Чтение онлайн

– Владеть-то владели, да только от одного осталась лишь память, а от другого - тень былой мощи.

Зиркас бросил последний взгляд на разливающееся мелководье и сказал:

– Пошли. И не забудь отправить донесение Гистену. Пусть пришлет Белтара.

– Как угодно.

33

По пролегавшей вдоль реки дороге на Сарронну, чуть позади от возвращавшейся с поля боя сарроннинской конницы, двигались четыре фигуры. В отличие от большинства продвигавшихся по этой дороге они ехали с юга. Как и обычно в летние сарроннинские дни, мглистые облака затягивали небо и придавали ему зеленоватый оттенок.

Остановившись возле поселения выходцев с Отшельничьего, Джастин подтянул поводья и осторожно, стараясь не потревожить царапины и порезы, утер лоб тыльной стороной ладони. На пульсацию в правом виске он пытался не обращать внимания.

– Спасибо, - промолвил он, оборачиваясь к трем бойцам.

– А ты, инженер, не из того мягкого теста, из какого лепят обычных мужчин. Хотелось бы видеть таких побольше!
– промолвила блондинка, склонив голову.
– До встречи.

– Надеюсь, не слишком скорой, - кивнул в ответ Джастин.

– Вот тут, инженер, не обессудь, я с тобой согласна. Против тебя лично мы ничего не имеем, но вот все эти твои делишки... Хотя этих твоих черных наконечников нам хотелось бы получить побольше. И до того, как мы снова встретимся с Белыми дьяволами.

– Мы сделаем все, что сможем, - заверил Джастин, и всадницы повернули коней. Сам же он, ведя под уздцы пегого мерина, направил кобылу туда, откуда доносился лязг металла. В нос ему ударил острый запах гари и масла, а у дверей конюшни он был встречен парой подросших Кастиновых цыплят.

Развьючив и поставив в конюшню мерина, инженер расседлал и отвел в последнее свободное стойло серую кобылу, после чего направился к водной колонке. Одно ведро воды пошло на умывание, а второе Джастин оттащил в конюшню.

Напоив их, почистив пегого и начав расседлывать серую кобылу, он заслышал шаги и, обернувшись, увидел Алтару.

– Я только что вернулся, - молвил Джастин, отстегивая подпругу.

– Я заметила, как ты подъезжал. Знаешь, Фирбек на тебя жалуется. Говорит, будто ты переводишь хорошие ракеты ради пустой блажи.

– Я использовал их, чтобы соорудить запруду. Видимо, как раз это и представляется ему блажью.

– А как оценила твою запруду Зерлана?

– Не знаю. Мне не выпало случая с ней поговорить. Она слишком занята.

– Джастин... Порой ты не лучше брата. Ворочаете большими делами и никому об этом не говорите, - Алтара покачала головой.
– Хорошо, что торговые пути сейчас никого не волнуют.

– Наверное. По правде, это просто не приходило мне в голову.

– Скоро ли ты сможешь вернуться к работе над наконечниками для стрел? Зерлана прислала гонца - говорит, что при попадании твоих стрел Белые копейщики превращались в огненные шары.

– Я же говорил, что они будут полезны, - промолвил Джастин, выходя из стойла.

– Тьма!
– воскликнула Алтара, увидев его лицо.
– Тебе срочно нужна целительница, заняться твоими ссадинами. Как тебя угораздило этак исцарапаться?

– Чтобы соорудить это чертово озеро, мне пришлось сражаться с горой. С помощью Фирбековых ракет, которые, кстати, я же и спас. Озеро получилось не таким глубоким, как у Гуннара, но и этого хватит, чтобы сделать дорогу через перевал практически непроходимой.

Положив попону и седло на полку, Джастин взялся за скребницу.

– А вот Фирбек в твою затею с затоплением дороги не верил.

– Может пойти и искупаться - добро пожаловать.

Инженер снова отступил в стойло и принялся чистить кобылу.

– Та самая серая?
– спросила Алтара, заглядывая в стойло поверх перегородки.

– Она и есть, - ответил Джастин.
– Уж если кто заслужил хороший уход, так это она.

– А она изменилось. Заморенной клячей ее уже не назовешь.

– Возможно, все дело в кормежке да заботе.

– Кстати, не исключено, что из тебя мог бы получиться целитель.
– Уже покидая конюшню, Алтара добавила: - Я попрошу Нику заняться твоим лицом.

Закрыв стойла, Джастин подхватил торбу и, вздымая из-под сапог пыль, потащился в свою каморку.

– Джастин!
– помахала Алтара с бокового крыльца кузницы.
– Ступай сюда, Ника посмотрит твои царапины.

Молодой инженер повернулся к двум женщинам. Алтара посторонилась, позволив ему подняться.

Не успел он усесться на лавку, как старая целительница уже вглядывалась в его лицо. Он ощутил легкое прикосновение гармонии к шрамам, ссадинам и царапинам.

– Вижу, ты умывался. Все твои порезы и рубцы почти в таком же состоянии, как если бы я их уже обработала. Продолжай в том же духе: старайся, чтобы в ссадины не попадала грязь. Некоторое время, молодой инженер, твое лицо будет выглядеть не лучшим образом, но мне случалось видеть физиономии и похуже. Вот тебе снадобье. После вечернего умывания - а умываться на ночь нужно обязательно!
– смажь лицо этой мазью.

– Спасибо, - отозвался Джастин, принимая маленькую коробочку. Лекарство - лекарством, но он не собирался отказываться от применения гармонии.

Ника обернулась к Алтаре и добавила:

– Раз уж я здесь, взгляну и на поврежденную руку того инженера. Такое впечатление, - тут она нахмурилась, - будто здесь, в Сарроннине, никто и слышать не слышал о настоящем целительстве. При дворе тирана вечно кто-то да нуждается в исцелении, а к Крителле так и цепляются женщины, то одна то другая...

– Тебе не мешает поесть, - обыденным тоном обратилась к Джастину Алтара, вклинившись в разговор.
– Что же до твоих наконечников, то они очень нужны, и чем больше - тем лучше.

– Понятно. Вот брошу вещички, - он указал на потертую кожаную котомку, - перекушу и за дело.

– Кастин наверняка что-то отложил, - заметила Ника. Обе женщины зашли в кузницу, а Джастин поднял торбу и тут услышал голос Гуннара:

– Постой минуточку.

Брат Джастина стоял на пороге кузницы.