Чтение онлайн

— Почему бы тебе не удовлетворить свое любопытство и не выяснить это? — Он сделал паузу. — В исследовательских целях.

Я рассмеялась, а потом узнала, когда провела языком по толстой вене. Уилла была права. Это было чувствительное место. Когда я сомкнула свой рот над ним, жидкость уже начала стекать по головке его члена. Я втягивала его так глубоко, как только могла, и не беспокоилась о том, что делаю, потому что знала, что ему это нравится. То, как его рука сжалась на моем затылке, говорило мне об этом. И толчки его бедер, и пряный вкус, который присоединился к земляному аромату его кожи.

— Знаешь, я думаю… — Он вздрогнул, убирая другой рукой пряди моих волос с моего лица. — Мне кажется, тебе очень нравится мой член у тебя во рту, — сказал он, и я стала сосать сильнее. Он застонал. — Я также думаю, что тебе нравится, когда я говорю такие неуместные вещи.

Мое лицо разгорелось еще больше, потому что мне действительно нравилось.

— Моя королева очень… — Его ругательство было резким, и ритм его бедер ускорился. — Черт.

Кастил не пытался отстраниться. На этот раз он держал меня, пока кончал, все его тело содрогалось от разрядки. Когда его дрожь утихла, я поцеловала нижнюю часть его члена, затем выцветшее клеймо на его бедре, прежде чем снова надеть бриджи. Его руки скользнули к моим плечам, но он не стал поднимать меня на ноги. Вместо этого он опустился на землю и притянул меня к себе на колени и к своей груди. Мы оба еще немного учащенно дышали, пока он застегивал застежку на моих бриджах.

— Есть еще кое-что, о чем нам нужно поговорить, — сказал он, поправляя край моего жилета.

Я положила голову ему под подбородок, наблюдая за восходом луны. У нас, вероятно, был длинный список вещей, которые нам нужно было обсудить, но я подозревала, что знаю, что именно было самым насущным.

— Присоединение?

Он сложил руки вокруг меня.

— О чем ты думаешь?

О многом. В те тихие минуты, которые последовали за этим, пока луна продолжала свое ночное восхождение, я много думала.

— Я не могу воскресить вольвена, — сказала я наконец, не зная, говорила ли я ему об этом, когда купала его в Каменном холме. — Или дракена. Я не могу вернуть ни одно существо этих двух миров.

Кастил ничего не сказал.

— А Киеран… он был согласен с этим, хотя это пугало меня. Потерять его. — Вздрогнув, я закрыла глаза и сделала ошеломленный, слишком короткий вдох. — Я едва могу даже думать об этом.

— Не надо. — Кончики пальцев Кастила коснулись моей щеки, когда он наклонил мой подбородок вверх и назад. Я открыла глаза. — Ты не потеряешь Киерана.

— Я хочу в это верить. — Я повернула голову, целуя ладонь его раненой руки. — Я хочу верить, что мы найдем Малека, и что Избет не предаст нас. Что мы возьмем Карсодонию и не понесем потерь. Что мы переживем это, и все, кто нам дорог, тоже. Но это сказочный конец. Идеальный вариант, который, скорее всего, не станет реальностью.

Кастил проследил линии моего лица, и на мгновение я погрузилась в ощущение его прикосновений, позволяя себе только это.

— Мы можем сделать это наиболее близким к реальности.

— С помощью Присоединения, — прошептала я.

Его взгляд вернулся к моему, и он кивнул.

— Это не защитит всех.

У меня защемило в груди.

— Если бы я могла присоединиться ко всем, кто мне дорог, как бы неловко это ни было, — сказала я, и Кастил полуулыбнулся, — я бы присоединилась. Но я не думаю, что это работает таким образом, не так ли?

— Не думаю.

Я вздохнула.

— Но это обеспечит Киерану и тебе более высокий уровень защиты. Верно? Это может заменить это проклятие.

— Верно. — Он провел большим пальцем по моей нижней губе. — Мы будем жить столько же, сколько и ты. То, как ты будешь стареть, каким бы это ни было, будет и тем, как будем стареть мы. — Он опустил голову, целуя меня. — Но это важное решение, Поппи. Это будет не только твоя жизнь, за которую ты несешь ответственность. Это будет моя и Киерана жизнь.

— Но разве я, как королева, уже не несу на себе груз жизней всех наших людей? — спросила я. — Разве нет?

Появилась слабая улыбка, когда до меня донесся сладкий и насыщенный, напоминающий гвоздику вкус корицы. Любовь. Гордость. Я поцеловала его большой палец.

— Ты так и делаешь. Мы оба так делаем. Но это другое. — Другой рукой он заправил несколько прядей моих волос за ухо. — Присоединение может быть интенсивным.

К моему горлу подступило тепло.

— Я знаю.

— Даже если это не становится чем-то эротическим, сама близость акта выходит за рамки этого.

Я сглотнула.

— А что на самом деле это значит? — спросила я, не уверенная, что то немногое, что сказал Аластир, было правдой.

— Это должно быть под луной, среди природы. Я не знаю почему, но это часть неизвестности, когда речь идет о том, как это работает. В нем есть… магическое свойство, которое выходит за рамки крови. В прошлом ходили слухи о том, что это не работает, если намерения сделать это не были искренними или что-то в этом роде, — поделился он. — Но кроме этой неизвестной части, между нами ничего не может быть. И да, под словом «ничего» я подразумеваю одежду.

Мое лицо потеплело еще больше.

— О.

— Все мы должны быть обнажены и открыты друг другу. Стихиям и судьбам, — объяснил он, и я сдержала желание закатить глаза при упоминании Эрае. — Мы должны оставаться в контакте друг с другом на протяжении всего ритуала.

— И мы будем пить друг от друга?

— Сначала ты будешь питаться от нас. — Его пальцы опустились на кожу под чувствительным укусом на боку моей шеи, пока он рассказывал подробности. Это было много, и мое тело уже казалось красным, как Кровавый лес. — Ты можешь видеть, как вещи могут… перерасти в нечто большее.

О, неужели.

— Я не знаю, как они не могут, — признала я.

— Они не смогут, если ты этого не захочешь, — сказал он мне. — И если это станет чем-то, что тебе нужно, то так оно и будет. Ничего, что тебя не устраивает, никогда не произойдет. Я бы этого не допустил. И Киеран тоже. Все очень просто.

Действительно ли это так? Я повернулась на его коленях, глядя прямо на него.

— А если бы это… переросло в нечто большее? Что бы случилось потом? Между нами?

Его голова наклонилась, когда его глаза искали мои.

— Ты ведь любишь меня, да?

— Да.

— Я люблю тебя, — сказал он, прижав ладонь к моей щеке. — А ты любишь Киерана.

Я вздрогнула, мой желудок опустился.

— Я… — Я не знала, как на это ответить.

— Я люблю его, — сказал Кастил в наступившей тишине. — Но не так, как тебя. Не так, как я чувствую к тебе. Потому что то, что я чувствую к тебе… никто не имел такого раньше. И не будет.

У меня пересохло в горле. Ему не нужно было говорить мне это. Я и так это знала.