь делать?
– отрешенно молвила я.

– Для начала, - отозвался мужчина, - отойти от края.

То чувство, когда ты страшно накосячила, и в тебе возникает желание оставить своё тело, пускай те-перь само разгребает эти проблемы, а самой пожить в каком-то другом обличии. Наверное, это неспо-собность отвечать за свои поступки, и нужно, наконец, учиться выпутывать свою задницу из жизнен-ных дилемм.

Я резко встала и, преодолев небольшое расстояние, разделявшее наши тела, бросилась ему на шею и крепко обняла его. Он, также, заключил меня в свои крепкие объятья и так сильно прижал меня к себе, что кажется, я даже услышала хруст своих костей. Благодаря нашему касанию губ, мы чувствовали, как наши две души сплетаются воедино, неся за собой необъятную волну страсти и любви. Мы не могли оторваться друг от друга, и он, подняв меня и усадив на свои бёдра, начал спускаться вниз по ступень-кам, не прерывая этого долгожданного поцелуя.