Война Горького Пепла
Шрифт:
Выбравшись на поверхность, Менан обнялся с братом и поспешил вслед за ним в город. Силина пылала, тут и там с неба низвергались яркие молнии, слышались крики воинов и мечущихся среди дыма и пламени жителей.
– Проводите Менана и телохранительницу королевы к дракону! – приказал Силсай. – Мы вернёмся прежним путём!
– Стой, стой! – схватил за плечо брата Менан. – Что здесь происходит?!
– А ты думал, друиды так просто отдадут вас? – огрызнулся Силсай. – Мораль будешь матери читать, а сейчас – убирайся отсюда!
Принц прикусил губу, кивнул, взял Йештар за руку и побежал в ту сторону, где его изумрудный дракон выпустил вверх струю зелёной кислоты.
Когда воины королевы вместе со спасёнными пленниками оставили город, а пожары были большей частью потушены, из своего убежища на балкон вышел Беренгар и удовлетворённо улыбнулся: он знал, что такое может произойти, и уже продумал дальнейший план действий.
– Вы только что вырыли первую ямку своей общей могилы, дети Туидханы, – произнёс друид и зашёлся в громком зловещем смехе, эхом прокатившимся по залам друидов и пронёсшимся погребальным звоном над всем Иролланом, знаменуя начало конца правления Туидханы и её семьи.
Глава 11
По залитому светом солнца парку гуляла одинокая девушка, ломая ветки подстриженных кустов и раздумывая, что сказать отцу насчёт очередного провала на экзамене. Подол её длинного серебристо-голубого платья весталки тащился вслед за хозяйкой, собирая пыль и листья мостовой, словно тряпка уборщицы.
– Эльрат, какая жара! – не выдержала Джезебет и присела на скамейку в тени листвы. – Была бы моя воля – ходила бы тут голой… – пробурчала она себе под нос.
Бет в очередной раз отметила про себя, что одеянье жрицы было ужасно непрактичным в это время года. Её сёстры по вере обычно проводили время в холодной столовой под академией при храме, но Джезебет предпочитала свежий, пусть и душный, воздух промозглому холоду подземелья.
Она могла бы провести время с Айзеком, но тот в это время сдавал свой экзамен. Хотя, зная как «ответственно» относился паладин к учёбе, Бет не сомневалась, что он вскоре присоединится к ней на скамейке.
«Вот только у него нет отца, перед которым надо отчитываться за каждый шаг!» – возмущённо подумала девушка, откидываясь на спинку скамьи. Не страшно было что-то не сдать, ведь всегда можно было пересдать любой предмет, но с виду спокойный королевский сенешаль был для Бет страшнее костяного дракона, когда получал очередное возмущённое письмо лектора или жалобу Старшей Жрицы насчёт плохого поведения или неуспеваемости своей дочери.
Экзамены Священной Академии всегда проходили в начале месяца Смеющегося Ветра, в середине лета, что было данью древней традиции, когда предки современных имперцев отмечали день летнего солнцестояния. До 15-го числа месяца юные аколиты должны были сдать все причитающиеся им по учёбе предметы и отправиться на каникулы до конца лета. Тем, кому не посчастливилось правильно ответить на все вопросы и удачно произнести все молитвы и заклинания священной магии, предлагалось прийти на пересдачу в любой последний день недели. При условии, конечно, что экзаменатор выкроит свободное время для этого.
Мимоходом, пока Бет расслаблялась в тени, ей вспомнился один приглашённый из Флэмшрайна противный лектор с пышными короткими усами и большими квадратными очками, которому настолько не было дела до студентов, что он мог просто встать и посередине лекции и уйти со словами «Да ну, надоело, вы все тупые». А когда она пересдавала ему инквизиционный процесс, он пригласил её в студенческую столовую и так громко чавкал хлебом и похлёбкой, пока она ему отвечала, что девушка не слышала саму себя во время этого.
«Похожие типы маленьких девочек, наверное, в переулках насилуют», – подумала Джезебет и фыркнула, вспоминая пережитое унижение в столовой.
Услышав шарканье чьих-то ног по плитам парковой дорожки, Бет открыла глаза и увидела бледную фигуру её однокурсника Луки, с отрешённым видом шедшего со стороны академии. По его лицу никогда не было понятно, печален он или радостен, все остальные аколиты сторонились его, да и сам Лука предпочитал молча сидеть за книгой в самом углу аудитории.
– Как дела, Лука? – с весёлой иронией помахала ему рукой Бет. – Сдал?
– М-м, – неопределённо кивнул будущий жрец, придерживая у груди толстую книгу.
– Ты можешь нормально ответить, нет? – скривилась девушка. – Хоть раз в жизни!
Лука опустил глаза в пол и быстрым шагом скрылся в глубине парка, что-то промычав под нос. Джезебет провела рукой по своим тёмным волосам и выругалась не то на себя, не то на весь свет.
Девушка вновь закрыла глаза и даже немного задремала. Поднявшийся прохладный ветерок трепал её короткие волосы цвета тёмного дерева, растрепавшиеся по спинке скамейки.
Неопределённое время спустя кто-то положил руки ей на плечи и начал их массировать. Разлепив глаза, Бет увидела раскрасневшееся лицо Айзека. От него пахло элем и хлебом.
– Вставай, – широко улыбнулся юный паладин. – Хочу тебе кое-что показать!
– М-м, надеюсь, не то, что я думаю? – усмехнулась Джезебет и положила свои руки на кисти парня. – Я не в настроении. Сдал?
– Теоретическую часть еле вытянул, а вот тренировка с мечом и щитом пошла лучше, меня даже похвалили. Мы с ребятами потом выпили немного вместе с тренером, но не сильно.
– Я бы тоже не отказалась. Но не сильно.
Парочка рассмеялась и поцеловалась. Бет почувствовала, что, возможно, она даже в настроении уединиться и озвучила эту идею вслух.
– В другой раз, – ответил Айзек. – Я давно хотел тебе кое-что показать. Тут есть одна компания, скучающих на лекциях, скажем так. Тренер рассказал мне и ещё нескольким людей об этом по секрету. А я решил позвать и тебя.
– Что угодно, лишь бы не домой, – вздохнула Джезебет. – Рассказывай.
– Я пока всего один раз был на собрании, где рассказывалось что к чему, но вот сегодня будет нечто совершенно грандиозное, как я слышал. Нужно будет прийти на закате в небольшую ложбину меж двумя высокими холмами неподалёку. Говорят, там будет нечто вроде большого посвящения для новичков.
– Звучит интересно, но я не поняла что к чему. Что за компания? Что за собрание?
– Понимаешь, – Айзек присел рядом и зашептал Бет на ухо, – Эльрат предлагает множество путей служения ему, не только путь заучивания молитв и дежурных ритуалов. Через своих истинных слуг он учит нас настоящему Делу Света.
– Я не очень религиозна, Айзек, – сказала Джезебет, теряя интерес. – Если это какая-то группа фанатиков, то мне не интересно.
– Предпочитаешь пойти послушать лекцию отца или бродить весь день в одиночестве? – язвительно заметил паладин.