Чтение онлайн

— Привяжите его к колесу грузовика. Утром мы с ним пообщаемся плотнее.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — напомнил шерифу Ли.

— Кажется, ты спросил, зачем мне это надо? — переспросил шериф, явно наслаждаясь ситуацией. — Что ж. Я отвечу тебе. Тем более что такого противника нужно уважать.

— Издеваешься? — мрачно спросил Ли.

— Ну что ты! — развёл руками шериф. — Наоборот, горжусь.

— Чем же это?

— Что не позволил тебе обвести себя вокруг пальца. Теперь твоим бойцам останется только сложить оружие или вечно винить себя в твоей смерти. А что касаемо того, зачем мне это нужно, так я отвечу прямо. В этой пустыне будет мой порядок. Место мутов в рабском ошейнике. И я надену на них этот ошейник.

— Откуда ты вообще взялся, такой умный? — презрительно фыркнул Ли.

— Из железного города, — усмехнулся в ответ шериф. — Вот уже полтора года мы колесим по этой проклятой пустыне, наводя здесь мой порядок. И мы его наведём. Осталась только ваша долина. Самое большое поселение мутов. Мы вычистим его, и тогда пустыня будет нашей. От края до края.

— Сделав это, вы погубите все ремёсла, которые удалось сохранить людям из долины. А убив ремёсла, вы превратитесь в обезьян. Рано или поздно ваши запасы товаров закончатся. И что тогда? Что вы будете делать? Возьмёте вместо ружей и кинжалов палки? А ездить будете друг на друге, вместо мотоциклов?

— Мы не так глупы, как ты думаешь, — презрительно произнёс шериф. — Я же сказал, мы наденем на мутов ошейники. А это значит, что все, кто умеет делать что-то полезное, останется жить.

— Так не лучше ли начать торговать, чем терять людей, начиная очередную войну? — спросил Ли.

— Торговать с мутами? За кого ты меня принимаешь, длинноухий? Даже то, что я говорю с тобой, унижает меня. Вы все будете рабами. Все. Вот ваше место, и вы займёте его, — заорал шериф, неожиданно придя в ярость. — К колесу его, — приказал он, и полдюжины бандитов бросились к Ли.

Подхватив Ли на руки, они подтащили его к колесу грузовика и, пропустив верёвки сквозь отверстия в диске, притянули торс пленника к ободу. Отступив в сторону, они оценивающе осмотрели свою работу и, удовлетворённо покивав головами, дружно отправились к кострам.

Дождавшись их ухода, Ли осторожно пошевелился и, немного сместившись, принялся осторожно перетирать верёвку о край диска. Толстые верёвки, свитые из нескольких, разной толщины нитей оказались прочнее, чем он ожидал. Голова болела, очень хотелось пить, жутко саднил ожог на шее, но Ли упорно продолжал работать.

В лагере прекратили орать и ругаться, костры начали затухать, и вскоре в ночной тишине зазвучали только шаги расставленных часовых. Внимательно оглядываясь, Ли удвоил усилия. До рассвета оставалось всего несколько часов. Ему нужно было успеть добраться до машины и предупредить своих ребят. Сейчас это было самое главное. Все остальное — боль, жажда, усталость — могло подождать.

Неожиданно рядом с машиной, к которой был привязан Ли, раздался тихий шорох, и из ночной мглы на него уставились два огромных горящих глаза. В следующую секунду Ли узнал Кали. Огромная кошка бесшумно подошла к нему и, тихо заурчав, ласково лизнула его в щёку.

— Девочка моя. Как же я рад тебя видеть, — тихо прошептал Ли, целуя её в холодный нос.

Тихо фыркнув, Кали забралась под грузовик и, обнюхав верёвки, впилась в них зубами. Несколько движений мощных челюстей, и Ли почувствовал, как верёвка, стягивавшая ему грудь, ослабла. Быстро повернувшись, Ли подставил ей запястья.

Неожиданно рядом с грузовиком раздался шорох, и Ли, быстро развернувшись, занял исходное положение. Кали, словно уловив его настороженность, тут же скрылась за колесом. Из-за передней части машины вынырнула коренастая фигура, и на фоне светлеющего неба Ли узнал клочки бороды Чака.

Похоже, охотник решил не дожидаться разрешения шерифа на компенсацию ущерба бороды. Подойдя к пленнику, Чак всмотрелся в верёвки и, закинув дробовик за спину, тихо сказал:

— Что-то ты тут больно шибко шевелишься. Удрать задумал?

— Удерёшь тут, — мрачно проворчал Ли. — Вы же сволочи руки мне так перетянули, что я уже пальцев не чувствую. Обрадовались, что я без сознания. Да ещё и голова болит.

— Ничего. До утра доживёшь, а больше и не надо, — гнусно усмехнулся Чак, медленно опускаясь на корточки. — А голова к утру пройдёт. Да только боюсь, ненадолго, — продолжал издеваться он, одновременно проверяя верёвки.

Ли ждал, когда он потянет за перегрызенную верёвку, и уже напряг руки, чтобы хоть как-то помешать ему поднять шум, но в это время в игру вступила Кали. Бесшумной тенью выскользнув из-за колеса, пантера одним взмахом огромной лапы сбила охотника на песок. Метнувшись вперёд, она сомкнула челюсти на горле человека, и Чак судорожно засучил ногами.

Из разорванного горла на песок лилась кровь, маслянисто отсвечивая в свете луны. Отступив в сторону, пантера облизнулась и, подойдя к Ли, принялась грызть уже надорванные верёвки. Вскоре руки Ли были свободны. Быстро развязав ноги, он метнулся к телу охотника и, сняв с него свой пояс с оружием и забрав дробовик, присел рядом с пантерой.

— Не знаю, как ты меня нашла, но тебе просто цены нет, — прошептал он, крепко обнимая мохнатую подругу.

Поднявшись, Ли быстро сориентировался и, выбрав нужное направление, пустился бегом в сторону скальной гряды. Теперь ему нужно было успеть приготовить всё к приёму незваных гостей. Спустя полтора часа он вывел из пещеры свой вездеход и, круто вывернув руль, понёсся к въезду в долину.

К воротам он подкатил с первыми лучами солнца. Услышавшие привычный гул мотора караульные кинулись открывать ворота, как только увидели знакомую машину. Влетев в долину спятившим метеором, Ли резко затормозил и, не выключая двигатель, проорал:

— Запереть ворота! Посыльного в обитель! Поднять всех, кто может держать оружие! Запас новых ракет на скалу. Быстро!

Сообразив, что это не шутка и не тренировка, подростки моментально заперли ворота и, подперев их дополнительными опорами, разбежались по местам, с тревогой вглядываясь в пустыню. Паренёк, которому выпало в этот день быть посыльным, запрыгнул на свой мотоцикл и, одним движением запустив двигатель, понёсся в сторону обители.

Сорвав с креплений пулемёт, Ли взбежал на скалу и, заняв удобную позицию, приготовился к стрельбе. Треск мотоцикла затих вдали, и Ли, приподнявшись на локтях, принялся вслушиваться в рассветную тишину пустыни. Рядом раздался тихий шорох и царапанье металла о камень.

Обернувшись, Ли увидел старшину группы охраны. Подобравшись к нему, паренёк выглянул в пустыню и, помолчав, тихо спросил:

— Мастер, что случилось? Кого мы ждём?

— Врагов, парень. Опасных врагов, — мрачно ответил Ли.

— Но я никого не вижу, — растерялся паренёк.

— Придут. Уже скоро.

— Вы уверены? — не поверил ему подросток.

Молча, повернувшись на бок, Ли ткнул пальцем в ожог на шее. Зашипев сквозь стиснутые зубы, подросток зябко передёрнул плечами и осторожно спросил: