Чтение онлайн

– Не стоит слишком долго общаться с ангелами, Вячеслав. Это вредно для здоровья.

– Ха! Мёртвый говорит о здоровье, – ответила на колкость Светланы Эраэль.

– Быть мёртвой куда полезнее, болячки не липнут, – усмехнулась Светлана. – И ангелы держатся подальше. Пойдём, Вячеслав, у нас много дел.

– Было приятно познакомиться с вами, Эраэль! – бросил из-за плеча юноша, спускаясь ниже, на что Светлана фыркнула и подтолкнула его вперёд.

Ангелица посмотрела им вслед, отметив про себя, что некромантам следовало бы быть повежливее с живыми, чтобы от них не отшатывались все окружающие. Затем она внезапно вспомнила Белкета и зябко поёжилась. Ангел-некромант? Это что-то совершенно немыслимое! Около века назад Белкет основал Дом Вечности в Семиградье, быстро набрав могущественных сторонников, таких как талантливый маг Сандро или Рыцарь Смерти Вейн, благодаря которым школа некромантов обрела силу и влияние. И хотя остальные волшебники сторонились некромантов и недолюбливали их, до открытого противостояния ещё было далеко.

В полдень настал час бракосочетания. В широком зале столичного собора собрался весь цвет дворянства Империи Сокола: герцог Грифона Павел со своей сестрой и сыном, герцог Волка Герхарт – суровый молодой мужчина с короткими чёрными волосами, герцог Быка Овидио – знаменитый коллекционер артефактов, с братьями Фернандо и Эдуардо по левую руку, герцог Единорога Освин, которого недолюбливали из-за его тщеславия и равнодушия к собственным подданным, а также глава Дома Гончих Сигиберт, знаменитый воин, воспетый в балладах за поход на острова Пао, где он разгромил половину разбойничьего флота королевы пиратов Сиэль. Герцог Оленя Коннел не явился на свадьбу из-за того, что его дочь Кейт сильно заболела. Также, было множество графов, баронов и теократов-епископов, в более скромных одеждах толкавшихся позади более благородных коллег-аристократов.

Возле алтаря же стояли полукругом семь архиепископов, высшее жречество Эльрата, каждый из которых отвечал за одно герцогство, а слово архиепископа в суде считалось выше слова герцога и даже императора. Фактически, Священная Империя с самого своего основания была теократией, и поэтому жрецов Эльрата уважали и побаивались, особенно благодаря инквизиторам, выбравшим своей постоянной резиденцией Флэмшрайн.

Одному графу было предоставлено почётное место впереди всех, так как он был отцом невесты. Гуго Лев, правивший в пограничном с герцогством Быка графстве, был весьма богатым и влиятельным человеком, чьи предки когда-то недолго просидели на троне Быка и Волка, династически объединив эти герцогства, но вскоре потеряв их из-за неграмотного закона о наследовании. Это был низкорослый толстый человек с пухлым лицом и длинным носом, его необъятные телеса еле помещались в парадные латы предков, замотанные двумя кожаными ремнями для надёжности. Но, несмотря на то, что под латами он обливался потом, Гуго старался держаться с достоинством и свысока поглядывать на всех остальных дворян благодаря тому, что сейчас он должен был породниться с императорской семьёй.

– Император Лайам Сокол и его будущая супруга Анна Лев! – объявил глашатай у входа. Затем дворцовая стража в ало-золотых доспехах торжественно распахнула ворота, откуда по голубой ковровой дорожке к алтарю, держась за руки, прошествовала будущая императорская чета.

Анна, одетая в сине-золотое платье, похожее на одеяние священниц-весталок, но более красивое и кружевное, помахала тонкой рукой собравшимся гостям, рукоплескавшим ей и императору Лайаму. У неё были длинные вьющиеся волосы цвета тёмного каштана, маленький холёный носик, а лицом она была похоже больше на маленькую девочку с милыми щёчками, нежели на взрослую двадцатилетнюю девушку. Её большие карие глаза поглядывали по сторонам, выискивая отца, которого было трудновато заметить на фоне высоких имперских герцогов. По правую руку девушка заметила несколько ангелов и архангелов, негромко переговарившихся о чём то и покачивающих головами с нанесёнными на лоб священными символами.

Наконец, наступил момент истины. Обменявшись перед лицом Высшего Жреца священными клятвами, Лайам и Анна были провозглашены императором и императрицей Таллана, единственными неоспоримыми представителями божественной воли на Асхане среди людей. Последнее было, конечно, просто формальным торжественным титулом, так как на него в действительности могли претендовать исключительно генералы архангелов. Но людям всегда нравились пафосные фразы и пышные титулы, так что Уриэль, Сара и прочие высшие архангелы просто пожали плечами.

После церемонии, поздравлений и пира пришло время закрепить свершившийся брак. Лайам и Анна отправились в императорскую опочивальню. Пока жена раздевалась, Лайам нервно сглотнул и тоже снял одежду.

– Что-то не так, мой император? – поинтересовалась неловко Анна, сцепив руки внизу живота от волнения.

– Нет-нет, идём, – император заставил себя улыбнуться. Благодаря некоторому количеству выпитого вина он немного повеселел и раскраснелся. – Мне уже не терпится.

Анна вскинула брови, так как последнее было явно не заметно, но ничего не сказала, покорно лёгши на постель в ожидании.

Лайам очень старался как-то себя возбудить, да и Анна тоже пыталась помочь, но ничего не выходило. Сжав зубы, император, наконец, сел на край кровати и сжал кулаки.

– Н-ничего страшного, – обняла его сзади Анна. – Просто вы переволновались сегодня, не так ли? Или, может, помогут какие-нибудь травы…

Лайам покусал губы:

– Может, ты и права. Но брак следует консумировать именно сегодня. Придётся нам как-то решить этот вопрос…

– И-и как же?

Лайам пошарил глазами по комнате и увидел лежавший на столе парадный кинжал с подходящей ручкой. Он поднялся, взял его в руки и, опустив глаза в пол, произнёс:

– Постарайся расслабиться…

– Н-нет! – пискнула Анна.

– Или ты хочешь, чтобы я повернул его другой стороной?

Глава 3

Высокий звон двух острых клинков огласил арену боевого танца. Воители столкнулись и разлетелись в стороны, чтобы вновь прыгнуть друг на друга. Оба эльфа были обнажены до пояса, будучи одеты только в удобные штаны из плотной оленьей кожи. Ничто не защищало грудь Танцующего-с-Клинками во время битвы, кроме его собственного мастерства владения двумя лёгкими парными мечами со слегка изогнутым лезвием. Такова была традиция боевого танца, и эльфы блюли её свято, достигая в этом деле небывалого мастерства.

– Давай, Тиеру, покажи ему! – кричали вниз другие воины, ещё зелёные новички арены, каким был, впрочем, и сам Тиеру. Как и его друг, сражавшийся с ним в тренировочном в бою.

– Эргаль! – кричали другие.

Эргаль, высокий эльф с тёмно-рыжими волосами, усмехнулся и откинул назад упавшую на плечо длинную косу. Завертев клинками как лопастями мельницы, Эргаль медленно двинулся вперёд, гадая как друг пробьёт эту защиту. Тиеру вытер пот со лба и начал медленно обходить Эргаля, постепенно убыстряя шаг и стараясь держать противника в центре зрения, чтобы не закружилась голова. Постепенно ускоряясь, Тиеру вихрем закружился вокруг озиравшегося Эргаля, не понимавшего откуда именно последует удар. Наконец, Тиеру сорвался с места в высоком прыжке и молнией обрушился рукоятками мечей на плечи друга, сбив того с ног на песок арены.

Мечи, зазвенев, отлетели в сторону, а Тиеру, поставив ногу на основание шеи Эргаля, вонзил свои мечи по обе стороны от распростёртых рук поверженного, давая понять, что бой окончен.

– И победитель – Тиеру! – воскликнул мастер боевого танца, смуглый лысый эльф Лаурелин. – Поздравляю.

Под аплодисменты своих соратников Тиеру убрал ногу с шеи Эргаля и протянул ему руку.

– Не стоит применять «мельницу» на открытом месте, – заметил Тиеру, помогая другу подняться.

– Ага, я уже понял, – усмехнулся Эргаль, стряхивая с мускулистого торса песок. – Мне ещё учиться и учиться.

Никто не знал, откуда именно этот насмешливый эльф два года назад пришёл тренироваться на арену Сайрис-Лотрана. Прошлое Эргаля было окутано тайной, а сам он на вопросы разных эльфов отвечал по-разному: сегодня он был родом из столицы, завтра – из Винланда, а послезавтра оказывалось, что он пришёл пешком с самого полуострова Эгин, из давным-давно покинутого эльфами леса Йон-Шайл. Его циничные комментарии насчёт жизни местных эльфов принесли ему некоторую известность в городе, но они же и отдалили от него всех, кто мог бы стать ему другом при иных обстоятельствах. Только Тиеру, стоически выносивший выпады Эргаля, мог называться его близким приятелем, так как он тоже обладал критическим взглядом на мир, хоть и не афишировал это так агрессивно, как его друг.