Чтение онлайн

В целях маскировки будут широко применяться радиорассеивающие сети, пенообразующие генераторы с радиорассеивающим и теплоизолирующим эффектом, ложные объекты и ложные цели. Соотношение реальных и ложных объектов, в которых до 100 % имитируется военная технология и её физические свойства, достигнет уровня не менее 1:5. Ложные комплекты вооружений будут выпускаться на тех же предприятиях, где выпускается основное оружие и они будут являться его неотъемлемой составной частью.

Эффективное поражение и защита в войнах и вооруженной борьбе будущего потребуют кардинального развития средств разведки. Разведка в вооруженной борьбе будущего также изменит свой статус и станет неотъемлемым элементом и содержанием любого удара, боя, сражения, операции, а не их обеспечением, как принято в настоящее время. Единство разведки и поражения, как один из главных признаков вооруженной борьбы будущего, особенно наглядно видны на примерах функционирования разведывательно-ударных боевых систем (РУБС) и разведывательно-огневых комплексов (РУК).

Аналогичные рассуждения применимы и к определению места маскировки в войнах и вооруженной борьбе будущего. Средства и приемы маскировки, применяемые согласованно с действиями большого количества высокоточных средств и оружия на новых физических принципах в сочетании с поражением средств разведки, будут вводить в заблуждение противника и, несмотря на то, что они непосредственно не поражают целей, но снижают или даже исключают его возможности по радиоэлектронному подавлению и огневому поражению войск и объектов. Поэтому в вооруженной борьбе будущего маскировку также вполне очевидно исключат из видов обеспечения на всех уровнях и отнесут к содержанию боевых действий, в частности, к мероприятиям по защите войск от поражения.

Что касается понятия "обеспечение боевых действий", то в войнах и вооруженной борьбе будущего к нему будут отнесены только те специфические мероприятия, которые создают условия для действий по поражению противника или защите от его поражения. Здесь понятие «обеспечение» будет в полной мере отвечать его смыслу: снабжение всем необходимым, недопущение недостатка чего — либо и т. п. Исходя из этого, обеспечением боевых действий в вооруженной борьбе будущего можно будет считать лишь тыловое и техническое виды обеспечения.

Развитие микроэлектроники значительно расширит возможности дальнейшей разработки новых видов высокоточного оружия и оружия на новых физических принципах. Они будут построены на базе самых современных сверхскоростных, сверхбольших интегральных схем, сверхчувствительных датчиков различного диапазона частот. Новая элементная база радиоэлектроники позволит создавать системы управления и наведения высокоточных крылатых ракет в 4 — 6 раз легче, чем сейчас, а значит и в несколько раз увеличить могущество поражающей головки без увеличения мощности энергетической установки ракеты.

Волоконная оптика, новейшая компьютерная техника с голографической памятью станут основой всех высокоточных систем поражения. Будут созданы комплексные системы автоматического (автоматизированного) проектирования высокоточных средств поражения различного назначения, что позволит решать многие сложные проблемы, связанные с выбором рационального проекта из множества возможных вариантов. Они найдут широкое применение при проектировании радиопрозрачных (невидимых) планеров прежде всего для высокоточных крылатых ракет сверх дальнего действия, в которых должны строго учитываться требования, связанные с вероятностью обнаружения их и визуальными средствами. Их характеристики невидимости будут оптимально сбалансированы с размерами, весогабаритными и аэродинамическими характеристиками, а также с маневренностью, надёжностью, стоимостью и др.

Новые вооружения и военная техника не просто резко повысят боевые возможности вооруженных сил, но коренным образом изменят их состав и структуру, а также сам характер возможных войн. Участие в войнах и вооруженной борьбе будущего большого количества разнотипного ударного и оборонительного оружия и оружия на новых физических принципах усложнит эту борьбу.

Главным театром военных действий станет воздушно — космическое пространство даже несмотря на то, что будут весьма значительно сокращены стратегические наступательные вооружения ядерного типа, а война с их применением маловероятна. На смену этим вооружениям придут стратегические неядерные силы, включающие также триаду средств наземного, воздушного и морского базирования.

Основу этих сил примерно через 15 — 20 лет будут составлять наземные мобильные ракетные комплексы межконтинентальной дальности стрельбы (до 10 тыс. км), при точности попадания (круговое вероятное отклонение) — не более 5 м. Сюда же будут относиться и атомные подводные лодки, имеющие на борту такие же ракеты и высокоточные крылатые ракеты различной дальности.

Однако авиация в этих силах займёт основное положение. Она практически вся станет главным средством доставки большого количества высокоточных крылатых ракет до рубежей пуска (3–3,5 ты. с км от объектов удара) и после их запуска, не заходя в зону дальнего радиолокационного обнаружения, будет возвращаться за новыми боекомплектами. Получит развитие не только дозаправка в воздухе самолётов — носителей топливом, но и довооружение этих самолётов в воздухе боекомплектами высокоточных крылатых ракет, а в последующем и смена экипажей в воздухе.

Большое количество высокоточных крылатых ракет различных радиусов действий и назначения будет находиться на вооружении и других видов авиации и военно-морских сил. Всё это, в конечном итоге, приведёт к кардинальным изменениям в военном искусстве.

Уйдут в прошлое операции сухопутных группировок, а ядерные средства будут вытеснены высокоточным обычным оружием, массовое применение которого позволит достигать не только стратегических, но и политических целей войны. Войны четвёртого поколения (обычные безъядерные) как бы перешагнув через пятое поколение (ядерные), трансформируются в войны шестого поколения (обычные безъядерные и без наземных операций сухопутных войск).

Когда США и их союзники проводили операцию "Буря в пустыне", то телезрители многих стран мира видели «репортажи» с борта современных высокоточных крылатых ракет и могли убедиться в их абсолютной точности поражения целей. Многократно прокручивался в то время по всем программам телекомпаний ролик, в котором показано, как первая крылатая ракета пробивает отверстие в стене электростанции в Багдаде, а вторая проникает через это отверстие внутрь её и там взрывается. Не нужно быть специалистом, чтобы придти к выводу, что в этих ракетах достигнута точность попадания равная нескольким десяткам сантиметров.

Война в зоне Персидского залива была своеобразной лабораторной работой для отработки технологии ведения войны в будущем. Следует особо подчеркнуть, что операция "Буря в пустыне" была весьма тщательно промоделирована накануне войны. Нападение Ирака на Кувейт в августе 1990 года заставило Пентагон быстро искать ответы на такие вопросы, на которые невозможно было ответить сходу. Необходимо было очень строго и тонко учесть возможности Ирака: насколько глубоко он может проникнуть в глубь Кувейта; какие силы потребуются для поддержки Саудовской Аравии; за какое время можно создать эффективную систему обороны на территории Саудовской Аравии; как вести военные действия с Ираком для достижения поставленных целей; ожидаемые потери многонациональных сил в этой войне и др. Ответы на эти и другие многочисленные вопросы были получены с помощью моделирования. Были использованы различные модели для анализа военных проблем, прогнозирования результатов боевых действий и модели для принятия решений. Например, с помощью моделей «Taм», "Галф страйк", «Taсвар», JWARS выполнялся анализ боевых действий на театре. Всего за период с августа 1990 года по март 1991 года было промоделировано более 200 вариантов различных способов начала, ведения и обеспечения боевых действий многонациональных сил с войсками Ирака.

Моделирование показало, что если бы инициатива в этой войне была на стороне Ирака и он, продолжая наступление, вторгся бы и в Саудовскую Аравию, то многонациональные силы должны были вести неприемлемую для них сухопутную войну и их потери в такой войне могли превышать 25 тыс. человек из общей численности 500 тыс. человек. Генерал Шварцкопф понимал, что американское общество не согласится с подобными потерями личного состава в военное время. В результате и был выбран совершенно другой приемлемый вариант военных действий без ставки на сухопутные группировки войск, который затем и был практически реализован в этой войне, хотя и продолжал корректироваться уже в ходе самой войны.