Чтение онлайн

Часть разговора разбираю плохо, потому как, стараясь не смущать Любу, создаю видимость кипучебурнучей деятельности. Сейчас занимаюсь установкой ёлки, которую принёс, пока Любушка в ванной была. Делаю по примеру отца, ставлю зелёную красавицу в ведро с мокрым песком.

– Понимаю, что вы меня искали. Что отец сказал? А, что выгнал меня? Нет, выгнать реально не выгнал, но в квартиру не пустил. Прости, милый, что я вам такие волнения доставила. Домой к нам ездили? Да, знаю, что отец и ворота, ни дом заблокировал. Что? И в городской квартире замки поменял. Вот Дуроплясов…

Услышав часть разговора, прицокиваю языком и иду на цокольный этаж за елочными игрушками и гирляндами.

Возвращаясь обратно, слышу приглушенное:"Нет, ну что ты, Митя, не ерунди, он - не маньяк. Нормальный человек."

Ага, конечно, не маньяк, внутри себя смеюсь я, самый настоящий сексуальный маньячелло. Только за последние два часа бедную женщину два раза оприходовал. Хотя, без ложной скромности, мог бы и три, а то и четыре раза.

"Все, Степан, прекращай падеж в пучину разврата, вспоминаю слова Любаши. Мысли твои похотливые до добра не доведут. Оставь игрушки Любане, сам дуй за дровами для камина", - мысленно говорю себе я.

Подхожу ближе к своей гостье, ставлю коробку около её ног. Одними губами произношу "игрушки" и рукой показываю в направлении ёлки. Люба кивает головой.

Иду к холлу-прихожей, зная, что могу потом прослушать её разговор, все же задерживаюсь, не могу отказать себе в любопытстве.

– Мить, а в Тай когда отец улетел? Вчера вечером! Да, нет, что ты, перо ему в одно место. Не поняла, какой миллион? На его студию? Кукиш с маслом ему, а не студия. Ты запретил главбушке? Молодец, правильно! Подожди, какие пятьсот тысяч? Зачем она ему их на счёт кинула? Вот дурная баба. Так, Митюша, надо войти в программу и поставить напротив счета, на который она ему средства перевела, в строке запрет галочку. У него на зарплатном счету должны быть деньги. Пусть их и прогуливает в борделях Тайя. Сделал. Умница моя!

Слушаю Любу и сердце радуется, что она такая нежная мать. Сразу же свою родительницу вспоминаю, потому как очень уж они с Любаней похожи и фактурой дородной, и характером бойцовским, и любовью к детям своим.

– Митюня, не переживай, все хорошо. Да, как только можно будет, так сразу и приеду. Надеюсь, что может и завтра дома буду. Митя, а где Анюта? У вас. Это хорошо. А Миша с Машей тоже к вам приедут? Вместе с Аней уже приехали. Отлично. Рада, что вы все вместе будете. Не забудьте Кате позвонить в Прагу. Ну ничего Рождество семейно отпразднуем. Дети, я вас очень очень сильно люблю! Помните, вы смысл моей жизни!

На последних словах голос Любушки натянут и звенит, как струна. Чувствую, голубушка моя, держится, чтобы не расплакаться.

– Символ года, как? Да, Степка наш отлично. Очень хороший пятачок! Он сейчас в электрическом сапоге мирно прихрюкивает. Ой, что ты у него свой персональный нянь - Степан. Нет, так мужчину зовут. Да, забавно. Ага, тезки. Мить, правда, очень хороший человек. Если бы не он, то погибли бы мы со Степашкой. Ладно, о грустном не будем! Люблю, целую вас всех нежно, до встречи.

Люба заканчивает разговор, я тихо выхожу на улицу. Стою на крыльце в некотором ахуе. Получается, что у Данаи моей четверо или пятеро взрослых детей.

Судя по озвученным суммам, женщина не бедствует. Вероятно, бизнесом занимается. Потому как Люба сыну своему распоряжения давала, значит, хозяйка - она, а не муж её. Да, к сожалению, такая история нынче не редкость.

Времена меняются, а строчки Николая Некрасова про женщин в русских селеньях, которые коня на скаку остановят и в горящую избу войдут, никто не отменял.

В современных реалиях слабеньких мужиков стало значительно больше, потому в семейных упряжках именно женщина выступает в роли коренника, который ведёт за собой пристяжных - мужа и детей.

Чутье подсказывает мне, что муж Любы ещё тот ушлепок-Дуроплясов. Это ж каким нужно быть пиздюком, чтобы такую женщину проебоглазить.

Блядь, как подумаю, что моя Даная могла вчера вместе со своим поросенком околеть в этом ебучем Рено, так у меня разгорается желание, найти этого ее еблана и отрихтовать его ебучую морду.

В такую погоду нормальный хозяин собаку из дома не выпустит, а этот гондон человека, жену свою - мать своих детей, из дома выгнал.

Ну может все и к лучшему, что упало, то пропало. Раз Дуроплясову жена его расчудесная не нужна, кто в этом случае может мне запретить ее присвоить себе. Да, никто!

Мне то, в принципе, никто, вообще, ничего запретить не может, а в данной ситуации и подавно.

Осмыслив все и взвесив все "за" и "против", принимаю единоличное решение по стратегическому планированию операции по завоеванию цитадели под кодовым названием "Любовь".

Часть этого плана в пункте "пришёл, засадил" я уже выполнил по полной программе. Даже с некоторым перегибом.

"Так, Степан Григорьевич, теперь уж надо постараться без жести, нежно на мягких лапах, как в разведке, брать "языка" без "шума и пыли" - торможу свой воинственный настрой.

Лучше так все обставить, чтобы сама захотела, подставилась и отдалась. С Любочкой такое, к сожалению, может и не прокатить, но кто ж его знает. Женщины все же существа с другой планеты.

Если богиня брака Гера своему мужу Зевсу, как баба вредная, говорила "нет", то уверен на сто процентов, что громовержец, как настоящий мужик, понимал это как "да".

Так что не рвём с места в карьер, но и не теряем надежду на любовь. Тем более, что Любочка - женщина темпераментная, заводная и отзывчивая.

Кстати, может стоит предложить ей в баньке в лучших русских новогодних традициях попариться. Мысль не плохая. Не уверен, что девонька моя на неё клюёт, но чем черт не шутит. В конце-концов, озвучив свое предложение про баню, я ничего не потеряю, хоть сам с чистым телом в новый год войду.

С готовым предложением возвращаюсь в дом.

Любушка разговор уже завершила, начала наряжать ёлку игрушками.

Я, растапливая камин, напоминаю про еду.

– Любушка, пост перед новогодним чревоугодием - это хорошо, но все же нам надо поесть хоть немного. Оставь пока ёлку, идём за стол.

Люба на меня внимательно смотрит. Вижу, в головушке ее идёт серьёзная работа.

– Степан, извините меня, что я Вам праздник испортила, - начинает расшаркиваться сладенькая моя.
– Вас, вероятнее всего, кто-то ждёт к новогоднему столу, а Вы тут со мной нянькаетесь.

– Любушка, я сегодня уже сказал, что ни с кем не связан узами Гименея.