Чтение онлайн

— Добрый вечер, Елена Викторовна, прекрасная презентация, поздравляю вас!

— К ним подошел высокий, одетый во все черное мужчина лет сорока.

У него был большой лоб, прикрытый по-детски коротким чубчиком, тонкие, нервно подрагивающие губы и длинные бледные пальцы, в которых он держал бокал с шампанским. Глаза его были скрыты за большими темными очками, что несколько мешало Савелию установить, так сказать, «меру» искренности его речей.

— Знакомьтесь, — представила Алена друг другу мужчин, — это наш модный и многообещающий писатель Виктор Поверин, а это — московский бизнесмен Сергей Мануйлов…

— Я только что познакомился в проспекте с вашими мыслями по поводу наркотиков, — сказал Савелий писателю. — И знаете, честно говоря, совершенно не согласен с выводами, к которым вы там приходите.

— Да? — Тот скорчил удивленную гримасу. — Вы первый, кто говорит мне об этом так прямо, я бы сказал, даже простодушно… Что ж, это неудивительно: все те, кто в своей жизни был лишен психоделического опыта, так говорят.

— Мужчины, вы пока займите друг друга беседой, а я пойду посмотрю, все ли в порядке. — Алена улыбнулась извиняющейся улыбкой, незаметно пожала локоть Савелия, бросила небрежный взгляд на его собеседника и царственно удалилась в самую гущу толпы.

— У меня был, как вы выразились, психоделический опыт, — возразил Савелий, — однако я остался при своем мнении и убежден, что наркотики — вселенское зло и мир был бы во много раз лучше, и уж во всяком случае здоровее, если бы люди вообще не знали этой гадости.

— Ну, милейший, зачем же так упрощать, — скривился в снисходительной улыбке писатель, — просто ваш опыт был плох: галлюциногены, как, кстати, и водку, принимать необходимо правильно и умело. — Он говорил таким назидательным тоном, словно читал лекцию школярам. И потом, очень многое зависит от качества препарата и от настроения, в котором вы его принимаете.

— Ну и какой же, по вашему мнению, препарат изменит мир к лучшему? — поинтересовался Савелий. — Героин, а может быть, ЛСД?

— Уверен, что нет! Названные вами препараты очень сложны для массового употребления. Есть кое-что получше. — Виктор сделал эффектную паузу: обычно так поступают крупные актеры, когда хотят заставить зрителей сконцентрировать внимание именно на себе, про такого актера говорят: «Он умеет держать паузу!» — Вы что-нибудь слышали о «Голубом глазе»?

Савелий, естественно, сразу насторожился. Его чутье подсказывало ему, что Поверин не случайно спросил именно об этом наркотике. Он или сам часто его принимает, или старается пропагандировать его в силу каких-то пока неясных причин. Во всяком случае, Савелий не подал виду, что на личном опыте узнал, что такое «Голубой глаз». Сделав удивленно-простодушное лицо, он спросил:

— «Голубой глаз»?! Никогда не слышал о таком наркотике. Что за глупое название! Напоминает нечто восточное: «тигриный глаз», «глаз дракона»…

— Странно, что вы ничего о нем не слышали! — удивился Поверин. — Это самый актуальный и модный на сегодня препарат, к тому же он абсолютно безвреден и стоит не дороже хорошей водки. Впрочем, я же забыл, что вы из Москвы. — Он пренебрежительно хихикнул и взмахнул рукой. — И натурально, до вас наша мода пока не докатилась. Но, мне кажется, вы напрасно столь саркастически прошлись по его названию. Оно полностью соответствует содержанию этого уникального продукта, уж поверьте мне на слово, как опытному в этих делах человеку. — Писатель покровительственно похлопал Савелия по плечу.

— Вы так его расхваливаете, что волей-неволей хочется попробовать, — подыграл ему Савелий.

— Нет ничего проще, у меня всегда есть с собой чем угостить приятного собеседника, — поспешно, словно только этого и ждал, откликнулся тот и вытащил из кармана небольшой пакетик с таблетками. — Угощайтесь! Не пожалеете.

Савелий взял одну таблетку, завернул в салфетку и положил в карман пиджака.

— Я потом попробую, сейчас не до того, — объяснил он свои действия.

— Вы правы, «Голубой глаз» требует либо одиночества, либо буйного веселья. А здесь нет ни того ни другого. Впрочем, устроители обещали нам веселье, так что у вас еще все впереди. Извините меня, но я должен пообщаться со своим издателем. Спасибо за беседу!

Поверин отошел, и Савелий остался в одиночестве. Он отыскал глазами Алену; сделать это было нетрудно, так как она действительно была самой красивой в этом зале и к ней, как к магниту, притягивались взгляды большинства присутствующих. Бешеный направился к ней.

— Ну как, Сергей, не скучаешь? — спросила Алена. — Я хочу тебе сделать один небольшой подарок. Ведь ты ночью уезжаешь, и мне не хотелось бы, чтобы ты обо мне забыл в своей Москве. Проводи меня…

Алена взяла Савелия под руку, и они вышли из гудящего голосами зала в длинный боковой коридор. Пройдя по нему, свернули за угол; там коридор упирался в дверь какого-то кабинета. Алена открыла ключом дверь и потянула Бешеного в темноту помещения. Свет она почему-то включать не стала. Савелий подчинился, вошел в комнату и прикрыл за собой дверь. Замок автоматически захлопнулся. Они оказались вдвоем в полной темноте.

Савелий лишь чувствовал легкий аромат Алениных духов и угадывал близость ее стройного, дышащего жаркой страстью тела.

— Не догадываешься, какой подарок тебя ожидает? — пылко прошептала Алена ему на ухо, прерывая его мысли.

Она взяла его руку и положила себе на грудь. Затем ее руки легко прикоснулись к бедрам Савелия, дыхание ее участилось, и она медленно приблизилась к его лицу. Бешеный почувствовал на своих губах вкус ее помады и сказал:

— Кажется, догадываюсь…

Он ощутил, как быстро возбуждается его плоть от легкого поглаживания длинных Алениных пальчиков. Сосок ее груди упруго напрягся под его рукой — она была без лифчика, мягкие нежные губы все крепче одаривали его поцелуями. Савелий одной рукой сжал ее грудь, а второй потащил подол ее платья вверх…

— Подожди, милый, я хочу все сделать сама, — прошептала Алена, — это же мой подарок…

Она быстро расстегнула молнию на брюках Савелия и скользнула своей узкой ладошкой к его разбухшей от неуемного желания плоти. Савелий послушно ждал, что будет дальше. Он не предпринимал никаких действий, только его руки ласкали ее бесподобные упругие и столь желанные груди. Почему-то он ощутил особый трепет от того, что Алена взяла инициативу в свои руки…

Поласкав его соски губами, она перешла к еще более активной нежности. Все понеслось с калейдоскопической быстротой: Алена скользнула вниз, Савелий глубоко вздохнул, почувствовав, как ее губы ласкают головку его плоти, потом ее ласки стали все ритмичнее, и через несколько показавшихся ему бесконечно долгими мгновений Савелий выстрелил горячим любовным нектаром в рот Алены.

— О, какой же вкусный коктейльчик у тебя! — засмеялась она счастливо, продолжая ласкать его губами.

Не прошло и минуты, как Савелий снова возбудился. Теперь ему захотелось превратиться в самого настоящего самца, чтобы подарить себя этой удивительной женщине. Он молча поднял ее, поцеловал в терпко пахнущие его нектаром губы, повернул Алену к себе спиной и оголил ее стройные бедра.

Теперь уже она беспрекословно подчинялась всем его движениям и желаниям. И когда он стал снимать с нее трусики вместе с колготками, переступив ногами, быстро ему помогла, а затем оперлась руками о стоявший в кабинете стол, грациозно согнувшись.

Савелий медленно, растягивая удовольствие, вошел в нее, ощущая, как ее бедра идут навстречу его движению. И их тела синхронно, все учащая ритм, двигались навстречу друг другу…

— Господи! Господи! — вскрикивала Алена, все более и более ощущая удивительный взлет души ввысь, к звездам. — Да! Да! Еще! Еще, милый! Боже, какой же ты удивительный!

В бешеном ритме пролетели несколько минут, переполненных ласками, поцелуями. Наконец они вместе в последний раз тесно прижались бедрами, замерли на мгновение, словно прислушиваясь к тому, как по всему телу пробегает электрический разряд…