Чтение онлайн

Он усмехнулся. Эта с виду невинная птичка точно знала, как довести мужчину до белого каления — знала интуитивно. Вот закинуть бы ее в седло и увезти…

— В общем… я хотела извиниться, — пролепетала Прия, неловко покосившись на Езуса. — Прости, Мириам, я… просто боялась, до смерти боялась, — стыдливо потупила она взор.

— Поэтому оклеветала меня? — довольно жестко уточнила Мири. Видимо, гнусная ложь на судебном процессе задела ее куда сильнее, чем казалось изначально.

— Он убил бы меня, — прошептала Прия. — Я боялась за свою жизнь. Тебе ведь это знакомо, я знаю…

— За жизнь ли? — нахмурилась Мири.

Недовольно посмотрев на Езуса, чье присутствие ее явно не устраивало, Прия обреченно вздохнула, видимо, на что-то решившись. Она поджала губы и, ухватив подол хитона, приподняла его, чтобы оголить бедра.

Не то чтобы Езус хотел смотреть на ее ноги, но все равно взглянул. И увидел на них полоски шрамов, некоторые из которых были розоватыми, свежими. А еще синяки, полученные совсем недавно.

— Прия… — ахнула Мири.

А вот Езус, в отличие от нее, не удивился. По Далмату сразу видно было, что с ним женщину не ждет ничего хорошего. Вот она, одна из причин, почему он вступился за милую, нежную птичку.

— Капитан! — выскочил из-за угла стражник Второго круга.

Обе женщины вздрогнули от неожиданности. Прия же тут же стыдливо одернула подол своего хитона, чтобы поскорее прикрыть ноги.

— Повелитель ждет вас… — смутился стражник.

Видимо, совсем недавно он был смертным, чья душа прошла испытания Наар Динур. Воинов Инферно, прослуживших здесь хотя бы столетие, так просто не смутить. Да и факт того, что именно этого паренька отправили за опаздывающими участниками судебного процесса, сам по себе говорил о его статусе.

— Мири, идем, — поторопил Езус.

Какими бы теплыми ни были его отношения с Анзу, он понимал, что неразумно заставлять повелителя ждать.

— Прия, я услышала тебя, — Мири на мгновение ободряюще сжала ее руку.

Эта птичка была слишком добра для Инферно. Такой женщине совершенно точно нужен защитник. И снова — закинуть бы ее в седло…

Пока что Езус ограничился тем, что приобнял ее за талию и повел по коридору в сторону лестницы. На самом же деле… он в действительности допускал и такой вариант развития событий, когда ему придется похитить Мири.

И вот так вот, планируя преступление, доблестный капитан преторианской гвардии вошел в тронный зал со своей женщиной, которая еще не знала, что принадлежит ему. К ни го ед . нет

За ними сиротливо плелась Прия, однако он еще не нашел в себе столько милосердия, чтобы испытывать к ней сочувствие или жалость.

В тронном зале их уже ждали. Анзу недовольно посмотрел на них, но лишь сокрушенно покачал головой, видимо, уже смирившись с тем, что от этих гостей не следует ждать ничего, кроме проблем на его рогатую голову.

Перед троном стоял Лаэрт, весь в повязках. Он был бледен и слаб, однако нашел в себе силы явиться сюда, что вызвало у Езуса некое подобие уважения. Мири порывалась подойти к Лаэрту, но так и не решилась, предпочтя остаться подле Езуса, чем весьма порадовала его.

— Изволили явиться, — проворчал Анзу, вызвав усмешку Езуса и пристыженные взгляды Мири с Прией. — Что ж, начнем, — вздохнул он.

В тронном зале повисла тишина. Наверняка повелитель прибег к ней, чтобы произвести эффект тягостного ожидания, наказывая своих подсудимых за опоздание. Нервничали все, кроме Езуса, уверенного в благополучном исходе для Мири.

А ее решение насчет переезда на Седьмой круг… Черт возьми! Жаль, что оно не зависело от Анзу, иначе Езус договорился бы с ним.

— В свете новых фактов… — повелитель осмотрел всех присутствующих, — мне пришлось изменить решение относительно своих землевладельцев, представших сейчас передо мной.

Как пафосно… увы, ничего не поделаешь, повелители должны представать перед своими подданными во всем своем величии.

— Я решил, — продолжил Анзу, — что земли Ариса и Лаэрта достанутся Мириам.

Вот оно. То самое, чего Езус так желал и вместе с тем не хотел. Мири же рядом с ним обрадовалась, судя по выражению лица, но в то же время плечи ее понурились, словно на них легла огромная тяжесть. В некотором роде так оно и было — груз ответственности.

— Так же Мириам получит все те средства, которые выручил Далмат, пока два года использовал ее земли. Прия рассказала мне об этом, — Анзу глянул на бывшую жену погибшего. — Она предоставит сметы о продаже урожая и все записи, которые вела, когда занималась хозяйством.

А неплохо этот Далмат устроился! Заставил одну женщину зарабатывать деньги за счет земель второй. И это притом, что ни одна из них не принадлежала ему.

— В свою очередь, земли Далмата, — заявил Анзу, — отойдут Второму кругу. У него нет официальных наследников, нет семьи. Жена покойного брата — слишком дальнее родство, чтобы Мириам могла претендовать и на них тоже.

Езус подметил, что Мири ничуть не расстроилась. Не было в ней тяги к статусам или богатству. А вот у Прии дрогнули губы. Едва ли она надеялась, что повелитель отдаст ей имущество ее бывшего мужа, просто теперь у нее не осталось ни крыши над головой, ни источника дохода.

Тем не менее Прия быстро совладала с собой, поджала губы и высоко подняла голову. Да, она прекрасно понимала, что такова цена свободы. И также понимала, что натворила, давая показания против Мири.

— Прия, — обратился к ней Анзу. — Учитывая обстоятельства, я склоняюсь к тому, чтобы не наказывать тебя за лжесвидетельство. Но тут я должен спросить Мириам, не хочет ли она выдвинуть против тебя обвинения, ведь она — пострадавшая сторона, чьи честь и достоинство были запятнаны твоими словами.

Все взгляды тут же обратились к Мири. Вопрошающий — Анзу, заинтересованный — Лаэрта и обреченный — Прии. Езус же просто пробежался пальцами по пояснице Мири, давая понять, что будет рядом и поддержит любое ее решение.

— Я… — она сглотнула, наверняка вспомнив все то унижение, которому подверглась недавно в этом самом зале. — Прия тоже пострадала от козней Далмата. Я не буду выдвигать никаких обвинений.

— Превосходно, — Анзу одобрительно кивнул.

По нраву ему пришлась добросердечность Мири. Езуса она тоже тронула, что греха таить. Прия же от облегчения чуть не рухнула на пол. Было видно, как у нее расслабились плечи, по щекам побежали слезы, но не от горя — от радости. Пусть бывшая жена Далмата лишилась всего, но хотя бы свобода у нее осталась, а это уже немало.