Чтение онлайн

Послание оказалось необычайно кратким: «Держитесь! Мы спешим к вам на помощь».

Гиксосы собрались на военный совет в храме Сета. Правитель Апопи пришел последним. При его появлении военачальники и чиновники застыли в нижайшем поклоне. Ниже всех поклонился Хамуди. Ко всеобщему изумлению, присланное повелителем снадобье мгновенно его исцелило. Вместо того чтобы отравить казначея, Апопи спас ему жизнь — должно быть, действительно дорожил верным слугой.

В темно-коричневом одеянии правитель выглядел особенно грузным и безобразным. Его слишком пристальный взгляд означал одно: смертный приговор приближенному. Все знали это и боялись поднять глаза.

Однако Апопи выслушал доклад распорядителя государственной казны спокойно, ни на кого не глядя.

Богатства Авариса умножались с каждым днем. Не поступила пока что дань из Анатолии, но беда невелика. Флотоводец Яннас во главе мощной армии вот-вот подавит мятеж, последний бунт против несокрушимой власти гиксосов.

— Мы получили послание от правителя Нубии Неджеха. Его доставили нам, как обычно, — Хамуди, естественно, не стал распространяться о секретных способах сообщения с дальними союзниками Апопи. — Он выражает тебе, владыка, нижайшее почтение, благодарит за оказанные ему благодеяния и спешит уверить в том, что Нубия процветает в мире и благоденствии. Все племена ему покорны, урожай обилен, золото, как всегда, исправно поступит в твою казну.

Правитель соизволил милостиво улыбнуться. По-видимому, известие от преданного союзника привело его в хорошее расположение духа. Один из чиновников, ободренный этим, решился задать вопрос, беспокоивший всех присутствующих.

— Владыка, когда же мы, наконец, уничтожим мятежные Кусы? Их существование — позор для непобедимых гиксосов!

Апопи грозно нахмурился:

— Разве тебе, дураку, не ясно, что, если бы не моя доброта, от Кус давно бы не осталось камня на камне? Ничтожные приспешники Яххотеп недолго продержатся. Горстка уцелевших вскоре сбежит в Фивы. Преследуя их, мы доберемся до главного оплота мятежников и сожжем его дотла.

— А вдруг, владыка, царица Яххотеп пришлет им подкрепление? Ты не боишься, что тогда нам с ними не справиться?

В глазах Апопи полыхнула ярость.

— Правителю гиксосов страх незнаком. Яххотеп — всего лишь жалкая умалишенная. Я буду пытать ее и казню в острастку всем, кто вздумает подражать ей.

От соглядатая Апопи, оставшегося не узнанным среди приближенных Яххотеп, не поступало тревожных вестей. Немногочисленные защитники Кус не дождутся от царицы помощи.

— Позволю себе напомнить присутствующим, — подал голос Хамуди, — что Кусы расположены вдали от караванных путей. С торговцев по-прежнему взимает дань Гермополь. Мятежникам не достается ничего. Зачем нам Кусы? Пускай себе гниют!

Правитель поднялся, давая понять, что совет окончен. Он с раздражением кивнул в сторону дерзкого чиновника, посмевшего усомниться в его всемогуществе. Хамуди сразу понял: глупца следует уничтожить. Толстяк, должно быть, недолго продержится в лабиринте. Тем забавнее будет правителю смотреть, как его съедят.

За время пребывания в храме Сета ноги Апопи чудовищно отекли. Он с удовольствием взгромоздился на роскошные носилки, служившие прежде фараонам Среднего царства.

Прибыв во дворец, Апопи уединился в потайных покоях в самом центре дворца, бережно достал волшебную фаянсовую флягу с изображением карты Египта.

Дотронулся указательным пальцем до иероглифов, обозначавших Аварис, Мемфис, Гермополь. Они вспыхнули, излучая красноватое свечение.

Магия действовала. Апопи вздохнул с облегчением.

Прикоснулся к надписи: «Элефантина». Снова вспышка красного света. Затем свет погас и появились странные знаки: широко раскрытый глаз, готовая к броску кобра, коршун, нацеливший на добычу острый клюв, и голова шакала.

Хотя правитель обладал мощной магической силой, ему никак не удавалось стереть зловещие знаки. В конце концов они исчезли, но Элефантина оставалась тусклой синей точкой на карте.

Апопи понял, что остров ныне свободен от власти гиксосов. Иными словами, гнусные бунтовщики захватили его южные владения. А Неджех и соглядатай, засланный в Фивы, ни о чем его не предупредили!

Неджех себе на уме, это ясно. Соглядатая же разоблачили и казнили, так что он не смог сообщить правителю о случившейся беде. Ныне Яххотеп владеет всей территорией между Фивами и Элефантиной. Вот как все обстоит в действительности.

Кусы нужно немедленно стереть с лица земли. Ждать возвращения Яннаса из Анатолии некогда.

Над бойницей самой высокой башни крепости Элефантины Яххотеп повесила бумеранг из слоновой кости с магическими знаками, что рассеивают тьму. Сияние глаза ослепит Апопи, разящая кобра рассеет злые чары, коршун собьет его с толку, а шакал помутит сознание. Во всяком случае, царица горячо на это надеялась. Она была уверена, что правитель гиксосов многократно проклял Египет и навел на его жителей порчу, обрекая жить в плену черной магии. Освободить их возможно, лишь разрушив незримые стены колдовской темницы одну за другой.

Несколько барок задержалось в Куше, несколько — в Бухене, сколько-то — в Элефантине. В каждой из завоеванных крепостей сформированы новые гарнизоны. От прежнего войска освободителей, выступившего в поход на юг, почти ничего не осталось.

— Кажется, мы поступили опрометчиво, лишившись стольких воинов, — с тревогой сказал фараон Камос.

— Важно удержать все завоеванные города, — напомнила ему царица. — Однако ты прав. Двинуться на север с такой крошечной армией немыслимо.

— Значит, мы проиграли? И все победы одержаны напрасно!

— Вовсе нет! С самого начала мы значительно уступали гиксосам в численности войска и в вооружении. Зато на нашей стороне богиня Уто, священная кобра, венчающая царскую корону. В тебе ее сила. Ты должен успевать повсюду, вдохновлять оробевших, стать воплощением Хора и примирить его с Сетом.

— Я покорен богам, царица.

Усач, расставшись с красавицей-сиделкой, был безутешен. Вспоминая ее кожу, удивительно нежную и черную, как гагат, высокую упругую грудь, стройные ножки, он не мог отогнать чарующий образ и осознал, что влюбился. Но воину не подобает вздыхать и томиться. Никакой привязанности, никаких нежных чувств!

Чтобы слегка рассеяться, он побрел на корму, хотел выпить пива.

Его насторожил странный шорох. Он замер, прислушиваясь.

Внезапно Усач заметил, что груда наваленных на палубе корзин странно шевелится. Сомнений нет, на судно пробрался кто-то чужой и спрятался под корзинами. С кинжалом наготове, Усач подошел поближе.

— А ну, выходи!

Под корзинами снова зашуршало.

И вдруг высунулось веселое личико чернокожей колдуньи.

— Откуда ты взялась?

— Не хотела расставаться с любимым. Спряталась потихоньку. И теперь последую за тобой повсюду.