Война без линии фронта
Шрифт:
Боевые группы организации украинских националистов (ОУН) в то время и в последующие годы причинили много вреда украинскому и всему советскому народу, его Вооруженным Силам. Первым руководителем этой организации был полковник петлюровской армии, бывший австрийский подданный Е. Коновалец. Он был известен особой жестокостью в подавлении революционного восстания украинских и русских рабочих в Киеве в 1918 году.
В 1938 году в руководство ОУН выдвинулся также полковник петлюровской армии А. Мельник. К этому времени о нем уже знали как об агенте немецкой разведки под кличкой Консул-1. В 1940 году от ОУН откололась группа, которую возглавил Степан Бандера. Однако изменение в руководстве ОУН и образование новых групп не меняли сущности этой организации. ОУН продолжала оставаться разведывательно-подрывной и террористической организацией, скопищем бандитов. Альянс между немецкой разведкой и ОУН существовал еще в 30-е годы. В Германии и некоторых нейтральных государствах для оуновцев были открыты специальные школы подготовки шпионов, диверсантов и террористов.
Предпринимались попытки создать враждебные Советскому государству группы из числа отдельных немецких переселенцев и поселенцев на территории СССР. В этих целях многочисленные и находящиеся в ряде случаев в стратегически важных районах Украины, Кавказа, Поволжья, Прибалтики немецкие колонии обстоятельно изучались немецко-фашистскими специальными службами. С отдельными жителями колоний в Прибалтике, Крыму, на Украине, в Поволжье и других местах поддерживался постоянный письменный обмен, организовывались посещения родственниками. В поселения направлялись подарки из «фатерланда», посылки и просто сентиментальные весточки и открытки по случаю праздников. Целенаправленно обрабатывались немецкие поселенцы при личных встречах по месту жительства и в других местах Советского Союза при посещении их немцами из Германии.
В целях налаживания контактов в отдельных случаях делались попытки использовать также существующие в СССР религиозные общины немцев, значительные потоки немецких специалистов, прибывших в Советский Союз в соответствии с торгово-техническими соглашениями между СССР и Германией, заключенными в 1940 году. И чем ближе становился день нападения на СССР, тем активнее были попытки организовать диверсионно-террористические группы из числа враждебных Советской власти элементов на территории СССР и вне его.
В письменных показаниях на Нюрнбергском процессе заместителя начальника отдела абвер II полковника Эрвина Штольца говорилось:
«Я получил указание от Лахузена (генерал-майор Лахузен являлся начальником этого отдела и одновременно заместителем Канариса. — Прим. ред.) организовать и возглавить специальную группировку под условным наименованием «А», которая должна была заниматься подготовкой диверсионных актов и работой по разложению в советском тылу в связи с намечавшимся нападением на Советский Союз. В то же время Лахузен дал мне для ознакомления и руководства приказ, поступивший из оперативного штаба вооруженных сил… Этот приказ содержал основные директивное указания по проведению подрывной деятельности на территории СССР после нападения Германии на Советский Союз. В приказе указывалось, что в целях нанесения молниеносного удара Советскому Союзу абвер II при проведении подрывной работы против России должен использовать свою агентуру для разжигания национальной вражды между народами Советского Союза… Выполняя упомянутые выше указания, я связался с находившимися на службе у германской разведки украинскими националистами и другими участниками националистических фашистских группировок, которых привлек для выполнения поставленных выше задач. В частности, мною лично было дано указание руководителям украинских националистов германским агентам Мельнику (кличка Консул-1) и Бандере организовать сразу же после нападения Германии на СССР провокационные выступления на Украине в целях подрыва ближайшего тыла советских войск, а также для того, чтобы убедить международное общественное мнение в якобы происходящем разложении советского тыла. Нами были подготовлены также специальные диверсионные группы для подрывной деятельности в Прибалтийских советских республиках».
Затрачивая большие усилия и средства на сколачивание «пятой колонны» и на оживление антисоветского подполья из националистского и другого антисоветского отребья, немецкая военная разведка не полагалась в своей диверсионно-террористической деятельности всецело на силы внутри Советского Союза. Важное место в ее планах диверсионно-террористической борьбы с Красной Армией отводилось созданию специальных формирований, находившихся при абвере и им же руководимых. Таковым было, например, подразделение «Бранденбург-800».
Возникновение этого подразделения относится к временам гражданской войны в Испании. Один из основателей немецкой военной разведки генерал-лейтенант Р. Бамлер так объясняет его появление.
«С согласия Франко, — пишет он, — крупное отделение немецкой контрразведки обучало на испанской земле первые диверсионные группы, ставшие впоследствии ядром так называемого учебного полка, а затем пресловутой дивизии «Бранденбург-800», которая приобрела черную славу в годы второй мировой воины».
Диверсионные группы фашистских головорезов в Испании составили костяк образованной в октябре 1939 года «учебно-строительной роты № 800 для особых поручений». Рота со временем разрослась в батальон, затем в полк и наконец в дивизию. Основные командные пункты диверсантов дислоцировались в Бранденбурге, давшем имя всей организации диверсантов. Подчинялась она непосредственно начальнику отдела абвер II генерал-лейтенанту Лахузену. В задачу этого подразделения входил захват оперативно важных объектов — мостов, тоннелей, оборонных предприятий и удержание их до подхода авангардных частей германской армии.
На «Бранденбург-800» в отдельных случаях возлагалось ведение зафронтовой разведки и т. д. Личный состав этой организации комплектовался главным образом за счет немцев, проживавших ранее в СССР или хорошо знавших русский язык, а также агентов абвера.
Важное место в деятельности немецко-фашистских специальных служб было отведено дезинформации и маскировке подлинных намерений политического и военного руководства Германии. После того как в верхах рейха созрело решение о нападении на СССР (еще до подписания Гитлером плана «Барбаросса»), началась работа по зашифровке маневров вермахта, по сокрытию политических, экономических и военных акций подготовки войны. Фактически замаскированные действия были неотъемлемой составной частью подготовки нападения на СССР.
Принципы дезинформации закреплялись в специальной директиве, изданной главным штабом верховного командования. В соответствии с этой директивой общее руководство по практическому осуществлению дезинформации возлагалось на абвер. Его начальник лично определял формы, приемы и методы дезинформационной работы, а также каналы, по которым она должна проводиться. Абвер по собственному усмотрению изготовлял и передавал для распространения через различные каналы, в том числе и через заграничные представительства Германии, сведения, которые считал целесообразными. Особенно тщательно маскировались данные, связанные с переброской войск на Восток, их концентрацией вблизи советско-германской границы. Для этого пускались в ход всевозможные вымыслы, распространяемые радио, печатью, дипломатической перепиской и т. д.
Основные направления дезинформационной работы абвера нередко обсуждались высшим политическим руководством Германии. Так, 3 февраля 1941 года на совещании у Гитлера принимается решение замаскировать принятый план нападения на СССР подготовкой вторжения Германии в Англию и на Балканы. Это решение формулируется следующим образом:
«Стратегическая концентрация сил для «Барбароссы» будет маскироваться подготовкой якобы нападения на «Зеелева» (морской лев — план вторжения в Англию) и дополнительной мерой по отношению к «Марите» (план захвата Греции)».
В соответствии с решениями, принятыми на этом совещании, военная разведка значительно активизировала свою дезинформационную деятельность. В мае 1941 года в местечке Крампниц, близ Потсдама, было проведено совещание начальствующего состава всех родов войск вермахта и военной разведки. На совещании вырабатываются дополнительные мероприятия по эффективной маскировке готовящегося на СССР нападения. Бывший заместитель начальника отдела абвер II об этом совещании говорил:
«…был намечен перевод значительной части германского военно-морского флота в порты на французском и немецком побережьях Северного моря, а также концентрация авиационных соединений на французских аэродромах».