Чтение онлайн

– Аркадий Иванович, мне не по чину, спросите у президиума, а, как и кто делал клюшки прибалтам до их вступления в СССР.

– Думаешь?

– А чего думать. Они десятки лет, ну, ладно, двадцать лет играли в этот хоккей, до войны. Чем-то же играли?! – Вовка, как делать клюшки, наверное, и сам бы разобрался, уже даже хотел поговорить с Гершелем Соломоновичем, но Ужгород вспомнив, и про Прибалтийские страны, а сейчас республики, задумался.

Чернышёв взял слово и задал вопрос. Савин глянул на товарищей сидящих отдельно. СССР, оно конечно, союз братских республик, (Мир, Дружба, Жвачка), но прибалты сидели отдельно и сильно в разговоры и споры не лезли, почти чужими выглядели. Ну, и знание языка у них так себе в основном. Они попереглядывались и, наконец, поднялся Эдгарс Клавс играющий тренер «Динамо» (Риги).

– У нас есть артель, кот-торая дел -лает-т клюшки на заказ.
– Говорил он почти без акцента, лишь чуть растягивая слова. Вовка его помнил, и по прошлогодним соревнованиям и по тому, что летом он судил один из матчей с участием «Динамо» Москва. Сейчас все многостаночники. Этот - футбольный арбитр.

Не выдержал и встал.

– А можно отправить туда на учёбу человека или парочку, для обучения мастерству, чтобы открыть потом артель и в Москве. Вернее, артель есть, она мебель делает, но как побочный продукт сможет и клюшки делать хотя бы для московских команд.

– Я дум-маю, что эт-то можно уст-тр-роить.

Вот и чудненько. С клюшками вечная проблема пока. У некоторых даже самодельные, сами из палок собирают. Особенно это дико смотрелось в прошлом году, когда приезжали хоккеисты с Ленинграда. У их динамовцев клюшки почти у всех были длиннющие, и явно самодельные с огромными перьями.

Объявили перекур, и Вовка поспешил к рижанину. Добыл у того адрес артели в Риге, которая делала клюшки начиная с двадцатых годов. Именно с их клюшками, как оказалась, сборная Латвии ездила и на олимпиаду в Германию 1936 года. Про эту, как бы запретную в СССР олимпиаду, Челенков помнил только одно. Чемпионом стала Великобритания, опередив и Канаду, и США. Интересно, вот, почему в Канаде и США хоккей взлетит на недосягаемую высоту, а в Англии загнётся?

А после этого перекура новая порция информации. Если на простой язык перевести, то «Всё хреново». Разговор зашёл про вторую группу. Первоначально в турнире должны были принимать участие, как и в прошлом сезоне, 16 команд, 10 в 1-й (западной) зоне и 6 во 2-й (восточной). Но команда харьковского «Локомотива» (участник прошлогоднего первенства) отказалась от участия. Также решили не принимать участие в чемпионате три команды ДСО «Трудовые резервы» – из Ленинграда, Москвы и Куйбышева. В результате осталось всего 12 клубов из 9 городов. Общим голосованием решили регламента не менять. Команды, занявшие первые два места в своих зонах, выходят в финальный турнир, победитель которого переходил в Первую группу. Участники будут играть между собой по два спаренных матча, из экономии, на площадке одного из соперников по жребию.

Фомин слушал отрешённо, его это никак не касалось, и посоветовать хоккейным начальникам он ничего не мог. Практически все команды, это либо армия, либо МВД. Ни у кого другого денег на содержание команды, которую нужно экипировать и потом катать по всему Советскому Союзу, средств нет. Ну, и кроме того ещё не стал хоккей с шайбой всенародно любимой игрой. Единственное, что Фёдор Челенков мог посоветовать, так это в таких городах, как Челябинск, например, или Свердловск проводить что-то типа выездных показательных матчей команд из Первой группы с местными командами в конце сезона. На Урале весна чуть позже наступает, и можно в том же Свердловске в начале марта ещё замутить какой-нибудь Кубок Урала, с участием, допустим, того же ЦСК ВВС. Уж у Василия Сталина точно средств и возможностей с амбициями хватит организовать такой турнир. Но это потом можно в гостях у Аполлонова ему невзначай такую идею подбросить, якобы для популяризации нового вида спорта.

Больше на эти встречи кружка по интересам Вовку не приглашали, да и не пошёл бы. Нечего там делать. Не пустая трата времени, но и ничего полезного там узнать нельзя. Вместо того чтобы заставить перевести иностранные журналы и назначить докладчиков с объяснением новых правил, вместо организации производства амуниции, вместо отправки людей в ту же Прагу, чтобы посмотреть, как они лёд готовят – говорильня. Почти сотня человек сидит и переливает из пустого в порожнее, а те, кто на самом деле, чем полезным могут поделиться, то есть, прибалты, сидят и молчат в тряпочку.

Даже непонятно, как при таких аховых организаторах, хоккей буквально через десяток лет на такую высоту поднимется.

Событие тридцать пятое

Каждый день я покупаю водку. Я шопоголик?

Алкоголь не помогает найти ответ, он помогает забыть вопрос.

Игнатов Пётр Ильич – бывший завхоз МВД, бывший полковник и настоящий инвалид, чуть скачущей походкой, всё же протез - не родная нога, встретил Вовку у проходной. Артель «Домашний уют» в Красногорске примыкала одним боком к зоне, точнее не к самой зоне, никто бы такое не разрешил, а к производственному корпусу посёлка для расконвоированных. То есть, люди работали на мебельном предприятии, а на ночь отправлялись своим ходом в казарму. Даже вечером и в выходной день могли в город выйти. И многие выходили, покупали водку, употребляли её родимую, и, пойманные с запахом на вечерней поверке, переселялись назад за колючую проволоку.

У работников артели всё было ещё жёстче. Почти половина была инвалидами, и эта же, в основном, половина была алкоголиками. Потому, артель имела собственную казарму и собственную проходную с забором, и на проходной и обнюхивали и обшаривали, чтобы ни дай бог эту заразу на территорию не занесли страждущие. Люди, они вообще существа хитрые, а алкоголики, так ещё хитрее, каких только способов не придумают, чтобы добыть вожделенную отраву. Потому - строжайший досмотр. Даже Вовку обыскали вахтёры.

Игнатов доковылял до небольшого вагончика, что служил ему кабинетом и крикнул бабку Матрёну – повариху артельную, которая инвалидов и кормила три раза в день.

– Матрёна Сергевна, не в службу, а в дружбу, два стакана твоего лечебного чая, продрог, по цеху бегая.

– С чабрецом и пустырником или …

– С чабрецом.

Повариха была колоритная. Она напоминала Маргарет Тэтчер, наверное. Высокая, худая, строгая и седой прядью волос и выправкой оловянного солдатика. Словно аршин проглотила. Интересно, над кастрюльками своим она хоть наклоняется, или они там сами всё варят лишь бы под её горячую руку не попасть. Вовка как-то в одно из посещений артели наблюдал, как она самой настоящей кочергой по хребту опоясала воришку на новеньком протезе, очередное расширение производства было, и неофит ещё порядками артели не проникся. Полез за булочкой, пользуясь, тем, что хозяйка вышла за дровами из хозблока. Да не успел ретироваться, нога-то одна. Вот и схлопотал.

– Что сияешь, как пятак царский?
– усадив Вовку напротив, поинтересовался Игнатов.

– Пётр Ильич. У нас скоро игра в Риге с их «Динамо». Надо со мной отправить Марину Первых - конструктора артели вашей, ну, да - нашей. Есть у меня мысля одна. Нужно наладить на нашей фабрике выпуск хоккейных клюшек. Вещь эксклюзивная, расхватывать будут, как горячие пирожки и даже ещё быстрее. Если качество ещё будет соответствующее, то можно и за границей продавать. Во всём мире дефицит.

– Почему Марина? Ты, Фомин, смотри, она мне, как дочь, я если что, то рука не дрогнет, кастрирую тебя, на посмотрю, что ты весь такой чемпион.

– Спасибо, конечно, Пётр Ильич, за предложение, но я воздержусь. Вдруг эта хрень ещё пригодится самому. А вам-то она зачем? – Вовка опасливо отодвинулся от корявого, облезлого хлипко-шатающегося стола. Сапожник, он всегда без сапог, а мебельная артель без мебели.

– Шутки юмора шутишь? Или как ты там говоришь? Смотри мне, не дури девке голову.

– Товарищ полковник. Мне она нужна, как разведчица. Я играть буду, а её проведут по производству и всё покажут. Не такое и простое дело - клюшку хорошую сделать.