Чтение онлайн

Объяснение у него нашлось быстро и, как показалось, было удачным:

– Всё просто, дорогая Мария Сергеевна – я вложил в него частичку души, вот она и откликается на сигналы той, что во мне.

Слышно было по голосу, что она удовлетворена объяснением и улыбается:

– А я-то, не зная, безжалостно натираю его, чтобы посветлел. Вам, наверное, больно?

И он заулыбался.

– Напротив, - успокоил её, - мне приятно. Вот, оказывается, почему у меня иногда ни с того, ни с сего расплываются губы в довольной улыбке, - и попросил: - Трите его, Мария Сергеевна, трите почаще.

– Да ладно вам насмешничать, злой маг, а то я вас так натру, что заблажите от боли, - пригрозила и, рассмеявшись, попрощалась.

А он, чтобы не терять времени попусту, взял в местной библиотечке собрание сочинений Чехова, пожертвованное каким-то Баранчуком, как было оттиснуто на затейливом экслибрисе, и погрузился в мир чеховских героев и, особенно, героинь, чтобы не выглядеть недотёпой, когда у них в разговоре возникнет тематика любимого ею драматурга. Чтение отвлекало и от гнусных мыслей о том, что случилось на реке, и от исчезнувшей невесты.

В воскресную ночь почти не спал, не представляя себе, как появится в конторе с двойным клеймом. Проснулся рано, и оказалось, что не зря: она позвонила, у них там поздний вечер, они там празднуют успешную премьеру, и им там нет дела до его переживаний.

– Иван сын Всеволодов! – кричала радостно в телефон. – Поздравляйте скорее, я жажду поздравлений, мне мало кучи цветов и грома аплодисментов, что достались всем, и мне – режиссёру и актрисе, скажу не хвастаясь, больше всех. Огромный триумф! Ради этого стоит жить и пожертвовать всем. Не можете вы сейчас спать, не смеете, не поверю, что не ждали моего звонка. И я пьяна и от успеха, и от «Муската», пьяна до чёртиков. Что вы там молчите? Вы не смеете не радоваться вместе со мной! Ну, поздравляйте же скорее! Даже неудобно как-то выцарапывать из вас заслуженные поздравления.

– Поздравляю, - выдавил он скупо. – Вы слишком возбуждены и пьяны.

– А кто виноват? – вопрос был на засыпку.

– Кто?

– Вы! – она пьяно засмеялась. – Это вы, дорогой праведник, споили меня, сделали алкашом, оставив «Мускат», когда удирали от потерявшей бдительность безмятежно спавшей женщины. Вы! Но я вас прощаю, живите! Не хотите поздравлять, не хотите радоваться вместе со мной, и не надо, - и вырубилась.

Он не стал перезванивать и просить прощения, ему было не до этого. Ну, не может человек, которому плохо, радоваться успеху другого, не в состоянии. И, чем лучше второму, тем хуже первому, иначе – голое притворство.

В контору пошёл совсем в убитом виде. Встречали участливые глаза мужчин и любопытные и оценивающие взгляды женщин. Стало неуютно, словно раздевали и прожигали спину насквозь, не хотелось никого видеть, ни с кем разговаривать, никуда выходить из кабинетика, отгородиться бы звуконепроницаемой стеной и работать, работать. Хорошо, что сразу вызвал Сергей Сергеевич. Поднявшись из-за стола, он крепко пожал руку, усадил за приставной столик и сам уселся напротив, определяя тем самым дружественный характер беседы. Внимательно рассмотрев смурное осунувшееся лицо подчинённого, не стал тянуть преамбульную резину, а сразу перешёл к делу.

– Из военной прокуратуры сообщили, что не имеют к тебе претензий по поводу смерти зэка. Согласно заключению медэкспертизы он сдох от разрыва поганого сердца, и надо полагать, что уже прописался в аду. – Иван Всеволодович сразу порозовел, на лбу выступили бисеринки пота, он глубоко и освобождено вздохнул, перестав елозить листком бумаги, который принёс с собой. Было такое состояние, словно снова вынырнул из-под залома. – Старший лейтенант, что был там, просил передать большой привет. Он в восхищении от тебя и, особенно, от твоего ныряния. Так что считай эту страницу твоей жизни перевёрнутой, - посмотрел на перевёрнутый текстом вниз листок в руках Ивана Всеволодовича. – Не очень-то переживай и по поводу бегства невесты или жены, чёрт вас не разберёт, ещё неизвестно, кому не повезло больше – тебе или Казанову.

Иван Всеволодович даже опешил, откинувшись на спинку стула.

– Причём здесь Казанов?

– Они же уехали вместе, разве ты не знал? – Иван Всеволодович ещё раз вздохнул, окончательно освобождаясь от тяжести в груди, и широко, свободно улыбнулся. – Ты что, никак рад? – удивился начальник.

– Ещё как! – сознался большой шалопут, то ли жених, то ли обманутый муж. – Два громадных камня свалили вы с моей души.

Сергей Сергеевич, внимательно посмотрев на него, кое-что понял и усмехнулся.

– Ну, ну. Но я не о том хотел потолковать с тобой, а о нашем, - и чуть помолчал, давая собеседнику сосредоточиться.

– Получено разрешение на реорганизацию Марьинского отряда в партию. Как думаешь, потянет Рябцев партию?

Воспрянувшему духом Ивану Всеволодовичу и думать не надо было, сейчас он готов был и Марию Сергеевну поздравить как следует.

– Убеждён, что потянет, - обрадовался за крестника. – Он всеми печёнками-селезёнками вжился в неё. Даже не сомневайтесь.

Начальник помолчал, обдумывая убеждённость опытного геолога.

– Ну, а Яхонтов, каков он? – запросил авторитетного мнения о новичке.

– Дельный специалист, - похвалил Иван Всеволодович и второго своего помощника. – Есть фундаментальные знания, приобрёл практический навык, быстро освоил технику таёжных работ, здоровый и без заскоков – самое то, что нужно для съёмщика. Мне он понравился, с ним легко работалось.

Сергей Сергеевич улыбнулся, довольный.

– Ну, раз так, то не пора ли ставить и его на самостоятельную работу? Сам знаешь, с мужиками у нас не густо, надо закреплять. Справится?

– Вполне, - не задумываясь, ответил Иван Всеволодович и добавил: - Я хотел посадить его на отчёт, чтобы поднатаскать на камеральной обработке материалов и оценить, каков он в геологическом мышлении.

Начальник опять ненадолго задумался.

– Ладно, - согласился, - посади. Защитится нормально – поставим на самостоятельную съёмку, - и улыбнулся: - Что-то ты расщедрился на рекомендации, всё раздал, сам-то чем думаешь заняться?

Иван Всеволодович насторожился: никак, наступило время основной темы утреннего разговора.

– Надеюсь, без работы не оставите, - сказал осторожно со смущённой улыбкой.

– Не оставим, не сомневайся, - пообещал начальник, тоже улыбаясь. – Ну, а всё же?

Хуже нет, как придумывать себе занятие в ограниченных условиях.

– Готов на любые полевые работы. – Иван Всеволодович почувствовал себя маленькой мышью, которую подталкивают к мышеловке. – А ещё, - начал неуверенно, вспомнив о мёрзлых мечтах в холодной палатке в тёмное время, - хотелось бы обобщить материалы геологических съёмок и сделать сводную среднемасштабную геологическую карту региона с необходимыми прогнозными приложениями. Но это так, в качестве бесплатного приложения.