Чтение онлайн

Осина навалился сверху. Сдавил мне горло. Я задыхался. Сердце вдруг раздулось. Стало огромным. Билось уже возле самого горла. И все росло, продолжало расти. Казалось оно сейчас лопнет! … Красные круги поплыли перед глазами. Каждая клеточка моего тела отчаянно кричала: «Жить».

И последним, уже предсмертным усилием я рванулся и сбросил Осину. Он упал на спину. Я схватил его за волосы и ударил затылком об пол. Один раз… Второй… Третий…

Пальцы вцепились ему в горло. Осина захрипел. Лицо его налилось кровью. Глаза вылезли из орбит. По подбородку потоком текла слюна.

Я давил изо всех сил. Осина снова захрипел. Его тело несколько раз конвульсивно дернулось и обмякло. Я с трудом разжал пальцы.

Скатился с него. Отполз к стене. Сел, привалясь к ней спиной. Только сейчас я почувствовал, как сильно болит горло.

Осина лежал в метре от меня. Может чуть больше. Смотрел огромными, мертвыми глазами. Распухший сизый язык торчал между зубов. Казалось Осина дразнится… Это был невыносимо.

– Отвернись, – прохрипел я, и вытянув ногу ударом носка развернул голову Осины в другую сторону. Теперь я видел его затылок. Волосы слиплись от крови. Но зато я не видел глаз…

В комнате резко запахло мочой. Сперва я решил: мне это чудится. Но потом увидел лужицу, небольшую лужицу, натекшую под телом Осины. Я истерически захихикал.

– Что же ты, брат, обоссался-то? – спросил я, не переставая хихикать. Это было просто наваждение какое-то – мне все время хотелось с ним разговаривать. Хорошо, что Осина не отвечал.

Я встал, цепляясь за стену. Так же вдоль стены побрел в ванную. Все тело ныло.

В ванной я открыл кран, сунул голову под струю. Потом долго жадно пило, всхрапывая как лошадь.

Напившись я вернулся в комнату. Осина лежал там, где я его оставил. Спокойно и методично я уложил оставшиеся вещи. Собрался уходить, но уже на пороге задержался. Поставил сумку на пол и подошел к Осине. Опустился на корточки возле него. Мертвый Осина выглядел нелепо и страшно.

Я смотрел на него… Хотел что-то понять… Уловит… Почувствовать… Но не было ничего… Совсем. Просто еще один труп.

– Видишь как все получилось-то, брат, – тихо сказал я. – Похоже ты все-таки не первый… Такие дела… Жалко, что он меня не слышал. Очень жалко…

Я встал, подхватил сумку и вышел из квартиры. За спиной щелкнул замок закрывшейся двери.

Я медленно спускался по лестнице. На душе было спокойно и легко. Словно выздоровел после тяжелой болезни. Плохо было. Даже мог умереть. Зато теперь все. Справился. Победил. Выжил. Дальше будет только хорошо.

Я медленно объехал двор по периметру. Внимательно огляделся. Ничего подозрительного. Все как обычно. Старушки на лавочке. Ребятишки в песочнице. Несколько машин. Все довольно далеко, Но вот одна – «Москвич»-2141, почти напротив подъезда. И стекла тонированные. Не понять : есть кто внутри или нет. Это беспокоило.

Я остановился с торца дома. Так было удобнее: мне и нужен был крайний подъезд. Я уже заходил в дом, когда не то что увидел, скорее почувствовал, как кто-то ворохнулся в «Москвиче». С площадки между первым и вторым этажами я осторожно выглянул в окно «Москвич» стоял боком к подъезду. За темными стеклами не угадывалось никакого движения. Но все равно я долго наблюдал за ним затаив дыхание. Минут пять. Ничего. Я шепотом выругал себя: «Пуганная ворона, куста боится». Уже не таясь стал подниматься по лестнице.

Меня ждали. Только я стукнул, как дверь сразу открылась. Темка с разбега прыгнул мне на грудь.

– Папа! Папа приехал! Я прижал его к себе. Ох, как же я по нему соскучился!

– Сынок , родной! Другой рукой я обнял Юлю.

– Ну все, все, – бормотал я. – Все хорошо. Мы вместе. Я вернулся. Все кончилось, все. Мы теперь всегда будем вместе, всегда…

– Я собрала вещи, – сказала Юля. – Мы прямо сейчас уедем?

– Да, да, сейчас. Я отпустил Юлю.

– Где сумки?

– Вот, – показала она, – две.

Держа Темку на руках, я поднял одну из сумок. Невольно крякнул – вес был не маленький.

– Тяжело? – виновато спросила Юля.

– Ничего, – ответил я. – Своя ноша не тянет. Выходим.

Вторую сумку, полегче взяла Юля. Мы вышли на площадку. Я ногой захлопнул дверь.

– Машина за углом, – сказал я. – Хоть тащить недалеко.

Мы спустились по лестнице. Сумка била по ногам, цеплялась за перила. Перила гудели. Темка вдруг задергался у меня на руках.

– Папа! Кораблик забыли! Пап! Я остановился.

– Черт!

– Тема, перестань! – попыталась успокоить его Юля. – Бог с ним, с кораблем. Папа тебе другой купит.

– Не нужен мне другой, – упрямо ответил Темка. Он отчаянно дергался, пытаясь сползти на пол. – Я этот хочу!

Я был в смятении. Я рвался в аэропорт. Мечтал о нем. Каждая минута промедления была пыткой. Но это же был не просто корабль. Это была моя жизнь. То к чему я стремился, чем жил. И чего наконец достиг… Разве я мог его оставить?

– Ну, пап, – умоляюще тянул Темка. – Ну, пожалуйста!

Это стало последней каплей. Я решительно поставил сумку. Спустил Темку на пол.

– Я схожу, – сказал я. – я быстро. Юля порывисто схватила меня за руку.

– Вадик, не надо, не ходи. Возвращаться – плохая примета. Не надо.

Я только сейчас заметил, как она постарела за эти дни. Глубокие морщинки пролегли возле рта. Целая сеточка вокруг глаз. И лицо – серое, измученное. Ей тоже нелегко пришлось. Волна нежности захватила меня. Но я не мог изменить принятого решения. Я ободряюще улыбнулся.

– Ну что ты, Юль. Зачем веришь в эти глупости? Я же вот вернулся, значит возвращаться – хорошая примета, а? Я бережно отвел ее руку.

– Не волнуйся. Ничего не случится. Я быстро. Вы не ждите меня, спускайтесь. Я уже был на верху лестничного пролета, когда Юля крикнула.

– Вадик, он там, на шкафу!

– Понял! ответил я.

– Ну что, Тема, пошли, – вздохнув сказала Юля. Темка запрыгал.

– Мам, мам, я тоже понесу! Мам!

– Понесешь, понесешь, – ответила Юля. – Берись вот за ручку. Я услыхал, как медленно, тяжело они стали спускаться вниз.