Чтение онлайн

Ведь, до нашего захвата Небоскрёба и присоединения к себе рыжего клана — ем они были. Изобретателями — да. Промышленниками — да. Чародеями — а вот таковыми их другие кланы практически не воспринимали. Шнуровски по сути являлись для всех этакими забавными вывертами нового времени, которые большинству были удобны, а потому их не трогали. Но ни о каком уважении можно было не говорить: кланы даже малые, смотрели на рыжих свысока. Кудесничьи артели — люто завидовали и считали удачливыми выскочками. А простецы в массе своей просто игнорировали, если конечно не были связаны с ними рабочими отношениями. Но и там ни о какой любви говорить не приходилось. Ибо пролетариат в мягких и покладистых Шнуровски видел разве что угнетателей и эксплуататоров. Да ещё и не из «своей» среды. То есть не разбогатевших простецов, которым многоенародом прощается в первую очередь потому как они — тоже не одарённые.

А тут… ситуация резко изменилась. И уже не посмотришь криво на рыжего чародея, потому как если он обидится, то в гости вполне может прийти злой зеленоглазый дядя и надавать по наглой морде.

И нет, ни о каком повальном единодушии в лояльности к «захватчикам» речи не шло. Были среди Шнуровски и обиженные и непримиримые. И даже те, кто пытался по первой устроить Бажовым какую-нибудь пакость. Но для того, чтобы устроить чародеям пакость… обычно нужно быть лучшим чародеем чем они… а таковых у рыжих не наблюдалось.

Проблемы были в основном с кликой ходившей раньше прямиком под отцом Зиновия и Старейшинами. В самом же клане, бывшего Главу недолюбливали ибо как я понял то был не очень приятный человек, который зачастую принимал решения, которые больно били по самим Шнуровски и приводили к тому что самые важные их изобретения часто оказывались в руках конкурентов.

Впрочем. Эта группа в данный момент счастливо гостила в нашем тюремном блоке и навредить никак не могла. Старейшины же как и Глава, давно уже кормили червей в Бездне и тоже никак не могли проявить себя, в то время как просто недовольные, активно перевоспитываются и постоянно находились под скрытым наблюдением.

— Э-э-э… Меня слышно? — услышал я чуть искажённый защищённым динамиком голос Катерины, когда зашел в бокс полигона и заблокировал за собой дверь.

Чуть наклонившись к переговорному раструбу девушка одновременно поправляя свои красивые русые волосы с любопытством посматривала на меня сквозь стекло.

— Да, я тебя прекрасно слышу, — улыбнувшись ответил ей я, выходя почти на середину помещения. — думаю стоит начать без особых предисловий. Валерия, установите пожалуйста ростовую цель.

Вскоре с потолка, где у дальней от стекла стены открылся люк, выехал одиночный манипулятор, на крюке которого была закреплена грубая чушка созданная из псевдо-древесины стихии дерева. Настоящий древесный стихийник, как например сама Катерина, для подобного настоящему чародейскому клану был в общем-то без надобности. Просто кто-то из нас или бывших Шнуровски и скорее всего не один, сумел освоить соответствующее преобразование. И пусть трансформация своей живицы в материальную стихию вроде метала и дерева были куда как сложнее нежели в элементальную или энергетическую. А особенно огня — в дерево. Но всё же в этом не было ничего невозможного.

Манипулятор убрался, ловко освободив свой крюк, а я, сложив ручную цепочку печатей, швырнул в деревянного болвана огненный шар. Для эффектности, накачав в него значительно больше живицы чем обычно, ведь в данном случае вопрос о скорости исполнения чар не стоял даже на поверхности.

Рванул зелёный взрыв и на месте болвана из псевдо-дерева взъярилось облако изумрудного пламени. Когда же всё успокоилось, на полу валялись лишь жалкие огарки ростовой мишени. Я же в свою очередь, чуть повернувшись, краем глаза наблюдал за вдруг ставшей очень серьёзной Катериной, которая слегка кивая, внимательно слушала объяснения Рыжей о том, чем именно судя по данным снятым боксом мой «Огненный шар» отличается от обычного. И иногда кидала на меня ну очень заинтересованные взгляды.

Сам же я суть их разговора примерно знал. В отличии от обычного огненного болида, даже созданного членом моего клана, в моём исполнении эти чары имеют не такой ярко выраженный бризантный эффект. То есть они взрываются наружу не так сильно. И вроде бы если не разбираться — это не есть хорошо… вот только на самом деле всё немного не так!

Дело в том, что при попадании из-за насыщенной бета-стихии, происходит эффект создания так называемого… бывшими Шнуровски называемого, горизонта поражения. Этакой сферы, внутри которой сам взрыв направлен внутрь, а вот все внешние продления детонации — всего лишь последствия образования «горизонта». А учитывая свойства бажовской живицы выжигать любую другую, то защититься от моего огненного шара при прямом попадании очень трудно даже для могущественных противников.

После этой демонстрации, я попросил Валерию расставить мишени вокруг меня на манер «Окружения». Процесс этот занял какое-то время, ведь манипулятор с крюком был один и по проложенным на потолке рельсам ездил не очень быстро… Но когда всё было сделано, я немного красуясь продемонстрировал свои единственные защитные чары. Которые слегка помигав зелёным полу куполом как обычно рванули окатив почти весь бокс дождём из изумрудных огненных брызг.

Болванчики из псевдо-дерева, попав под такой душ, прореагировали так, будто бы на них сильной кислотой плеснули. Тут конечно понятно, что кроме того что материал из которого они состояли имел вполне себе древесные свойства, но в дополнение к тому, был по сути материализованной живицей, а потому реагировал на брызги ну очень бурно. Впрочем, учитывая что в отличии от металлов псевдо-дерево всегда одинаковой консистенции, кто бы его не создавал, это была вполне наглядная демонстрация возможностей.

— Что это было?! — с неверием донёсся из динамиков голос Катерины. — Это точно была не школьная «Сфера»!!

— Нет это она самая… Просто в моём исполнении, — слегка смущённо возразил я. — Помнишь когда мы с тобой в первый раз встретились… я случайно снёс твою ледяную башню.

— Да…

— Ну… Так вот я её тогда защитной «Сферой» взорвал, — признался я. — Хотя хотел только выбить глыбу льда, которой Морозов заткнул вход. Дело в том, что у меня была аномалия ядра и в тот момент, что-бы я ни делал и какие-бы чары не творил, в результате происходил взрыв. Мне даже аспект взрыва приписывали, покуда Ольга Васильевна во всём не разобралась. Но так как учиться всё-равно приходилось, ментально у меня сохранилось именно такое вот использования данных чар. То есть на самом деле это вроде бы как действительно защитная сфера… Вот только её пополнение из резерва приводит к дестабилизации и уничтожению. С сопутствующими эффектами…

Я в подтверждение своих слов обвёл рукой дымящихся изъеденных болванчиков.

— А, скажи, — покачав в неверии головой спросила девушка. — Мне говорили, что когда ты спасал меня из паромобиля, то ты его салон какими-то особыми чарами вскрыл? Не повредив ни мне ни похитителю.

— Ну да… На самом деле то было моё личное заклинание, — хмыкнул я. — Пытался придумать для себя средство для ближнего боя. Основываясь на эгоистических чарах одного из виденных мною однажды кланов. А получилось какое-то стороннее творчество…

— Ты сам делаешь чары? — Катерина аж широко распахнула глаза от удивления. — Но это же очень опасно…

— Вот после этого меня об этом просветили, — тяжело вздохнул я. — А до этого момента, я даже не думал что всё так серьёзно.

— И всё же… — слегка неуверенно произнесла девушка, а потом попросила. — Покажешь?

— Если Валерия разрешит, — ответил я переведя внимание на рыжую. — Данные вполне способны повредить полигон.

— На самом деле ничего страшного, — ответила наклонившись к переговорному раструбу сотрудница полигона. — Мы слышали о том инциденте и признаться нам самим интересен результат. За бокс не волнуйтесь. Этот стенд как бы специально сделан для подобных испытаний.